На это маршал ничего не сказал, только стрельнул глазами в сторону, видимо посмотрел на Андропова, что время от времени искоса посматривал на много возомнившего о себе майора.
(Книга выходит на финишную прямую и у меня вопрос к читателям: стоит ли писать четвертый том? О том как ГГ будет с бандитскими разборками продираться на вершину политического олимпа. Или и так все ясно, а потому можно обойтись таймлайном в эпилоге).
Глава 21
Продолжение будет. По крайней мере постараюсь. Очень уж много желающих откликнулось.
(Небольшое пояснение к вопросу о реальности сбития из РПГ самолета при выстреле вдогон. Посмотрел скоростные характеристики, в общем скорость полета гранаты РПГ-7 — 145 метров в секунду, а скорость истребителя на вираже падает до 111 метров в секунду, а то и до 100, так что при удаче граната действительно могла догнать самолет особенно срезав угол. Посему оставлю эпизод без изменений).
51
Проверять насколько мстителен Андропов, и ждать ответки, Анатолий не собирался, потому, стоило ему только вернуться в батальон, как он поехал поговорить с одним специалистом, без которого его план под названием «Громкая слава», был по определению неосуществим, а именно к майору Чичину, коему наконец присвоили очередное звание в дополнение к наградам.
— Здорово Лео, есть тема на сто штук.
— Чего сто штук?
— Рублей.
— Кхе! То есть ты мне хочешь заплатить сто тысяч?
— Верно.
— И что мне нужно для этого сделать?
— Угнать самолет.
— Хреновая шутка.
— Это не шутка. Сколько тебе до замены осталось?
— Я хочу на второй срок остаться…
— Ладно, остался на второй, а там и на третий, и так до конца войны, и ты даже выжил, не стал инвалидом при крушении, даже уберегся от гепатита и тифа с прочими болезнями, какие у тебя дальше перспективы?
На это Чичин ничего не ответил.
— Перспектив у тебя никаких. Снова вышибут на гражданку, в звании подпола — твой потолок, и будешь как прежде инструктором пилотажа планеров с куцей зарплатой.
— А так я сяду… вместе с тобой. Это в лучшем случае. То, что ты предлагаешь это даже не простая уголовка, это военное преступление, да еще в боевых условиях, за такое сразу расстрел. Или ты собрался за кордон…
— За кордон я мог и без самолета легко перебраться.
— Ну да… Не, глупая идея, давай сделаем вид, что ты этого не говорил, а я — не слышал.
— Нас не то, что не расстреляют, но даже не посадят. Более того, будут вынуждены сделать героями.
— С чего бы это? — удивился Чичин.
— Так самолет мне нужен для вызволения наших пленных.
— А ты знаешь где они находятся?
— Знаю.
«Как раз лагерь Бадабер в начале этого 83-го года открыли», — подумал Киборгин.
Про него Анатолий в свое время много чего узнал. Все-таки резонансное событие было — восстание пленных советских солдат сутки отбивавшихся от многократно превосходивших сил противника, пусть неудачное, но прогремело в прямом и переносном смысле широко.
— Даже если долетим до цели, то обратно точно не сможет вернуться по воздуху. Собьют. Опять же дополнительные пассажиры, не все влезут.
— Ну да, обратно придется добираться по земле.
— Зачем тебе это, Киборг? Только не говори, что это твоя обязанность… долг. Не ты первый кто потерял пленными своих людей, не ты последний.
— Ну, на самом деле и это тоже, Лео. Ты прав, теряли прочие и еще потеряют, но никто не терял так много людей за раз, как я. Почти двадцать человек, это слишком жирное пятно на моей репутации. Оно как гиря будет тянуть на дно. Я должен смыть его вернув людей из плена. Но ты прав, это не основная причина, точнее она является ее составной частью…
— А если попроще?
