Ромаро — не сиюминутные прибыли каких-либо хозяйствующих сил. И вы должны усвоить ещё одно. Случившееся сегодня не красит коммерсантов Штарна. Если вы откажетесь от суда, после того как согласились на участие в нём, я свяжусь с курирующей меня в Секторе Высшей Ордена. Укажу на сомнения в авторитете Ордена в среде местных дельцов. То же сделает госпожа О`Лано — вы уже несколько раз оскорбили её высокие чувства в деле Экспансии. Подвергли сомнению её квалификацию, способность оценить, может ли тот или иной республиканец судить проекты рода уровня стратегических. Проверка лояльности вам обеспечена, господа!
— Вы нам угрожаете?.. — сузились глаза Ромаро.
— Угрожаю?.. Вам?.. Зачем?.. — недоумение на моём лице сразу отрезвило мужчину. — Лишь ставлю перед свершившимся фактом. Если вы проявляете явное неуважение к своим конкурентам из Ядра Миров, к республиканской и планетарной власти, к фракции валькирий и Ордену, и к человеку, имеющему две высшие награды Республики — вы должны понимать последствия. Хотя, видят звёзды, я не хочу вашей крови на своих когтях… Лояльность-то проверять всё равно придётся мне и моим кошкам…
— Если вопрос стоит так…
— Но. Вы должны также понимать, что проверка лояльности и Солнце Штарна — две непересекающиеся вещи. Нарвавшись на проверку лояльности, вы тем самым отсрочите решение проблемы принадлежности Светила. Для всех участников и Хозяйственной Основы будет очевидно, что дети Республики ещё не доросли до такого судьбоносного решения. Его отложат. Так что своей вероятной смертью вы дадите возможность собственным детям принять решение. Когда они дозреют. Так что если вы думаете именно о будущем Штарнии, о простых штарнцах, и полагаете моё возможное решение заведомо некомпетентным или одиозным… совершите мужественный поступок и откажитесь от суда. Вы пока ещё можете это сделать.
Над поляной повисла тишина. С такой стороны недавние внешники на проблему не смотрели.
— А вы на нашем месте… вот так просто… обменяли бы свою жизнь на…
— На будущее своих женщин?.. Если вопрос стоял — «или-или»?.. Не задумываясь обменял бы. Но я воин, а не коммерсант, в этом наше отличие. Уже два раза я делал выбор, отказываясь от жизни в пользу… чего-то более важного. На это указывают серебряные знаки на моей груди. А что указывает на вашу жертвенность и идейность, господа?.. На вашу верность идеям Экспансии — в том виде, в каком её понимаете вы?.. Совершите мужественный поступок — и потомки вас не забудут. При условии, разумеется, что это будет не меркантильная глупость сегодняшнего дня, а именно опасение за судьбу своих женщин и детей. Разумное опасение, аргументированное. Ведь после уже потомки будут судить вас. Не превращайте свою жертву в фарс. Не заставляйте детей смеяться над глупостью родителей.
— Если мы решимся… Кто будет приводить решение в исполнение? — вклинился второй переговорщик.
— Власти обоих уровней дадут добро проекту уже завтра, — Рана доела жареное мясо, и теперь с интересом наблюдала за происходящим. — Инвестиции также должны начать поступать с завтрашнего дня. При задержке хотя бы на сутки, проект будет остановлен до выяснения. Скорее всего, оба участника конфликта по итогу будут отстранены от участия в следующем инвестиционном цикле. Судьбу проекта будут решать уже новые желающие принять в нём участие. Когда придёт время.
— Ромаро, это не старая власть, — усмешка Скорэля вышла кривой и нехорошей. — Никто не потерпит проволочек. Если я не дам добро от имени планетарной власти… добро даст следующий её глава. А я, скорее всего, окажусь в застенках Службы Контроля. Там даже не вопрос лояльности встанет, а вопрос, не дурак ли я…
— И старт всему этому даст… один человек?.. Даже не судья и не хозяйственник?.. Не руководитель той или иной ветви власти?..
— Не человек. Его авторитет. Как справедливо заметил Кошак — тому, кто дважды умирал за Республику, многое позволено, — покачала головой Рана.
— И что, любая валькирия теперь…
— Не изгаляйтесь, Ромаро. Кошак — не любая валькирия. Он представляет третью силу в Секторе, за ним стоит объединённый клинок валькирий, ласточек и мечниц. Но если бы мы выбрали звёздную валькирию или ласточку в судьи… фракция тоже вполне смогла бы выступить гарантом. Просто в том случае потребовалось бы слово пары Высших, либо одной Верховной — что звёздная сможет судить. С Кошаком всё проще.
— А Хозяйственная Основа?.. Она признает результат?.. Ведь мы именно из-за её моратория до сих пор не можем начать вкладывать деньги!..
— Мораторий будет отменён в тот же миг, когда гражданская администрация передаст результаты арбитража в Хозяйственную Основу. Она же окончательно определит доли участия в составе стороны.
— Вот как… — Ромаро наконец понял, насколько всё для них в один миг упростилось. Его взгляд, обращённый к Скорэлю, не сулил мэру ничего хорошего. — Тогда почему мы не выбрали… арбитра… раньше?!
— Потому что род О`Лано не признает какую-то писюху с мечом под мышкой или когтем вместо мозга достойной судить, — холодно осадила мужчину Кари. — Для рода авторитет арбитра должен быть непререкаем.
— Для республиканского рода привлечение арбитра — крайняя мера. Проще дождаться волевого решения Хозяйственной Основы, — хмыкнула Рана. — В данном случае сложилась ситуация, когда старшая О`Лано просто не смогла пройти мимо… арбитра, предложившего свои услуги судьи. Да и республиканская администрация посчитала его достойным судить, что само по себе событие далеко не тривиальное. Отсюда и кажущаяся простота. Обычно проволочки идут от республиканок, здесь же абсурдность ситуации в том, что местные коммерсанты отказываются признавать авторитет того, кого признали даже республиканки. Так что вы зря выделываетесь, господа. Не превращайтесь в посмешище для всего Ядра Миров. Уже завтра о вашем упрямстве станет известно каждой домохозяйке. Вас можно будет за плату выставлять в клетке на площади перед Резиденцией Верховного Координатора — от желающих взглянуть на таких эпохальных идиотов отбоя не будет!
Сказанное Раной было более чем познавательно. Я глубоко задумался. Представил себя на месте героя СССР, Юрия Гагарина, первого космонавта Земли. Гагарин же обладал поистине чудовищным авторитетом! К нему за арбитражем обращались другие космонавты, чтобы он повлиял на руководство космической программы и позволил им участвовать в полётах. А попроси его кто вот так же, своим авторитетом, разрулить конфликт союзной и местной власти, либо общесоветских хозяйственников?..
