— Кто-то? — краем рта переспросил Аш, рука его легла в непосредственной близости от метательного ножа на поясе.
— Кто-то. В моей сети два огонька: один похож на человека, а второй на животное, но цветовой спектр несколько отличается от привычного, — пробухтел Коренус. С одной стороны чары сканирования местности ясно показывали присутствие посторонних, с другой никого видно не было и использования маскировочных чар тоже не ощущалось.
— Человек-невидимка? — предположила Оля, переживавшая стеснение пожилого мага как свое собственное.
— Сама ты человек, дылда! — обиженно зазвенел голосок, мелодичный, нежный, с отнюдь не детскими интонациями.
Невысокий кустик близ противоположного края поляны едва заметно шевельнулся, и на темный мох ступил громадный, размером с откормленного ротвейлера, обросший густой шерстью черно-синий паук.
Тело и ноги у него были черными, а синий цвет шел кантом вокруг брюшка и широкими полосками, точно носочки, на ногах. Шесть глаз цвета индиго зловеще блестели, хелицеры с крупными крючками-зубьями на концах шевелились. Педипальпы постукивали по земле, как нетерпеливые руки по столешнице.
Оля, как вы уже догадались, пауков боялась с детства. Мальчишки в детском саду вылавливали в беседке на площадке косиножек и бегали за девчонками, стараясь засунуть паучка за шиворот самой громко визжащей жертве. Девочка Олечка по визгу лидировала.
Говорящих громадных пауков до сего мига землянка не встречала, но, благополучно столкнувшись с этой разновидностью на полянке Фодажского леса, испугалась до полусмерти. Настолько, что не стала визжать, только охнула, закатила глаза и рухнула как подкошенная лицом вниз, в мягкую траву.
Напрягшиеся в ожидании нападения твари мужчины ловить бедолагу не стали, чтобы не выпускать паучару из виду.
— Чего это она, заболела? — Трава рядом с пауком зашевелилась, и вперед выступил махонький, не больше трех ладоней роста человечек, одетый в маскировочную зелено-желтую тунику. Именно он сказал ту первую фразу. Личико сердечком выражало искреннюю озадаченность. Человечек почесал остренькое ухо, выглядывающее из-под черной шапки волос, и вопросительно глянул кобальтовыми раскосыми глазами на оставшихся в здравом уме и твердой памяти мужчин.
— Паука испугалась, — объяснил Аш, связанный с девушкой эмпатическими узами.
— О? — загордился махонький спутник арахнида и подошел поближе к людям, паук, на боку которого лежала рука человечка, синхронно двинулся вперед.
— Ты кто? — выпалил недоверчивый Ламар. — Фей?
— Ты чего, дылда, сказок в детстве наслушался? — прыснул мелкий брюнет. — Феи только в легендах живут. Я тильсари, дозорный. Вы зашли на территорию нашего клана.
— Без злого умысла, мы лишь искали место для ночлега. Нам уйти, о благородный дозорный? — осторожно поинтересовался Коренус.
Когда-то давно он читал о немногочисленном маленьком народце, обитающем в дебрях Фодажа, своего рода попечителях леса, блюдущих его интересы. Тильсари редко показывались людям и, коль не причинять им беспокойства, были почти безобидны, если верить немногочисленным описаниям. А вот о восьминогом спутнике дозорного магистр знал куда больше. Яд полосатых нубов был смертельным, а атаки столь стремительными, что обычному человеку избежать укуса становилось невозможно.
— Нет, оставайтесь, — смягчился от незатейливого комплимента тильсари. — Меня просили вас встретить и помочь. Просил красноволосый странник, он знал древнюю песню обязательств. Вам разрешено переночевать на поляне Звонкого Ручья.
— Деванир, — пробормотал себе под нос драконоборец и, поскольку других красноволосых знакомцев у членов маленького отряда не значилось, с выводом пришлось согласиться. Вот только чего ради великан озаботился облегчением их маршрута? Но с поисками ответа на этот вопрос можно было немного подождать.
— Благодарю! Сейфар Аш, рыцарь Ламар, дева Ольга и магистр Коренус признательны за разрешение, — прижав руку к сердцу, промолвил маг, заодно представился сам и представил спутников, передоверивших право общения с тильсари старику.
— Я Нельвильгер из клана Эддеркоппефлой, — промолвил дозорный, усмехнулся и разрешил: — Можете звать меня Нелем, чужаки.
Ламар, посчитавший, что прямо сейчас драки не будет, перевернул невесту на спину и постарался устроить поудобнее, положив под голову скатку из своей куртки. Хлопать по щекам не рискнул из опасения если не покалечить, то наставить синяков. Да и Коренус велел оставить девушку в покое, чтобы та очнулась, когда придет время, сама. Рыцарь выслушал цэу, печально вздохнул и пошел за хворостом.
Любопытный тильсари, никогда прежде не видавший обморочных девиц, подошел поближе к жертве арахнофобии, его паук, движимый теми же чувствами, двинулся следом за двуногим спутником. И надо же такому случиться, как раз в этот миг Оленьку угораздило прийти в себя. Первым, что она увидела, было озадаченное симпатичное личико махонького человечка, потиравшего подбородок. Вторым она увидела паука, шесть синих глаз коего смотрели на девушку точно с такой же озадаченностью, как кобальтовые глаза человечка, пусть их и было значительно больше. Эти двое своей задумчивостью так походили друг на друга, что против воли Оля захихикала. Смешок вышел малость истерическим, но вполне натуральным.
— Ты правда пауков боишься? — стеснительно спросил у девушки синеглазый монстр и на всякий случай постарался спрятаться за спину человечка. Голосок его оказался странной смесью мелодичного присвиста и пришептывания на шипящих согласных.
— Д-да, — кивнула девушка, понимая, что визжать, когда с тобой разговаривают, будет очень невежливо, и осторожно присела. До тех пор пока черно-синий паук стоял в сторонке, непроизвольную дрожь удавалось сдерживать.
— Странно, а я людей не боюсь, — задумался полосатый нуб и развел педипальпами. Это вышло так по-людски, что часть инстинктивного ужаса сама собой отступила.
— Извини, — пристыженно попросила прощения девушка. — Я тебя обидела?
— Нет, озадаченность — не обида, — педантично, с едва заметным призвуком веселья объяснил паук и произвел очередной жест лапками.
— Ты смешная, — подвел итог своему осмотру землянки тильсари и представился ей лично, сверкнув улыбкой: — Я Нель, а это — Руж.
— Оля, — улыбнулась девушка в ответ.
Пока обморочная жертва фобии приходила в себя, мужчины успели снять квадратный пласт дерна, обложить будущее костровище камнями, собрать сухого хвороста, дров и запалить огонь. Благо, возиться с кремнем да кресалом нужды не возникло, хватило нескольких замысловатых, похожих на ругательства слов магистра Коренуса, чтобы веселые язычки пламени прониклись важностью миссии и принялись усердно лакомиться сухими сучьями. Две палки-рогатины с набормотанными на них магом «антипригарными» чарами, чтобы не портить едким дымом вкус пищи, тоже вбить не забыли, как и подвесить над огнем котел с водицей из ручья. Сотворено все было в рекордные сроки, на какие только способны трое голодных мужчин, усердно работающих в шесть рук на благо грядущей трапезы.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