— Если попроще, то… Ладно, скажу как есть Лео. Я считаю, что СССР выражаясь вашей пилотской терминологией находится в пике. В крутом пике из которого уже не выбраться и лет через пять-семь этот самолет разобьется вдребезги. Сам недавно был на рынке в Кабуле и наверняка сравнил товарное предложение с тем, что есть у нас в Союзе. Сравнение не в нашу пользу, да? И это нищая страна, где и заводов-то нет, лишь несколько примитивных фабрик. А у нас заводов до хрена, вот только на полках магазинов нет ни хрена… В общем все хреново и улучшения в жизни не предвидится. Людям это, мягко говоря, в какой-то момент надоест.
— И при чем тут спасение пленных? И твое репутационное пятно? — с хмурым видом спросил летчик.
— Я стелю соломку на случай крушения самолета под названием СССР. Из обломков дальнемагистрального лайнера получится сделать несколько самолетов попроще, а так же планеров и я собираюсь стать пилотом такого самолета под названием «Россия».
Чичин в полнейшем охрении смотрел на Киборгина. Вот чего-чего, а подобного он явно услышать не ожидал.
— Конечно, пятно можно заболтать, что ни при чем, так сложились обстоятельства, но мешать все же станет, пусть на подсознательном уровне, а вот то, что я вызволил пленных для чего прорвался на территорию противника, а потом вышел, произведет на людей впечатление. Люди любят героев.
Чичин не выдержал и рассмеялся.
— Киборг, ты хоть понимаешь, как это все нелепо и дико звучит⁈ Это еще мягко говоря!
— Понимаю, это похоже на бред сумасшедшего.
— Вот-вот! Оно самое!
— Вот только скажи, кто мог сказать за десять лет до крушения Российской империи, что она падет?
— Ну ты сравнил…
— Да, сравнил. И нашел, что обстоятельства сильно схожи… Война конечно пожиже, чем первая мировая, но вот революционные настроения, пока что в виде недовольства жизнью, нарастают. И стоит только кому-то спровоцировать сход лавины, бросив камешек, как все просто снесет.
Анатолий привел все те доводы, что озвучил в свое время Ахмад Шаху и своим бойцам.
Теперь Чичину стало не до смеха. Многие вещи на которые раньше он не обращал внимания, заиграли новыми красками.
— Так что думай Лео… не просто о своих перспективах после окончания войны, но еще и о том, как будешь жить в России, когда она станет независимым государством. А в эпоху перемен жить всегда непросто, особенно военным пенсионерам и просто пенсионерам. В грузчики пойдешь? Дворники? Всем будет, мягко говоря, не до полетов. И раз уж пошел такой откровенный разговор то я предлагаю пойти в мою команду и тогда помимо этих ста тысяч ты получишь возможность занять высокое место связанное с авиацией. А это уже совсем другие перспективы.
Летчик сидел с хмурым видом и напряженно думал. Слишком уж на серьезный шаг его толкал собеседник и тут либо пан, либо пропал. Можно и отказаться, но… стоило увидеть пристальный взгляд Киборгина и стало ясно, что выбора у него, по сути, нет. Слишком высокие ставки сделал это командир дисциплинарного батальона с комплексом Наполеона. Он разменял свою жизнь на власть и тут ты либо с ним, либо против него и когда подобные планы ставятся под угрозу, с теми, кто такие угрозы создает разбираются радикально, по принципу: «Нет человека — нет проблем».
«И рука у него завалить меня не дрогнет», — подумал пилот.
Мелькнула мысль сдать его особистам, но как мелькнула, так и пропала. Сейчас ему кроме слов предъявить нечего. Можно конечно подставить в процессе выполнения плана, но… вдруг вспомнились нехорошие случаи с теми, кто пытался встать во главе дисбата при отстранении Киборгина.
«Значит у него уже есть команда преданных ему людей, что отомстят за своего лидера», — понял майор Чичин.
— Хорошо Киборг, я согласен.
— Отлично. Ты извини меня, за то, что по сути припер к стенке, но… все действительно очень серьезно.
— Проехали. Говори лучше куда полетим.
Киборгин достал карту, разложил ее на столике и ткнул карандашом в точку чуть южнее города Пешавар.
— Десять километров южнее города есть кишлак Бадабер, а рядом с ним лагерь для военнопленных. И подобраться к нему надо на рассвете и так, чтобы нас не засекли системы пакистанской ПВО.
