– Мне нужно поговорить с принцессой, – смиренно проговорил Альфред. – Наедине, – и когда Армандо отошел в сторону, демон добавил: – То есть это не мне нужно поговорить с принцессой. Горгоне нужно поговорить с принцессой. Она ждет тебя во дворе.
– Нет, – решительно сказала Настя.
– Всего пару слов.
– Нет.
– Настя, – Альфред взял ее за локоть и как-то по-детски умоляюще заглянул в глаза. – Пожалуйста. Она – представитель маленькой расы, загнанной в угол, исчезающей. Когда еще ей представится возможность поговорить с принцессой Анастасией?
– В прошлом году я пообщалась с ее сестрами. Не самое приятное воспоминание.
– Тебе пора перестать оценивать события как «приятные» или «неприятные»! – неожиданно сердито сказал Альфред. – Повзрослей наконец! Когда у тебя еще будет шанс по душам поговорить с горгоной?
– Не уверена, что вообще смогу с ней говорить…
– Она приехала на похороны сестры. По моему приглашению. Это абсолютная гарантия, что никаких злых помыслов…
– Армандо будет держать ее на прицеле, – коротко ответила Настя, обмотала шею шарфом, накинула на плечи куртку и вышла во двор. Горгона стояла шагах в пяти от крыльца; молчаливая и неподвижная, она напомнила Насте статуи в саду позади «Трех сестер», придорожного ресторана, где Настя впервые имела счастье повстречаться с представителями этой расы. И это воспоминание тоже не прибавило Насте дружелюбия.
– Я слушаю, – сказала она, отметив, что на втором этаже с легким скрипом приоткрылось окно: Армандо занял позицию.
– Ты не мессия, – сказала горгона. – Теперь мы это понимаем.
– Отлично. Наконец-то. Хотя я немного разочарована, потому что успела заказать себе новые визитные карточки, ну знаешь, золотом на белом толстом картоне – «Анастасия, ваша мессия». Неплохая рифма, могли бы получиться хорошие стихи или там песни…
– Ты нервничаешь, – сказала горгона. – Не стоит.
– Скажи, что тебе нужно, и я сразу перестану нервничать.
– Мне нужно, чтобы ты поняла нас.
– Я попробую. Дело в том, что раньше, когда я пыталась вас понять, вы немедленно пытались сделать со мной что-нибудь мерзкое. Убить или превратить в себе подобную тварь, – Настя поняла, что слегка вышла за рамки приличия, а точнее, оскорбила горгону, но решила, что извиняться не будет. Потому что она принцесса, а горгоны и в самом деле… Неприятные создания.
– Мы такие, какие мы есть, – ответила горгона. – Мы ничем не хуже детей ночи или двуликих, но они приняты в число Великих Старых рас, а мы – изгои в этом мире.
– Потому что вы убиваете людей и питаетесь ими.
– Вампиры делали это столетиями. И некоторые из них делают это до сих пор. Двуликие, лесные хозяева, водяные – у них тоже есть темные стороны. Всем расам присуща склонность к убийству, просто одни ее скрывают, а другие нет. Наша беда не в том, что мы убиваем, а в том, что мы убиваем мало. Если бы горгоны оказались в состоянии убить хотя бы сотню людей за один раз, с нами бы стали считаться…
Горгона говорила это ровным бесстрастным голосом, как будто излагала рецепт приготовления пирога.
– Ты позвала меня за этим? – спросила Настя. – Чтобы сказать – ваша раса недостаточно кровожадна, чтобы ее воспринимали всерьез?
– Нет, принцесса, я хотела сказать другое, – горгона вдруг опустилась на колени. – Приношу свои извинения, – сказала она и коснулась лбом земли. – Все мы грешны, и мои сестры не исключение. Слишком долго ждали они мессию, слишком долго ожидали они перемены своей участи, и это ожидание привело к ошибкам. Многим ошибкам. Нам не стоило удерживать королевского сына, не стоило торговаться с королем Утером. Доверяться Леонарду и принимать его посланцев также было ошибкой. Прими мои сожаления, принцесса.
Настя растерянно смотрела на коленопреклоненную фигуру. Сказанное горгоной было слишком правильным, чтобы в него поверить. Но не поверить горгоне, отвергнуть ее покаяние – наверное, это было еще хуже. Если бы только можно было сбегать посоветоваться с Альфредом, а еще лучше позвонить Смайли…
– Я принимаю твои извинения.
Наверное, со стороны это выглядело драматично: склоненная голова горгоны, великодушная принцесса… Которая на самом деле уже стала замерзать и думала о том, как бы поскорее свернуть всю эту церемонию. Но при этом Насте не давала покоя и другая, куда более важная мысль: ну и зачем это все? Ведь не может такого быть, чтобы горгона приехала сюда только ради похорон Анжелы и принесения извинений. Что-то тут было еще, что-то…
Настя слишком замерзла, чтобы и дальше играть в эти игры, поэтому она просто спросила:
– Это все? Или ты хочешь еще что-то сказать?
Горгона поднялась с колен, поправила платок.
– Меня зовут Маргарита.
– Очень хорошо.
– Принцесса, хочу тебя попросить. Если когда-нибудь тебе придется решать судьбу моего народа, решай ее мудро.
– В смысле – не будь дурой?
– В смысле – не принимай важных решений, исходя только из собственных обид.
– Так вот зачем ты извинялась… Вы боитесь, что если я получу власть, то буду мстить горгонам. Правильно боитесь.
– Принцесса, я сказала то, что должна была сказать. Теперь я уйду, а ты вправе поступать так, как сочтешь нужным.
– Ага. Могу я тоже попросить… Не надо убивать людей. И не людей. Не надо превращать их в статуи. Может быть, ваш народ может как-то без этого обойтись, а?
Ей показалось, что горгона улыбнулась.
– Мы такие, какие есть, – повторила она. – Но я передам сестрам твою просьбу. Мы обсудим ее и… И будем ждать мессию. Будем ждать перемены нашей участи.
– Ладно, – сказала Настя. – И это…
– Что?
– Если вдруг мне понадобится с тобой связаться или…
– Конечно, – сказала горгона. – Запиши номер моего мобильника.
8
В доме Альфреда все постепенно затихало, гости расходились по комнатам и укладывались спать. Вскоре в полутемных коридорах остались лишь двое полуночников, к которым никак не приходил сон. Альфред совершал что-то вроде караульного обхода своих владений, проверяя, заперты ли двери и потушены ли свечи; Настя же, переволновавшись из-за встречи с горгоной, бродила вслед за Альфредом молчаливой тенью, вслушиваясь в звуки, которые издавал старый дом, и привыкая к ним, как к размеренному дыханию огромного существа из дерева и кирпича.
Путешествуя по второму этажу, Настя замешкалась и потеряла Альфреда из вида. Она двинулась в обратную сторону и заметила у окна силуэт, но тот был слишком велик для Альфреда.
– Армандо?
– Твой Армандо спит без задних ног, – ответил силуэт по имени Денис.
– Он такой же мой, как и твой. А как твоя Берта?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
