Читаем без скачивания Темное кредо (ЛП) - Рейнольдс Энтони

Мардук присвистнул сквозь зубы, увидев гибель древней машины.

Непрерывным потоком приходили донесения о нападениях. Повсюду на Боросе Прим ксеносы давали знать о своем присутствии. От Экодаса поступил приказ о немедленной эвакуации всех Воинств.

Планета принадлежала ксеносам.

В центре невидимой для глаз смертных площади внизу густое облако металлических скарабеев стало еще плотнее. Непроницаемый покров завис в нескольких метрах над выжженной каменной кладкой. Роботы-воины сформировали строгие шеренги вокруг этой неистово извивающейся стаи механических насекомых. Эти воины были крупнее, чем остальные смертоносные автоматы, и обладали более мощной броней. В своих скелетообразных руках они сжимали похожие на глефы орудия, клинки которых состояли из дрожащего зеленого света.

Скарабеи начали сцепляться друг с другом, острые лапки и жвала соединялись вместе. Стала обретать форму смутно напоминавшая человека фигура. Насекомые, казалось, плавились, будто под воздействием огромной температуры. Их тельца превратились в жидкий металл, а затем они стали сливаться вместе, жертвуя своими индивидуальными формами для создания чего-то еще более страшного.

Призрачный зеленый огонь загорелся в пустых глазницах. Древнее существо, известное как Неумирающий, спокойно повернулось, глядя, как Несущие Слово отступают перед ним.

Шестнадцатая глава

— Только взгляните на его размеры, — воскликнул Сабтек. Чемпион возвышенного 13-го круга стоял рядом с Мардуком, глядя наружу из левого окна кабины «Грозовой птицы».

Под ними уменьшалась в размерах поверхность Бороса Прим. Тяжелый штурмовой челнок прорывался вверх через атмосферу истерзанной планеты, направляясь к «Инфидус Диаболус», который двигался встречным курсом на орбите наверху. Они уже находились на высоте трех тысяч километров, продолжая неуклонно подниматься, и с этой позиции открывался вид на огромный, имевший форму полумесяца корабль ксено-машин.

Он был действительно гигантским, превосходя размерами все когда-либо виденные Мардуком корабли. После демонстрации эффективности вражеского оружия на поверхности, мысль о возможностях титанического корабля ужасала. Мардук молился Ткачу Судеб, чтобы они оказались вне досягаемости любых орудийных систем, которые могли оказаться у него на борту.

С подбрюшья корабля вниз били ослепительные колонны света, которые высаживали нечеловеческие армии по всему городу в радиусе более пятнадцати километров. Мардук в изумлении покачал головой. С момента первого появления врага в верхних слоях атмосферы прошло менее десяти минут, а они уже успели высадить десятки тысяч солдат и получить полное господство над городом. Даже Астартес не смогли бы повторить развертывание подобной силы с такой скоростью.

— Каким образом они совершили переход? — прорычал Кол Бадар, снимая массивный шлем с четырьмя клыками. — Твой драгоценный Регулятор Связей отказал? Врата варпа открыты?

Мардук потянулся наружу своим духовным зрением, и его веки затрепетали. Спустя мгновение все его тело содрогнулось, когда он вернулся обратно.

— Нет, — произнес он. — Устройство продолжает работать. Ничто не смогло бы войти в систему через эфир.

— Но откуда-то оно же пришло, — отозвался Кол Бадар.

— Может статься, что ему вообще не нужен варп, — заметил Сабтек.

Мардук пожал плечами.

Несущие Слово продолжали изучать вражеский корабль, тишину нарушали лишь трескучее шипение сканеров, а также гортанное рычание и механический хрип управляющих сервиторов, вмонтированных в системы челнока.

Они были почти на одном уровне с кораблем ксеносов, теперь их разделяли триста километров искривленного пространства. С этого угла обзора были видны три черных пирамиды, поднимавшиеся на корме полумесяца. Мардук счел их командными палубами, и его внимание привлекла самая большая из них. Он прищурил глаза и медленно кивнул головой.

— Я уже видел этот корабль, — проговорил Мардук.

— Что? Где? — спросил Кол Бадар.

— На Танакреге.

— Не припомню, чтобы видел что-то подобное, — произнес Корифей.

— Вот эта пирамида, — сказал Мардук, ткнув пальцем в прозрачную и холодную, словно лед, поверхность иллюминатора. — Мы были внутри нее, Кол Бадар.

