Я отвечаю за своих учеников. Если хотите о чем-то поговорить с Виктором, делайте это в моем присутствии.
— Не беспокойтесь, директор, мы не съедим его, — эти слова она произнесла таким тоном, как будто действительно могла меня сожрать.
— Я настаиваю, — уперся Краус.
— Не стоит препираться, директор, — за вежливостью незнакомки угадывались сарказм и угроза. — Вы знаете, кто мы. Вы видели бумагу, подписанную высшим руководством вашей страны. Вам предписано во всем содействовать… и подчиняться.
Последнее слово она бросила небрежно, будто показывая директору его место.
— И все же я останусь. Полагаю, даже члены Гранд-совета не стали бы возражать против исполнения долга.
— Вы можете спросить их лично, пока мы будем беседовать с этим юношей, директор Краус. Прошу, проявите благоразумие и покиньте нас. Вы же не хотите, чтобы эта чудесная школа навсегда закрылась? К сожалению, это может произойти, если вы продолжите препятствовать нам.
Никогда прежде я не видел директора рассерженным. Он пожирал собеседницу враждебным взглядом.
— Директор Краус, — подал голос я, — думаю, я вполне смогу поговорить сам. Я справлюсь.
Помешкав, он положил руку мне на плечо.
— Я буду прямо за дверью, Виктор.
— Да, директор.
Когда похожие на врата двери беззвучно закрылись за его спиной, женщина, наконец, вышла из тени.
Она была высокой — значительно выше меня. Как Эзерин. Или даже выше. И невероятно красивой и сексуальной.
Элегантный серый брючный костюм, подобный которому я прежде не видел на женщинах этого мира, подчеркивал совершенство ее фигуры. Она приближалась ко мне, словно подкрадывающаяся пантера. И с каждым шагом ее роскошные бедра так завораживающе двигались, а тяжелая грудь так упруго покачивалась, что у меня пересохло во рту.
Лицо, обрамленное прямыми черными волосами, не уступало фигуре. Оно было идеально — от цвета кожи до полных темно-алых губ, изогнутых хищной улыбкой. Глаза скрывали темные очки.
Приблизившись, незнакомка не остановилась, а продолжала наступать на меня. Я невольно попятился. Через несколько шагов уперся задницей в директорский стол и замер.
Продолжая улыбаться, женщина склонилась ко мне. Ее восхитительное лицо оказалось настолько близко, что я ощутил тепло дыхания.
— Ну, здравствуй, истинный победитель турнира, Виктор Ардисс, — она сняла очки.
Ее правый глаз был обычным, небесно-голубым. Радужка левого напоминала цветом рубин, а зрачок был узким и вертикальным.
Глава 19
Я непроизвольно напрягся:
— Простите?
Ее улыбка сделалась шире. Выпрямившись, она взглянула на меня сверху вниз.
— Драйс Зангар, которого ты победил, использовал малихальт. Ты знаешь, что это зелье готовится на основе демонической крови?
Информация показалась мне смутно знакомой. Может, Грегорис говорил об этом?
Пребывая в неуверенности, я качнул головой:
— Нет.
— Малихальт не только дает необычные силы, но и изменяет человеческий организм. Это легко увидеть по цвету крови. Ты наверняка заметил.
А ведь и правда, — припомнил я, — то, что текло из разбитого носа Зангара, и на кровь не походило.
— Какой у тебя Дар? — внезапно поинтересовалась женщина.
— Он еще не раскрылся.
От пристального изучающего взгляда разноцветных глаз мне стало не по себе.
— Как интересно! Ты справился с Поглощенным без магии? Мирдинн был прав, ты необычный юноша… Ты же ничего не скрываешь от нас?
Последнюю фразу она произнесла как-то странно: вроде я слышал только ее, но в то же время, где-то на грани восприятия, звучало множество голосов. Одновременно у меня в голове возникло нечто вроде зуда.
— Нет, саэри, — передернув плечами от неприятного ощущения, ответил я. — Все так и есть.
Зуд в мозгу затих, ее голос вновь стал прежним — тягучим и возбуждающим.
— Какой удивительный молодой человек, — женщина словно говорила не со мной. — Он может быть полезным.
Она провела пальцем по моей щеке, отчего меня бросило в дрожь.
— Мы станем следить за тобой и твоими успехами, — пообещала обладательница необычных глаз.
Надев очки, она направилась к выходу. Я завороженно смотрел ей вслед и пришел в себя, лишь когда высокий, стройный силуэт скрылся за дверью.
Что это было? Кто она? — метались мысли в голове. Заметив, что дыхание сбилось, я глубоко втянул воздух. — Чего она хотела от меня?..
— Виктор, с вами все в порядке?
Поглощенный раздумьями и эмоциями, я не заметил, как возле меня очутился встревоженный директор. Неподалеку стояла Линд Хауф.
— Да, со мной все хорошо. Она… она просто задала несколько вопросов о турнире и Драйсе Зангаре, — ответил я, отметив, что после незнакомки помощница директора выглядит серой мышью.
— Что ж, — Краус внимательно смотрел на меня. — Если вы действительно хорошо себя чувствуете, можете вернуться на урок.
— Да, директор. Саэри Хауф!
Я пошел к выходу. По пути мое обоняние ласкал шлейф сладко-терпкого цветочного аромата, оставленного той пугающей и невероятной женщиной.
* * *
Примерно через час меня снова выдернули с занятий. На этот раз причиной стал визит Грегориса.
— Меня вызвал директор Краус, — сказал он вместо приветствия. — Сообщил, что тобой интересуется агент Средоточия.
— Кто? — не понял я.
Грегорис огляделся.
— Где мы можем поговорить, чтобы нам не мешали?
— Можно в парке. Сейчас все на уроках и там никого.
— Пойдет. Веди, Виктор.
По дороге я поинтересовался:
— Дядя Грегорис, а как вы попали на территорию школы? Здесь все строго и не пропускают даже родителей.
— Меня пригласил директор — он отправил гонца сразу, как эта особа потребовала встречи с тобой. К тому же я из Корпуса хранителей. Нас пускают даже туда, куда закрыт проход остальным…
Грегорис умолк, когда мимо прошел надзиратель.
На одной из аллей парка мы уселись на скамью. Над нами шелестела листва, на мощеной дорожке переливались пятна солнечного света.
— Чего эта женщина хотела от тебя? — заговорил Грегорис.
— Расспрашивала о турнире. И о моем Даре. Сказала, что они будут следить за моими успехами… Больше ничего.
Грегорис задумался.
— Странно. Не понимаю, зачем им ты. Информацию о Драйсе и малихальте они уже получили от нас. Проверяют сведения? Вполне в их духе.
— В чьем? — мне надоело пребывать в неизвестности.
