Тогда же Адольф открыл для себя что и у западной Европы существует своя эзотерическая традиция связанная прежде всего с легендами о Копье Судьбы и Святом Граале.
* * *
О Святом Граале я уже рассказывал. Теперь поговорим о Копье Судьбы.
Копьём Судьбы принято называть легендарное копьё принадлежавшее центуриону Гаю Кассию Лонгину участвовавшему в процедуре распятия Иисуса Христа в качестве представителя проконсула Понтия Пилата. «Один из воинов копьём пронзил Ему рёбра, и тотчас истекла кровь и вода», (Евангелие от Иоанна). По легенде история этого копья уходит в далёкую древность. Оно было выковано по приказу Финееса одного из первосвященников Иудейских рассчитывавшего получить талисман силы для своего народа. Впоследствии этот талисман побывал и в руках Иисуса Навина когда тот штурмовал Иерихон и в руках царя Ирода когда он отдал приказ об истреблении иудейских младенцев.
Считается также что в момент когда Гай Кассий нанёс свой знаменитый удар милосердия у него излечилась катаракта. Прозревший Лонгин стал христианином и был почитаем как герой и святой. Копьё которым он пронзил бок Христа стало одной из важнейших реликвий христианского мира.
Впервые Гитлер увидел Копьё Судьбы в музее Хофбург в Вене. Случайно оказавшись в Зале сокровищ Габсбургов экспонаты которого он до той поры считал никому не нужным хламом. Адольф был привлечён лекцией одного из гидов возглавлявших экскурсии.
«Группа остановилась точно напротив того места где я находился и гид показал на старый наконечник копья. Вначале я не обращал внимания на то что рассказывал гид считая присутствие рядом со мной этой группы всего лишь вторжением в интимное течение моих мрачных мыслей. Вот тогда-то я и услыхал слова которые вскоре изменили мою жизнь. С этим копьём связана легенда согласно которой тот кто объявит его своим и откроет его тайну возьмёт судьбу мира в свои руки для совершения Добра или Зла» 21.
— В средние века — продолжал рассказ гид — некоторые германские императоры владели этим копьём и верили в легенду. Однако за последние пять столетий никто уже не испытывал доверия к этим сказкам если не считать Наполеона потребовавшего себе это копьё после победы в битве при Аустерлице. После разгрома наполеоновских войск наконечник копья был тайно вывезен из Нюрнберга и спрятан в Вене.
Экскурсанты продолжили свой путь по музею а Гитлер заворожено приблизился к витрине чтобы в подробностях разглядеть реликвию. Почерневший от времени железный наконечник покоился на ложе из красного бархата длинное и тонкое острие поддерживалось металлическими подпорками. В центре наконечника было отверстие из которого торчал огромный гвоздь.
— В ту же секунду я понял что наступил знаменательный момент в моей жизни — говорил впоследствии Гитлер — Однако я не понимал как этот чисто христианский символ мог вызвать у меня столь сильное волнение. Долгие минуты я стоял рассматривая копьё совершенно забыв обо всём что происходило вокруг. Казалось что копьё хранит какую-то тайну от меня ускользавшую однако мною владело такое чувство будто я знаю о ней инстинктивно не в состоянии проанализировать её смысл в своём сознании. Копьё было чем-то вроде магического носителя откровения оно открывало такие прозрения в идеальный мир что человеческое воображение казалось более реальным чем реальный материальный мир. Это было как если бы я столетия тому назад уже держал это копьё в руках и оно дало мне всё своё могущество. Как это было возможно? Что за безумие овладело моим разумом и родило бурю в моём сердце 44.
Не прошло и суток как Гитлер снова явился в музей — созерцать священное копьё и ждать когда оно откроет ему свою тайну. Поскольку этого ему очень хотелось вскоре произошло то что Гитлер будет называть посвящением в сущность Копья.
«Воздух стал столь удушливым что я едва был в силах дышать. Обжигающая атмосфера музейного зала казалось расплывается перед глазами Я стоял один весь дрожа перед колеблющейся фигурой сверхчеловека — опасный и возвышенный разум бесстрашное и жестокое лицо. С почтительной опаской я предложил ему мою душу чтобы она стала инструментом его воли».
