будет за защита, и предложил, чтобы она взяла с собой Ши или еще лучше Тир’Эша. Но девушка покраснела и гордо ответила:
— Я хочу, чтобы меня охранял ты!
Я любовался фигурой девушки, которая сейчас старательно ополаскивалась после натирания какими-то травами. Когда она раздевалась, покраснела, словно вареный рак, но сейчас все делала перед моими глазами даже с какой-то гордостью, так что пришлось смущаться уже мне. После этого искупался я, а когда мы возвращались обратно, встретили ханьку, которая как раз направлялась на водные процедуры.
— «Присмотри за ней», — попросил я нашего кота.
В качестве подстилки использовали лапник, на который положили плащ. Я лег, и Мила тут же очутилась рядом, положив мне на плечо голову. Уже засыпая, увидел, как пришла наша восточная спутница и легла в стороне. На этом я и уснул.
Проснулся от того, что затекла рука и что-то немного придавило меня. Оказалось, что молодая императрица не только по-прежнему использовала мое плечо в качестве подушки, но и закинула на меня ногу, да и вообще чуть ли не вся перебралась на меня. Хотел ее аккуратно подвинуть, но увидев ее лицо, такое счастливое и улыбающееся, решил повременить.
Спустя десять минут Тир’Эш принес кабанчика. Раз случилось такое дело, то решили задержаться, немного отдохнуть и набраться сил. Я поговорил с Милой по поводу дальнейших наших действий. Она сказала, что ей необходимо прибыть в Новосибирск, хотя сама девушка с удовольствием улетела бы к нам с Айви. Я бы тоже с огромным удовольствием забрал ее с собой, но игнорировать пожелания Богов нельзя, поэтому я здесь. Когда я сообщил об этом девушке, она задумалась минут на пять, а затем выдала:
— Знаешь, Раэш, я не удивлюсь, если тебе необходим Артефакт Империи. А точнее, то, что он скрывает. Вот есть у меня некое внутреннее чувство, что я права.
— Что за Артефакт Империи? — естественно, задал я вопрос.
Краем уха я где-то слышал это словосочетание, учась еще на первом курсе школы. Но подробностей тогда не было, а сейчас мне стало интересно. Девушка демонстративно посмотрела на Ши, которая по-прежнему, с конца вчерашнего дня, сидела сычом. Ханька заметила этот взгляд и в свою очередь так глянула на нас, что я опешил.
— Тайна рода, — ответила на этот ее, можно сказать, выпад Мила.
Ши сидела совсем рядом с нами, но после этих слов резко поднялась и ушла подальше. Мне, если честно, такие перемены в ее поведении начали надоедать, поэтому решил, что как только доберусь до Новосибирска, отошлю ее к своим. А если не захочет, то пусть остается там. Посмотрел на императрицу, которая каким-то понимающим взглядом глядела ей вслед.
— Знаешь, Раэш, — как-то уж очень громко начала она, — а ведь Ши в тебя влюблена.
— Чего-о-о?
— Ты что, не замечаешь? — удивленно посмотрела на меня девушка. — Ах, да, Айвинэль же говорила, что ты в этом плане совсем…
И замолчала. А я начал анализировать все ситуации, когда мы с ханькой были вместе. Получается, что у нее такие резкие перепады настроения происходили, когда рядом со мной была Айви, София или вот Мила. С моей супругой мы путешествовали достаточно много, но случалось подобное, в основном, в начале нашего совместного вояжа. Это что же получается — если девушка так себя ведет, то значит, влюбилась? Этот вопрос я и задал Миле, которая со словами: «Нет, Айвинэль все-таки права» захохотала.
— Потом как-нибудь разберешься, — успокоившись, продолжила она и совсем тихо произнесла: — Сейчас я расскажу тебе об Артефакте Империи.
И девушка тихим голосом начала рассказывать все известное ей. Я заметил, как Тир’Эш, следивший за ханькой, навострил уши, которые повернулись в нашу сторону. Со слов девушки, он сохранился еще с незапамятных времен, и, как я понимаю, существовал во времена Войны Богов. Когда я мысленно высказал свою мысль коту, то он поддержал ее, говоря, что считает так же. А вот по поводу Даариана, который (или которая) хранится где-то в мире, он имел иное мнение, чем девушка. Тир’Эш был уверен, что это некое оружие, а не чистые знания. Правда, сразу оговорился, что бывают знания, которые страшнее самого разрушительного оружия, придуманного людьми. А в том, что этот Даариан имеет божественное происхождение, он почему-то был уверен. На мой вопрос «Почему?» ответил, что иначе его бы так не прятали.
— Я и подумала, что Богиня вполне могла иметь в виду то, что тебе необходимы эти знания, — девушка даже с какой-то гордостью сообщила об этом. — Хотя бы для того, чтобы справиться с новым врагом, — добавила она совсем тихо.
— То есть мне нужно попасть к Артефакту Империи, — задумчиво сказал я. — А где он находится?
— С тех пор, как был привязан к нашему роду, он всегда находится в Москве.
— А если враги его найдут и увезут в другое место?
— Он все равно вернется в Москву, — уверенно произнесла девушка, — даже за пределы города не смогут его вынести. Пробовали уже, и не раз. Даже моему роду сделать это не удавалось.
— Хорошо, доведу тебя до Новосибирска, а потом отправлюсь в Москву.
Девушка загадочно улыбнулась, а в эмоциях удовлетворение расходилось от нее огромными волнами. Через полчаса мы отправились дальше.
Два дня прошли без происшествий, а в одной небольшой деревеньке из десятка домов вообще не знали ни о каких войнах. Узнал это из подслушанных разговоров, когда отправился на воровской промысел. Поначалу хотели просто зайти, но очень уж мы приметные, а отпускать одну Милу — только вызывать лишние подозрения. Этот населенный пункт находился далеко не только от городов, но даже от больших сел, поэтому молодая девушка вызовет много ненужных вопросов, а если здесь появится кто-то из врагов, то сразу сообразит, что к чему. Разжились мы там едой и сменной крестьянской одеждой. И снова — путь-дорога дальняя.
— Что-то как-то очень тихо в этой местности — как бы чего не случилось, — пробормотал я.
Но Мила, идущая все время рядом со мной, услышала и с опаской огляделась вокруг. Ши, увидев это, тоже начала осматриваться. Кстати, о ханьке. Она точно слышала слова императрицы об отношении ее ко мне. Когда только отправились дальше, она посматривала на Милу волком, но затем у Ши снова произошла смена настроения, и она передвигалась чуть ли не впритирку ко мне с другой стороны. Тир’Эш не упускал возможности пошутить по этому поводу: мол, я почти настоящий метаморф. Когда я спросил, кого же он имеет в виду, то узнал, что у меня, оказывается, целых «четыре самки»: Айви, Мила, София
