«Может, это кто-то из родственников близнецов? Какой-нибудь кузен из провинции? Данка, ты сама этому не веришь. Ну, малыш, и что мы сейчас будем делать?»
Между тем намерения гостя оказались вполне однозначны. Он вынул внушительный пистолет и выпустил несколько пуль туда, где вырисовывались очертания головы, – муляж на кровати выглядел не очень достоверно, однако убийце, скорее всего, и в голову не пришло проверить, что именно находится под одеялом. Похоже, он был абсолютно уверен в себе. Дана мысленно усмехнулась: даже таракан с оторванной башкой поинтересовался бы содержимым кровати, а этот тип просто истратил боезапас.
«Может быть, он не один. Может, они следили за квартирой и сейчас следят… Но как он добрался сюда и кто его прислал? Я должна это узнать. Видно, Танкер был не одинок в своем желании добыть мой скальп».
Парень засунул пистолет за пояс и направился к шкафу. Вот он достал ее чемодан и открыл замки. В его руках оказалась увесистая папка – та самая, что собрала приснопамятная Иванова. Киллер совсем было изготовился засунуть ее куда-то в недра своей одежды, но Дана приняла решение. Она должна знать, как ее нашли, потому что это может быть опасно для Симы и Родьки.
– Я бы на твоем месте этого не делала.
Парень вздрогнул и резко обернулся. Дана выстрелила, целясь в запястье – пистолет выпал из раненой руки бандита и самопроизвольно выпалил. Пуля зарылась в плинтус.
– Ты, сука!..
Лицо у него смуглое и довольно приятное – если бы не гримаса боли и злобы. Дана чувствует, как злость нарастает в ней. Эти ублюдки совсем зарвались в своих преступлениях. Они воруют, убивают и продаются направо и налево и хотят, чтобы им все сходило с рук. Они имеют наглость притворяться приличными людьми – и находятся простофили, которые верят им. Они все преступники. Их надо судить и убивать. В назидание другим и просто потому, что ничего ценного они не делают. От них в мире только зло. И они посылают убийцу к ней! Но ведь ее уже убили.
– Я не люблю, когда меня называют сукой. – Дана стреляет снова, пуля проходит в сантиметре от головы парня. – Я могу так развлекаться довольно долго. И не промахнусь. Хочешь, прострелю тебе колено? Сказать, что это больно – ничего не сказать. Я многое знаю о боли.
Парень смотрит на нее помертвевшими от ужаса глазами. Его бесконечно пугает этот тихий, без интонаций голос и стеклянный взгляд дымчатых глаз. В глазах стоящей перед ним женщины – пустота. Он понимает, что перед ним – его собственная смерть. Ему часто приходилось убивать, но он не думал о том, что когда-нибудь будет так бояться.
– Я хочу знать, как ты нашел меня. Не утруждай себя ложью, я не люблю, когда мне лгут.
– За тобой следили. Скоро неделя, как мы следим за твоими передвижениями, а ты и не заметила.
– Ты лжешь.
Кем бы они ни были, все равно не могли следить за ней неделю по многим причинам. Дана стреляет снова, и пуля вгрызается в плечо парня. Он вскрикивает, и она снова поднимает пистолет.
– Я не позволяю тебе кричать. Мы же не хотим привлечь ненужное внимание, правда? Тогда мне придется тебя убить. Мне повторить вопрос или ты помнишь?
– Господи, это… слушай, я ничего не знаю.
Дана поднимает пистолет, и парень на полу сжимается в комок:
– Нет, не надо… ты права, я скажу. Тебя случайно заметил один из наших людей. Провел до этого дома, ты была неосторожна. А дальше – дело техники. Взяли хозяина, попытались расспросить. Но ты ничего не сказала ни ему, ни сестрице, умная девочка. Так что я просто понаблюдал, потом решил, что время пришло. Кто же мог знать, что сестрица вкатила тебе вовсе не снотворное?
– Где Родька?
– Был на нашей базе.
– Что значит – «был»?
– То и значит. Был там, когда я уходил. Может, и сейчас там, может, шлепнули его, я не знаю. Он уже не нужен.
– Кто прислал тебя?
– Думаю, ты знаешь. В этой бесценной информации заинтересован один человек. Ему я должен передать то, что найду здесь. Этот человек мне заплатит – и все. Такой договор.
– Кто он?
– Я не знаю. Оговорено место встречи и сумма. Деньги он привезет, как только я позвоню ему и назначу встречу. А сделать это я должен только тогда, когда работа будет выполнена: папка у меня, а ты – на небесах.
– Почему он уверен, что ты не прочитаешь содержимое папки?
– Это вопрос нашей этики, понимаешь? У нас есть репутация.
– У кого это – у вас?
– Мы оказываем разным людям определенные услуги. Долго бы мы протянули в таком бизнесе, если бы распространялись о наших клиентах?
– Понятно. Агентство по найму убийц.
– Не только. Это и другие конфиденциальные услуги. У нас широкая сеть агентуры. Агенты, кстати, даже не знают, кто мы такие и зачем нам та или иная информация. Мы хорошо платим за несложную, в принципе, работу. Например, поступил заказ – найти тебя. Мы рассылаем ориентировку агентам. И тебя находят и отслеживают. Эффективная система.
– Наверное, вы – бывшие менты?
– Ты права. Но наш бизнес приносит отличный доход, гораздо больший, чем доход даже самого продажного мента.
– Человек, которому ты должен отдать папку, знает тебя в лицо? Или ты его?
– Я же сказал: нет. Мне только известно, что там – компромат на него. Кто он и что именно в папке, я не знаю и не хочу знать. Это вредно для здоровья.
– Тебе теперь незачем беспокоиться о здоровье. Кстати, где гарантия, что тебя просто не шлепнут при передаче? Для подстраховки, так сказать?
– Нет, это исключено. Наша фирма очень известна в определенных кругах, как и наши методы. А насчет твоих угроз… Убьешь меня? Вот уж не думаю. Ты не убийца. – Красивое лицо парня исказила злая ухмылка. – К тому же я тебе еще нужен. Ты же хочешь знать, где находится наша база?
– Хочу. И ты мне скажешь.
– А если я солгу?
– Я это пойму и отстрелю тебе член. Я всегда определяю, когда лгут.
Парень смотрит в это бесстрастное бледное лицо и понимает, что будет именно так, как сказала эта странная женщина. Он содрогается от ужаса. Он тоже многое знает о боли. И достаточно знает людей.
– А когда я скажу, ты меня отпустишь?
– Нет.
– Но какой мне смысл…
– Я не сказала, что убью тебя. Но не отпущу. Тебя придержат для меня на потом – мало ли, может, ты шутник или виртуозный лжец, таких, говорят, детектор не берет. А может, просто пристрелю тебя. Я не знаю, честно. Мало ли чего мне захочется, но попробовать стоит.
– Ты сумасшедшая!
– Наконец догадался! Так ты мне скажешь?
– Хорошо. Это бывший детский лагерь недалеко от Стрельны, знаешь?
– Найду.
– Ты не попадешь туда. Там охрана.
– Где его держат?
– Не знаю.
– Исчерпывающий ответ. – Дана в задумчивости смотрит на своего пленника. Оставлять его в живых глупо, убивать не с руки – что потом делать с трупом?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
