– Правда? – спросила Лина без особого энтузиазма.
Ничто больше не интересовало ее. Мир стал для нее черным и пустым.
Иногда, просыпаясь по утрам, она продолжала лежать в постели, стараясь выдумать причину, чтобы совсем не вставать. Единственное, что заставляло ее подниматься, это то, что люди рассчитывали на нее. Если бы не ее коллеги, она, вероятно, закрыла бы санаторий, продала землю и спряталась куда-нибудь подальше.
В последние несколько недель ей стало совсем невыносимо. По телевизору беспрестанно передавали новости о суде над Уинстонами. И всякий раз это выводило ее из себя. Это было дело Джека, его триумф, его победа.
Лина стала избегать тех мест, где стояли телевизоры. Но нельзя было скрыться от газетных заголовков, от постоянных звонков журналистов, которые хотели взять у нее интервью. Вся эта суета началась после того, как один из обвиняемых сказал на суде, что стрелял в нее.
Лина чувствовала себя уничтоженной. Ее жизнь стала всеобщим достоянием. И все по вине Джека.
Джек! Она изо всех сил старалась возненавидеть его, почувствовать справедливое негодование при мысли о нем. Но вместо этого тосковала по нему так, что плакала все ночи напролет. Как можно было знать, что этот человек предал ее, и в то же время желать увидеть его, прикоснуться к нему, почувствовать его близость? Неужели она так глупа?
– Смотри внимательно, Лина, – сказал Базз, включая телевизор.
– Что это?
– Интервью с Джеком.
Лина запаниковала.
– Нет! Не включай! Я не хочу ничего видеть!
– Жаль, – вздохнул Базз, – но тебе придется это посмотреть.
Она тяжело опустилась на диван и обхватила голову руками, думая, что не выдержит, если увидит его.
Когда его представляли, Лина готова была разрыдаться. Человек, которого все считали героем, разбил ее сердце. Ей хотелось выключить магнитофон, разбить кассету и выбежать из комнаты. Но вместо этого, когда Базз крикнул: «Смотри!» – она подняла голову и уставилась на экран.
Женщина, бравшая интервью, оказалась красивой блондинкой. Когда режиссер наконец развернул камеру, показав лицо Джека, Лина непроизвольно вскрикнула.
Его голубые глаза блестели, губы двигались. Он отвечал на вопросы вдумчиво и откровенно, ничего не скрывая, и сердце Лины заныло. Ей так недоставало Джека.
Несмотря на грим, под глазами у него виднелись темные круги, напряженные морщины пролегли вокруг рта. Он выглядел очень уставшим и осунувшимся, и Лине хотелось утешить его. Господи, неужели она совсем сошла с ума?
– Будь внимательна, – повторил Базз.
И она стала слушать. Лина услышала, как Джек назвал ее и Базза настоящими героями, как он восхищенно рассказывал о санатории, том месте, пребывание в котором еще два месяца назад считал нелепой затеей.
Когда интервью закончилось, Базз выключил магнитофон и подбоченился.
– Ну, что скажешь?
Лина расплакалась.
– Милая, – произнес Базз и, сев рядом, обнял ее. – Тише… тише.
– Зачем… зачем ты показал мне это? Ты ненавидишь его.
– Должен признать, я не думаю, что этот парень достоин тебя, но я не могу ненавидеть его. Лина, дорогая, да он звонит мне каждый день, справляясь о тебе.
Она удивленно посмотрела на охранника.
– Правда?
Базз кивнул.
– Может, он и шпион, но его не назовешь мерзавцем. Он просто с ума сходит, беспокоясь о тебе.
– Он… он предал меня.
– Не знаю, что произошло между вами, но готов поклясться чем угодно, что он не хотел причинить тебе зло. Ваш разрыв убивает его, Лина.
Какой же глупой она была, ведь ей стало больно от одной только мысли, что Джеку плохо. В конце концов, пострадавшей стороной здесь оказалась она. Лина доверилась ему, а он все разрушил, принявшись копаться в ее жизни, точно она была обыкновенной воровкой.
Однако когда он нашел время просмотреть все это? Папка выглядела довольно объемной, а у него после возвращения совсем не было времени. Он не брал ее с собой, когда они поехали в домик тети Софи. Джек не мог привезти ее из своего офиса, ведь они путешествовали налегке, и Лина наверняка заметила бы эту папку в его чемодане или в машине.
Следовательно, ему передали папку здесь. Но как?
Она запомнила его почерк, и он совсем не походил на тот, которым была подписана папка. Этот почерк имел сильный наклон, словно писал левша. Лина вытерла слезы, затем посмотрела на Элизу, которая казалась такой расстроенной, что Лине стало жаль ее.
Она взяла себя в руки.
– Элиза, ты провела много времени рядом с Марком. Ты, случайно, не заметила, он левша или нет?
Элиза робко улыбнулась:
– Он всегда пишет левой рукой. А почему ты спросила?
Покачав головой, Лина ответила:
– Это многое объясняет. – Это объясняло прежде всего то, что документы, вероятно, собирал Марк, а не Джек. Хотя она готова была поклясться, что делалось все по просьбе Джека.
Конечно, это не оправдывало Джека. Разве только он сделал запрос задолго до их путешествия на север. И Лина не могла обвинять его в скептическом отношении к ее санаторию. Ведь тогда он ничего о ней не знал, а она была упомянута в завещании его любимой тети. К сожалению, по роду своей работы Джеку часто приходилось сталкиваться с мошенничеством.
Лина вскочила и принялась расхаживать по комнате.
– Ты сказал, что у нас новые заказы на места?
– Очень много, они появились сразу после переданного по телевидению интервью.
– Возможно, многие хотят приехать из праздного любопытства, – заметила Лина.
– Разве это важно? Нас и раньше посещали скептики. Но после нескольких дней пребывания здесь их мнение менялось, – возразил Базз.
Это верно. Подумать только, ведь даже циничный Джек был покорен этим местом и полюбил свою собаку.
Лина вспомнила, с какой страстью он заявил, что Пончик останется с ним, хотя мог с легкостью оставить пса на нее и удалиться. Но он этого не сделал, и не потому, что хотел закрепить за собой наследство Софи. Ведь он предложил все имущество Лине. Конечно, это могло быть только красивым жестом.
Он сказал, что любит ее, а мужчины вроде Джека не бросаются словами. И уж конечно, он произнес их не для того, чтобы затащить ее в постель. Он еще и глазом не успел моргнуть, как она сама прыгнула туда.
Как же ей не хватало его любви!
Лина пребывала в полном смятении. Она взглянула на Базза, который беспокойно покусывал нижнюю губу.
– Что же мне делать? – прошептала она.
Базз немного помолчал, переглянулся с Элизой, а затем снова посмотрел на Лину.
– Прислушайся к голосу своего сердца.
Глава 15
После ухода гостей Лина снова принялась расхаживать по комнате. Она знала, куда зовет ее сердце, но сомневалась, что готова начать все сначала.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
