– Неправда. Не пойму, почему ты такая злая, – покачав головой, сказала Дарья Владимировна. Всегда старалась держаться ровно по отношению к невестке, а тут не стерпела. – Ты женщина, мать, разве так можно?
– Да что вы говорите, – задохнулась Елена. Раньше от свекрови подобных слов слышать не приходилось. «Почему ты такая злая?» Да вот есть отчего злиться на Федора! Выставил ее полной дурой, до сих пор противно вспоминать.
Елена откинула с лица русую прядь волос и поджала губы. Федор сразу понравился, вот только познакомилась она с ним уже после свадьбы с Сергеем – сто раз пожалела, что так поторопилась. Но все равно, надежды не теряла, кто же ей откажет?
Так долго ждала, когда случай представится, и вот удача: Федор заночевал у них, свекровь в санатории, а Сергея срочно вызвали на работу. Уж красилась, наряжалась, мечтала… Прокралась в комнату, где Федор спал, и легла рядом, а он… Вышвырнул в коридор, как дешевку какую-то!
– Что считаю нужным, то и говорю, – ответила Дарья Владимировна. – Добрее надо быть.
– Не вам мне указывать. Вы бы лучше внуком занимались, думаете, легко нынче детей растить. А то вся ваша любовь на Федора направлена, которого уже сто лет никто не видел.
– Как ты можешь? Я Митеньку очень люблю, почти все свое свободное время провожу с ним.
– А выходные? Весь месяц к своей подружке на дачу по субботам и воскресеньям ездите, ни разу мальчика с собой не взяли. А мне тут разорваться, что ли?!
– Лена, у моей приятельницы дом только строится, и взять Митеньку с собой я не могла, – ответила Дарья Владимировна, нервно теребя золотой кулон. – Тебе нужно самой побольше проводить времени с сыном, он скучает…
– Чего ему скучать, когда я почти всегда дома? А вот Сергей им совершенно не занимается, ему лекции и читайте. Слушать от вас советы и пожелания просто смешно. Вы сами кого вырастили? Один шатается черт-те где, а второму ничего в жизни, кроме денег, не надо! – Елена с грохотом отодвинула стул и села напротив свекрови, закинув ногу на ногу. – Да, я знаю, почему Сергей на мне женился, думал, богатую наследницу подцепил! Деньги моего папочки не давали покоя. А теперь-то, конечно, от меня нос воротит. Считай, бесприданница!
Ничего ответить Дарья Владимировна не успела, да и не знала, что ответить, – раздался звонок в дверь, и она поспешила в коридор.
Глава 18
Мать. Вот она стоит, прикрыв рот ладонью, не в силах стереть слезы, текущие по щекам. Стоит и не верит, что вернулся ее блудный сын, которого она так долго ждала. Это к ней Федор приезжал почти каждый день, сидел в машине и смотрел, как она выходит из подъезда, то одна, то с забавным, подросшим Митькой. Мать. Это она оплачивала счета за его квартиру, пока он шлялся по болотам и ненавидел весь белый свет. Она не позволяла себе быть слабой, когда он себе позволял. Федор сделал шаг вперед и застыл.
– Прости, – сказал он. Прижал ее к себе и погладил по седым волосам. Первый поток материнских рыданий утонул в его широкой груди.
– Феденька… Феденька… Заходи же скорей, радость-то какая.
Дарья Владимировна, смахивая слезы, потянула сына в квартиру. Из кухни выглянула Елена. Выглянула и побледнела – совсем не ожидала увидеть такого гостя. Не понимая, как теперь себя вести, она юркнула в спальню и, оставив дверь приоткрытой, напрягла слух. Любопытство разъедало изнутри: где Федор был, что делал, женился или нет?
– Ты подрос никак?
– Ну, ты что, – немного смутившись, улыбнулся Федор. Он уже отвык от такой искренней любви, направленной в его сторону, и, чтобы немного прийти в себя, заспешил в ванную. Вымыл руки, посмотрел на свое отражение и по-доброму усмехнулся. Елену он видел, но желания поздороваться не возникло.
Вынув из холодильника все, что лежало на полках, Дарья Владимировна загремела тарелками и сковородками. Сын вернулся. Голодный, наверное. Торопясь, она ловко намазала несколько кусочков хлеба маслом и прикрыла сверху сыром. Мясо полетело на сковородку, овощи отправились в миску вместе с укропом.
– Мам, не надо… – заходя на кухню, замялся Федор. Неловко, мать суетится, старается, но это же он должен заботиться о ней, должен бесконечно просить прощения за последние полтора года. Ссутулилась, поседела – разве нет в том его вины? Есть. – Мам, я соскучился. Ты уж прости, что дурак такой…
Дарья Владимировна вновь зарыдала. Замахала полотенцем и сквозь слезы забормотала:
– Ну что ты, сынок… Что ты… Волновалась, конечно, ты бы хоть письмо написал, а то ведь сердце изболелось. Все думала – жив ли?.. Ждала тебя… Сейчас покушаешь, поспишь…
– А Митька где?
– Спит, умаялся он. Подхватил во дворе ветрянку, два дня уже болеет.
Есть Федору совсем не хотелось, но отказаться не посмел, придвинул тарелку и под переполненным любовью взглядом матери стал резать отбивную.
– Сынок, ты где был? Сам-то не болел?
– Нет, не беспокойся, здоров. А жил в тайге. Не знаю, как там оказался, захотелось побыть одному, захотелось иной жизни: без телефонов, машин, денег… Вот и сорвался с места.
Почти час рассказывал Федор про долгую зиму, про короткое теплое лето, про людей, живших неподалеку от его ветхой избенки. Дарья Владимировна слушала, не перебивая, гладила сына по руке и подкладывала салат и мясо на тарелку. Много вопросов было в душе, но мать спрятала их, не желая омрачать хоть чем-то долгожданную встречу. Даже не стала спрашивать, почему он тогда избил Сергея, чего не смог ему простить?
Федор постоял у кроватки Митьки, посмотрел на него и пожалел, что пришел с пустыми руками. Ничего, сейчас со своими делами разберется, а вечером приедет снова и завалит парня игрушками, чтобы был счастлив и, растерявшись, не знал, какую коробку открыть первой.
– Пойдем, а то проснется, – прошептала Дарья Владимировна, поправляя пестрое одеяло.
– Мам, а Сергей где? – спросил Федор, когда дверь детской закрылась.
– На работу поехал, последнее время дома редко бывает. И с Еленой у них что-то не ладится, – тихо ответила она, отмечая про себя, что Федор спокоен и на брата, похоже, злобы не держит. Кто из них в чем виноват, непонятно, дай бог, чтоб забыли старые обиды.
– Так рано?
– Разминулись вы с ним минут на двадцать.
– Я с Леной поговорю.
– Конечно, сынок, а я пойду чайник вскипячу, у нас и пирожные есть, вчера купила.
Елена от волнения схватила журнал и принялась им обмахиваться. Сейчас Федор зайдет, сейчас зайдет… Ничего в этом нет, но все же… Какой он стал! А впрочем, он и был такой. Хищный и просто умопомрачительный! Интересно, как Серега отреагирует на появление Федора? Позвонить, предупредить? Ну уж нет, пусть сами разбираются, братья все же. А ей лучше сохранять нейтралитет, вдруг со временем удастся окрутить загулявшего родственничка. В тайге, значит, он был, не зря взгляд такой… Волчий.