Любопытный эпизод не правда ли? Некоторые западные демонологи всерьёз уверяют нас в том что Гитлер будучи в Вене подписал самый настоящий договор с Дьяволом, и тот в обмен на бессмертную душу вручил будущему фюреру власть над миром 29. Что ж вышеприведённый эпизод свидетельствует о готовности Гитлера пойти на такой шаг однако вряд ли в этом участвовали какие-то сверхъестественные силы. Любой начинающий политик да ещё с такими убеждениями как у Адольфа Шикльгрубера, должен в какой-то момент пойти на сделку с самим собой принять окончательное решение и расставить все точки над i а как это будет им самим оформлено не имеет принципиального значения. Однако Гитлер избрал именно такой путь.
Подобным образом Адольф модифицировал и легенду о Святом Граале. Гитлер рассматривал процесс бесконечных поисков Грааля как путь через все сомнения ведущий от оглушающего отупения к духовному подъёму своего рода посвящением. Гитлер часто говорил о ступенях восхождения к высшим уровням сознания и раскрывал значение геральдических знаков и рыцарских гербов понимая под ними символы различных ступеней которых их владельцы достигли на пути к Граалю.
Так по объяснениям Гитлера чёрный ворон служил символом первой ступени потому что ворон означает посланника Грааля перст судьбы. Символом второй ступени является павлин великолепное оперение которого отображало бесконечные возможности созидательного воображения. Лебедь был символом третьей ступени потому что послушник желавший её достичь должен был пропеть лебединую песнь то есть преодолеть эгоистические желания и слабости во имя служения своей расе. С четвёртой ступенью Гитлер связывал изображение пеликана — птицы которая вырывает у себя куски мяса чтобы накормить птенцов действие это символизирует посвящённого отдавшего себя делу воспитания молодёжи. Лев означал пятую ступень посвящения на которой человек достигал единения своего сознания с духом нации. Высшая же ступень отождествлялась с орлом поскольку посвящённый получал теперь в своё распоряжение наивысшие силы которыми только могло обладать человеческое существо с этого момента он был способен нести ответственность за судьбы всего мира 44.
— Что общего может иметь подобный путь посвящения с еврейским плотником из Назарета — заявлял Гитлер — С этим рабби воспитание которого было основано на подчинении и любви к ближнему и которое имело целью лишь забвение воли к выживанию. Нет уж действительно испытания связанные с поиском Грааля и предназначенные для пробуждения латентных возможностей человека с чистой кровью не имели ничего общего с христианством!… Добродетели Грааля были присущи всем арийским народам. Христианство добавило сюда лишь семена вырождения такие как прощение оскорблений самоотречение слабость покорность и даже отказ от законов эволюции провозглашающих выживание наиболее приспособленного наиболее храброго и наиболее ловкого.
В этом заявлении Гитлера уже отчётливо прослеживается его ярый антисемитизм. И действительно этот элемент мировоззрения будущего фюрера обернувшийся бедой и смертью для миллионов европейских евреев также получил развитие именно в этот венский период его жизни. Посмотрим что он сам говорит по поводу своего отношения к евреям в «Моей борьбе»
"Проходя однажды по оживлённым улицам центральной части города, я внезапно наткнулся на фигуру в длиннополом кафтане с чёрными локонами.
Первой моей мыслью было: и это тоже еврей? В Линце у евреев был другой вид. Украдкой, осторожно разглядывал я эту фигуру. И чем больше я вглядывался во все его черты, тем больше прежний вопрос принимал в моём мозгу другую формулировку.
И это тоже немец?…
Но окончательно оттолкнуло меня от евреев, когда я познакомился не только с физической неопрятностью, но и с моральной грязью этого избранного народа.
Ничто не заставило меня в скором времени так резко изменить мнение о них, как моё знакомство с родом деятельности евреев в известных областях.
Разве есть на свете хоть одно нечистое дело, хоть одно бесстыдство какого бы то ни было сорта и прежде всего в области культурной жизни народов, в которой не был бы замешан по крайней мере один еврей? Как в любом гнойнике найдешь червя или личинку его, так в любой грязной истории непременно натолкнешься на еврейчика.
Когда я познакомился с деятельностью еврейства в прессе, в искусстве, в литературе, в театре, это неизбежно должно было усилить мое отрицательное отношение к евреям. Никакие добродетельные заверения тут не могли помочь. Достаточно было подойти к любому киоску, познакомиться с именами духовных отцов всех этих отвратительных пьес для кино и театра, чтобы ожесточиться против этих господ.
