государя станет куда более весомой, нежели интересам первого.
Макиавелли! И добавить к этому слову как-то нечего. Можно и нужно использовать всё, что от него удастся получить, только и всего. И не хотел с ним серьёзно, плотно связываться, а вот пришлось. Слишком серьёзная игра. Чересчур высоки ставки. В таком раскладе не пренебрегают никаким оружием, даже особенным, того и гляди способным вывернуться из твоих рук, дабы тебя же и ужалить.
Глава 13
Глава 13
1504 год, октябрь, Мамлюкский султанат, Мекка
Рухнувший участок стены. Хорошо так рухнувший, без каких-либо шансов восстановить оный. И сбитые со стен орудия, которые могли бы достать до тех, кто пойдёт на штурм города.
Штурм, да. Тот самый, сулящий массу проблем и немалые жертвы, которых ну никак не получится избежать. И с нашей стороны, и со стороны фанатиков-гражданских по ту сторону стен, к тому же одурманенных до полной потери рассудка вкупе к и без того цветущему исламскому фанатизму. Эти самые потери гражданских и без того начались, хотя мы и постарались их снизить. Стоят на стене орудия? При имеющейся возможности прикрытый стальными щитами-павезами отряд аркебузиров подбирался на предельное для прицельной стрельбы расстояние и… Аркебузы аркебузам рознь, знаете ли! Даже у нынешних, заряжающихся с дула, в стволе могли быть нарезы, увеличивающие дальность и точность стрельбы. И плевать на то, что пулю в ствол приходилось как бы «забивать» особым «шомполом-молоточком», что заметно снижало скорость ведения огня. Для специальных ситуаций — самое оно. Вот как здесь и сейчас.
Прикрываются, паскудники, женщинами и детьми/подростками? По возможности вооружённые нарезными аркебузами стрелки либо выщелкивали собственно прикрывающихся, либо, при отсутствии такой возможности и высоком риске, использовали принцип меньшего зла. Проще говоря, простреливали «живым щитам» ноги. Да, варварский метод, к тому же с немалой вероятностью делающий попавших под такой огонь калеками. Однако не трупами, а заодно открывались настоящие, истинные цели, непременно получающие свинцовый подарочек аккурат в лоб или иные места, несовместимые с дальнейшим функционированием бренной телесной оболочки.
Боль, она хорошо прочищает даже одурманенные опиумом и «опиумом» мозги.Вот и отползали некоторые подстреленные, хотя некоторые либо оставались, во что бы то ни стало решив умереть, либо просто неудачно падали… вниз, с крепостной то стены.
Мозг, разогнанный от души воздействием артефактов, подмечал самые разные мелочи. В том числе и те, что потери тех, кого терять не хотелось бы — в том числе и со стороны как бы противника, точнее, живого щита — действительно не были столь велики, как те сами рассчитывали. Да и видно было, что мы, пришедшие под стены Мекки, щадим всех не воинов, но вот использующие «живой щит»… Эти должны умереть. Всё, кто хоть краем причастен к подобной мерзости. Следовательно, придётся «отцу» запускать по европейским народам очередную буллу, в которой подобные очень хорошо знакомые мне по векам грядущим «фокусы» будут объявлены одним из тяжелейших грехов. Караемых непременно смертью и обязательно позорной.
Сейчас же… Положение гроссмейстера и лидера Крестового похода тоже даёт нехилые такие полномочия в идеологическом аспекте. И позорную казнь авторам и исполнителям увиденного, которые нам попадутся живыми, я гарантирую.
— Они пытаются перемещать орудия с других участков стены, Чезаре, — доложил подошедший Гаэтано Рикотто, один из двух ключевых военачальников из числа тех ещё, начинавших со мной ещё до полноценного взлёта. — Прикрываются женщинами… снова и снова.
— Пресекаете?
— Аркебузиры, прикрытые щитами, отстреливают, кого и как получается. А попытка вылазки, её вы видели.
Киваю, соглашаясь с Рикотто. Действительно, ну вот чего тут не видеть то? Посчитав отряды прикрытых щитовиками стрелков лёгкой добычей, из быстро открывшихся ворот выплеснулась было немалая толика конницы. Полезный такой и приятный подарочек оказался, поскольку на сближении их и бомбами порадовали, и залпами уже других, куда боле быстро заряжающихся аркебуз хлестнули, затем добавив из многоствольных пистолетов. Стандартная тактика небольших, но крепких отрядов, действующих против превосходящих числом конников противника. Мало кто из вроде бы мамлюков и йеменцев смог уйти обратно, в обречённый на взятие город. Зато отряд сумел подобрать несколько пленников из числа тех, кто и одеты были богаче прочих, да и в целом выглядели не простыми воинами.
— Нечто новое сказали или всё то же и о том же, только на разный лад?
— Надеются на милосердие Аллаха к правоверным и на то, что Чёрный камень вспыхнет так, что испепелит всех неверных. Нас испепелит. Мне на эти угрозы постоянно битых плевать, но кое-кто из союзников, из их солдат, может начать… сомневаться.
— Не успеют как следует начать это делать, — отрицающе качаю головой. — Стена рухнула, вон движутся куда более многочисленные отряды стрелков с должным прикрытием, тащат батареи, чтобы, случись нужда, ударить хоть ядрами, хоть чем иным по баррикадам, которые могут попытаться воздвигать на месте пролома.
— Они то воздвигают, но не из дерева и камня. У них в эти дни живая и говорящая плоть как щит в цене!
Возмущается Гаэтано, благо что в бытность кондотьером, что после, уже на службе у Борджиа ему бы и в голову подобное не пришло. А тут ещё и Кодекс Войны, который за годы с момента своего создания крепко так пустил корни в разумах и душах большей части европейцев. Усилий для этого, конечно, было приложено ой как много, зато результат откровенно радовал.
Ничего, справятся. Уже справляются. Пусть молчат батареи, зато аркебузиры нещадно опустошают запасы пороха и пуль, раз за разом выцеливая тех, кого нужно непременно прикончить и иных, коих допустимо как максимум ранить. Учитывая же калибр — тут стреляли исключительно по конечностям.
Сооружённая баррикада, за которой стояли местные, хм, вояки, а впереди «вооружённые» каким-то хламом или откровенными палками женщины и прочие некомбатанты? На неё надвигались штурмовые отряды. Медленно так, уверенно, сами прикрытые цельнометаллическими ростовыми щитами-павезами. А ведь изначально их считали архаизмом, пережитком эпох минувших. Ну-ну! Я то хорошо помнил, что нечто подобное и в моём мире-времени применялось, но уже полицейскими отрядами при штурмах квартир или баз, где засели до зубов вооружённые бойцы банд и картелей.
Выстрелы, снова выстрелы, что характерно, с обеих сторон. Только пальба защитников города была куда как менее результативной. Простой кусок свинца, он, столкнувшись с толстой металлической пластиной, просто сплющивается, после чего либо опадает вниз, либо остаётся уродливой нашлёпкой. Немногие же миновавшие щитовое прикрытие, попавшие в доспех одного из тамплиеров — а в этих штурмотрядах были именно они —