Корифей медленно кивнул, начиная понимать.

— Была видна только верхушка, — произнес Кол Бадар. — Остальная часть корабля скрывалась под дном океана.

— Одни лишь боги знают, сколько он был там погребен, — сказал Мардук. Рев основного двигателся немного стих, и включились стабилизаторы, корректирующие угол подъема «Грозовой птицы».

— Мы вышли из атмосферы, — сообщил Сабтек, бросив взгляд на шипящие экраны дисплеев. Челнок лег на новый курс, и серповидный корабль ксеносов перестал быть виден внизу. Впереди, едва различимый на фоне окаймленного красным края планеты, появился темный силуэт движущегося им навстречу «Инфидус Диаболус».

На потолке заморгала покрытая прожилками выпуклость.

— Сообщение, — произнес Кол Бадар, нажимая на кнопки острыми кончиками своих силовых когтей с неожиданной аккуратностью. — С «Круциус Маледиктус».

— Экодас, — сказал Мардук. — Игнорируй его.

— Сколько наших братьев выбралось с поверхности? — спросил Сабтек.

— Слишком мало, — ответил Мардук.

К тому моменту, как «Грозовая птица» Мардука преодолела светящееся герметизирующее поле и вошла в один из нижних пусковых отсеков «Инфидус Диаболус», прибыло уже полдюжины штурмовых челноков. На палубе кипела деятельность, бригады рабов и облаченные в черное надсмотрщики торопились обслужить новоприбывший корабль. По полу скрежетали гусеничные транспортеры, доверху нагруженные свежим боезапасом и топливными ячейками. Хромающие механо-органические создания, закутанные в черные рясы, воскуряли благовония, а сгробленные хирумехи занимались ранеными.

Когда посадочные устройства «Грозовой птицы» коснулись пола, Мардук вышел из челнока в сопровождении Корифея и состоявшей из Помазанников охраны. Он увидел, как из близлежащего дымящегося «Громового ястреба» появилась коренастая фигура Первого Послушника Ашканеза, по бокам от которого шли Буриас и Кхалаксис. Мардук усмехнулся, качая головой.

Увидев его, Первый Послушник повернул навстречу.

— Я связался с Великим Апостолом Экодасом, — произнес он вместо приветствия. Мардук не замедлил хода, вынуждая Ашканеза идти рядом. — Новые указания. Мы должны соединиться с остальной частью флота и отступить за пределы досягаемости корабля ксеносов. Если им нужен Борос Прим, пусть забирают.

— Им нужна не планета, — ответил Мардук. — А Регулятор.

Шесть некронских монолитов со стенами из плит образовали вокруг Площади Победы идеально равносторонний периметр.

Между сооружений стояли плечом к плечу, обращенными наружу рядами, тысячи блестящих скелетоподобных воинов. Безмолвные часовые стерегли все ведущие на площадь проходы. Они стояли в идеальной, смертельной тишине. Будь на то воля их повелителя, они бы простояли так вечность. Они существовали лишь для того, чтобы служить, всякий намек на свободу воли давно стерся в холодном и безжизненном панцире их тел. Район патрулировали отряды уничтожителей, которые беззвучно скользили идеально организованным строем над головами собравшихся внизу фаланг.

Существо, которое в древних текстах Несущих Слово называли Неумирающим, находилось в центре площади. Лучи света из висевшего наверху корабля-гробницы резко отражались от блестящего серебряного скелета. Пребывая в одиночестве среди своих бессмертных легионов, он двигался с гибкостью и изяществом, вытягивая длинные тонкие конечности. Единственный из своего рода, он сохранил некоторое подобие себя из далекого прошлого, еще до расцвета людей и эльдар, когда он был созданием из плоти и крови.

Выше пояса тело древнего и полного ненависти существа было человекоподобным, смертоносной пародией на его прижизненный облик. Ниже пояса оно напоминало тело громадного паука из гробниц, которые присматривали за бессмертным легионом в пустоте проходящих тысячелетий. Изогнутый хребет Неумирающего спускался на верхнюю часть насекомоподобного низа, который был прикрыто защитными пластинами брони блестящего черного цвета. Гладкую поверхность покрывали замысловатые геометрические узоры. Под громоздким темно-серебристым брюшком свисала дюжина тонких паучьих лап. Длинные многосуставчатые конечности утоньшались, превращаясь в изящные острия.