– Красота – глупость?
– Красота природы – крайне не рациональная вещь. Тот же цветок что в нём такого?
– Ну… как это можно объяснить? Это такое…
– Вот именно, объяснить логикой это нельзя, – прервала Белит. Ариада негодующе на неё посмотрела, но та не отреагировала и продолжила, – А если рассуждать о красоте, то есть миры и более красивые, например, те же Виконские водопады.
– Значит, ты всё-таки понимаешь красоту, – воскликнула певица.
– Конечно, я и не протестовала против этого.
– Ну да… – согласилась девушка и задумчиво добавила, – Но мне тут понравилось.
– Ещё бы, если бы не ведьмы отбоя от желающих не было бы. Сразу толпа крестьян набежала бы.
– А почему…
– Тут ведьмы и этим всё сказано, – повторила воительница, но, видя недоумение на лице своей подруги, добавила, – Ты просто не видела… почти не видела злой натуры ведьм.
– Предпочла бы совсем не видеть, – тут же поняв о чём разговор, потупилась Ариада.
– Я такая, какая я есть, а тебе пора бы выбираться из своей скорлупы идеального мира.
– Знаю, но ты…
– Не будем об этом.
– Но ты не такая плохая как…
– Мне не нравится, когда ты описываешь мои якобы хорошие стороны, – перебила призрачная ведьма, – И учти на будущее: никогда не смей этого делать, если мы не наедине, этого я не прощу. Усекла?
– Да, конечно, я понимаю, – быстро кивнула певица.
– Что ты понимаешь? Когда ты так поспешно соглашаешься, у меня складывается ощущение, что ты ничегошеньки не поняла.
– Нет, я поняла, честно. Если я буду рассуждать о том, какая ты на людях это может разрушить твой образ – злой и крутой ведьмы, и значит навредить нам обеим.
– Хм. В общих чертах именно так. Хотя мой образ ты не разрушишь, лишь выставишь не под тем углом, под которым мне надо.
– Я буду вести себя тихо.
– Уж постарайся, – хмыкнула воительница.
– А что нас ждёт в первом мире, куда мы идём?
– Мир 202 или Луговые города. Большой мир. Фермы, городки, беззащитные крестьяне и всякая такая мура.
– А почему ты назвала крестьян беззащитными?
– Потому что в том мире не так много адептов. Иногда ведьмы похищают детей для жертвоприношений, иногда…
Ариада резко побледнела, замерла на месте и утратила всякую весёлость. Девушка внимательно смотрела на свою старшую подругу, отказываясь верить. Белит вопросительно на неё глянула и поинтересовалась:
– Что с тобой?
– Ты ведь пошутила?
– Нет. Я думала ты уже давно поняла, что Проклятый мир гораздо безопаснее других, потому что в него не могут проникнуть большинство тварей отсюда. Рассуждая дальше, несложно было бы догадаться…
– Вы убиваете детей? – воскликнула певица.
– Приносим в жертву, – поправила воительница.
– Да как вы можете?!
– Достаточно просто как видишь.
– Ты тоже в этом участвовала? – с ужасом, боясь услышать ответ, спросила Ариада и встретилась с холодным взглядом Белит.
– Было такое.
Невольно девушка отшатнулась, попятилась прочь. Призрачная ведьма внимательно наблюдала за ней, не сводя с неё глаз и даже не мигая. Через несколько секунд она спросила:
– Это что-нибудь меняет?
– Ты… – певица тяжело сглотнула подкативший к горлу комок.
– Я ничуть не врала, говоря, что я – тварь, которую мало просто убить. На твоё счастье ты ещё достаточно плохо знаешь истинную природу ведьм.
– Я… я… но у тебя ведь есть Айверен – твой сын! Он же тоже ещё ребёнок! Подумай, как себя чувствуют родители тех детей, что вы… что вы… – девушка сбилась, потом с новым приступом непонимания и ярости закончила, – Чтобы ты делала, если бы ведьмы взяли твоего сына для этого… жертвоприношения?!
Белит сделала шаг в сторону Ариады. Воительнице вовсе не понравился ни повышенный тон, ни истеричные интонации, с которыми говорила девушка. Но в последний момент ведьма всё-таки сдержалась и произнесла спокойным голосом:
– Айверен в Проклятом мире. Я знаю, что он может попасть под автобус, например, но я не волнуюсь по этому поводу, потому что такова жизнь. Всего предусмотреть нельзя, но если ведьмы и пойдут на то чтобы проникнуть в Проклятый мир, то они не посмеют похитить Айверена.
– Ты так в этом уверенна? Они что спросят кто его мать? А разве он ответит что ты?
– Если они попробуют это сделать, я убью их, – процедила сквозь зубы Белит, её терпение кончалось.
– Ты можешь быть не везде. Для него уже будет поздно. О такой вероятности ты не подумала?
– К чему весь этот дурацкий разговор?! – наконец, вспылила воительница, недовольно морщась, – У Айверена есть родители, ему не нужна мать-ведьма, по крайней мере, пока не нужна…
– Пока? – насторожилась певица, как-то неожиданно остывая и замирая в предчувствии нового потрясения, а ведь ничто не предвещало беду, и разговор то вначале был совсем о другом.
– Да, лет в шестнадцать я его заберу.
“ Заберёт… ” – бездна неторопливо распахивала свою пасть и весь, построенный девушкой, замок иллюзий начинал рушиться.
– Зачем?
– Потому что он мой сын.
– Ты вырвешь его из привычной жизни?
“ Меня тоже вырвали из привычной жизни, меня никто не спросил… ” – события, произошедшие за последние пару недель, стали смешиваться, девушка почувствовала, как выскальзывает из-под ног твёрдая почва понимания, как она начинает скользить в хаос.
– Вырву и что в этом такого? – тем временем, поинтересовалась Белит, безразлично передёргивая плечами.
– Я ошиблась в своей оценке тебя, – пробормотала Ариада медленно, совершенно не думая о смысле своих слов, её мысли были сейчас далеко…
– Да? И как именно? – ядовито осведомилась призрачная ведьма.
– Ты… – здравый рассудок заставил певицу смолкнуть.
– Говори, – потребовала Белит.
В тишине прошла минута. Ариада смотрела сперва в траву, потом собралась с силой и подняла взгляд вверх, встретилась с жестокими, стальными глазами воительницы и произнесла:
– Ты хуже, чем я думала раньше.
– Ну и? Что значит вся эта чушь? Хуже – лучше? Какая вообще разница?! – распаляясь, рявкнула женщина, – Или ты больше не хочешь идти со мной? Тебе нужен рыцарь на белом коне с чистой совестью, незапятнанными в крови руками и благородными наделами на будущую семью с тремя детишками?
Певица молчала, опустив глаза к земле.
– Смотри на меня, когда я с тобой говорю! – зло прикрикнула на спутницу призрачная ведьма. Певица испуганно вздрогнула, но взгляда не подняла.
Прошла минута, потом вторая. Пауза затягивалась. Рука Белит, сжатая в кулак, дрожала, направленная в лицо Ариады. Потом воительница, скрипя зубами, резко опустила кулак и зло бросила:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
