он хоть пытался сохранить дружелюбный тон, но явно мой уход не оценил.
— Я же говорила, что мне пора. За мной даже пришли. — я пыталась вырывать локоть, только его рука сжалась еще сильнее, сделав боль от захвата ощутимее.
— Мы так не договаривались! — голос нарцисса стал жестче.
— Мы никак не договаривались. — я постаралась быть твердой, только ситуация начала напрягать. — Отпусти, меня ждут.
Я не сразу поняла, что повлияло на нарцисса, но его хватка ослабла, а как только я почувствовала руки на своей талии, то он и вовсе меня отпустил, переведя свой испуганно-удивленный взгляд мне за спину. В том, что сзади стоял Завьялов, я не сомневалась, поэтому моя уверенность быстро вернулась ко мне.
— Всего хорошего. — директор невозмутимо сказал всего два слова, зато эффект был незамедлительный, ведь нарцисс явно потерялся.
— Ты сейчас с ним уходишь? — самовлюбленный паренек видимо совершенно не умел разговаривать с мужчинами, потому что его замешательство снова было обращено ко мне.
— Да, там такая сложная ситуация. — я картинно махнула рукой, но почувствовав, как руки директора настойчиво тянут меня к выходу, решила быстрее доиграть нелепую сценку до конца. — Он просто почти мой дядя и очень не любит, когда я хожу на свидания, не посоветовавшись с ним. Так вот ты ему не понравился, извини.
Я успела помахать нарциссу на прощание, прежде чем Завьялов тактично вывел меня на улицу. К моему облегчению, навязчивый кавалер остался в заведении, поэтому я смогла себе позволить остановиться и вглядеться сквозь наступающие сумерки в погоду. Дождя не наблюдалось, что несомненно было хорошо, лучше были только руки директора на моей талии, которые он так и не убрал, однако его поведение пока шло вразрез с моим желанием провести этот вечер с ним.
— С каких это пор я твой дядя? — он задал вопрос сразу, стоило мне остановиться.
— С тех самых, как бабушка начала воспринимать вас как сына, но я не настаиваю. — я повернула голову в его сторону и кокетливо похлопала ресницами, однако директора мой взгляд однозначно не тронул. — Где ваш знакомый?
— Уже уехал, а я решил избавить тебя от сомнительного поклонника, на правах твоего дяди, естественно. — директор все еще держался невозмутимо.
— Какая забота. — моя ирония явно ему не понравилась, потому что ладонь на моей талии сжалась чуть сильнее. — Может уже отпустите? — я конечно не хотела, чтобы он меня отпускал, только пока ситуация вынуждала изображать негодование.
— Нет. Машину я оставил там. — директор указал направление. — Пойдем, я отвезу тебя домой. — не дожидаясь моего ответа, он повел меня как раз к своему авто.
— А если я не хочу домой? — я остановилась и повернулась к нему, практически не оставив между нами расстояния, на что Завьялов лишь прижал меня к себе еще сильнее.
— Ты хочешь домой, Марго. — он сказал это слишком утвердительно, что происходящее наконец встало на свои места.
— Хорошо, Даниил Борисович, уговорили. — я ответила максимально язвительно, насколько смогла, резко отстранившись и стремительно направившись к его автомобилю, припаркованному чуть дальше от кафе.
Моргнувшие фары сигнализировали, что замки открыты, поэтому я довольно быстро оказалась на пассажирском сидении. Директор сел за руль следом, а я наконец поняла, что разрез на ноге оказался кстати, потому что взгляд Завьялова без стеснения упал на кружевную резинку чулок, кусочек которой был хорошо виден. Сейчас я даже не думала его прикрыть, делая вид, что недовольна его действиями. Он лишь глубоко вздохнул, после чего мы поехали к моему дому. Поездка снова была молчаливой, но мне в какой-то момент захотелось еще сильнее накалить обстановку, поэтому я положила ногу на ногу, чтобы разрез открыл еще больший обзор на предмет женского гардероба. Я не могла себе позволить посмотреть на директора, потому что губы предательски растягивались в улыбке, из-за чего весь путь я старалась смотреть в свое окно. Как только автомобиль оказался во дворе моего дома, я первая прервала молчание.
— Спасибо, что подвезли, Даниил Борисович! Простите, но на чай не могу пригласить, сегодня жду в гости мужчину. — я смотрела на него и мило улыбалась, с трудом сдерживая смех. Директор же явно удивился.
— Мужчину? — Завьялов вроде выглядел по-прежнему равнодушным, но я чувствовала, что он заведен. Слишком пристально на меня смотрел.
— Именно! Он обещал прийти в мою последнюю квартиру на последнем этаже с букетом цветов. Имя у него еще такое, в переводе что-то про судью, но боюсь ошибиться. — на мои слова директор усмехнулся, отвернувшись от меня. — В общем, я пойду.
Я изящно, на сколько смогла, вышла из машины, демонстративно поправила пальто и, красиво стуча шпилькой по асфальту, не оборачиваясь, зашла в подъезд. Кодовый замок уже несколько дней не работал, что оказалось мне сегодня на руку. На свой пятый этаж я почти залетела, затем быстро зашла в квартиру и начала осматриваться на предмет лишних вещей на видном месте. Сбросила туфли, затем убрала пальто в шкаф, забежала в обе комнаты, оценив, что все в порядке, потом направилась на кухню, где всю посуду, выставленную у раковины сушиться, быстро стала раскладывать по полкам. В этот момент в дверь позвонили, поэтому от оставшейся посуды пришлось отвлечься. Идею с букетом я использовала лишь для того, чтобы выиграть время, ведь никак не планировала, что директор окажется у меня, однако теперь это был принципиальный вопрос. Вот только он очень быстро пришел, а открыв дверь, цветов в его руках я не увидела.
— И где цветы? — я скрестила руки на груди.
— Я понятия не имею, где их сейчас искать. — я наконец увидела его эмоции, потому что сейчас действительно играла с огнем. У меня даже сердце забилось сильнее от этого взгляда и тона, что на цветы в самом деле стало глубоко наплевать.
— Ну тогда проходите, Даниил Борисович, я сейчас. — быстро забежав на кухню, для вида включила чайник, чтобы более бесшумно спрятать оставшиеся чашки.
Вернувшись в прихожую, обнаружила директора, который выполнил мои указания и даже дверь закрыл, а сейчас, уперев руки в бока, осматривался, оценивая видимо мои так называемые апартаменты. В голове тут же всплыло его нелестное замечание про город, поэтому решила стать на некоторое время злопамятной.
— Даже не знаю, что вам предложить! Чай у меня в пакетиках, кофе растворимый, да и вашим предпочтениям в этом городе невозможно угодить. — я скрестила руки на груди и оперлась на стенку около него.
Вот только он не дал мне так стоять, резким и немного грубым движением руки снова прижав к себе. Меня от этого пробило тысячей мелких
