вряд ли подобную защиту можно было назвать надежной в такой ситуации.
— Я ее купил и освободил. Мы заключили с Сааритой пожизненный договор на твою охрану с магической клятвой на крови. Зато теперь у тебя всегда будет рядом девушка, которая поможет раздеться при необходимости. Я уверен, что вы еще подружитесь. Что именно тебе не нравится?
По тону деда было отчетливо понятно, что его терпение на исходе. А Шарлинта никак не могла объяснить, почему не хочет видеть рядом с собой такой… соблазн. Ревность — не самый подходящий аргумент для императора. Тем более, если принцесса не собиралась в ней признаваться. Да и жалко стало девушку. Дед наверняка поставил ее перед выбором — рабство или пожизненный контракт. А еще в Саарите не было никакого нарочитого кокетства. И на амаинтов телохранительница толком и не смотрела, опустив глаза в пол почти сразу после того, как представилась.
Пока Шарлинта размышляла, дед уже поднялся со своего места, подошел к девушке и ласково потрепал ее по макушке.
— Все, ребенок. С днем рождения. Вечером обязательно вырвусь на вашу свадьбу.
Принцесса подняла глаза, собираясь, было возразить, но под посуровевшим взглядом императора не смогла произнести даже слова. Дед явно подошел к самой границе своего терпения, и чувство самосохранения буквально истерично вопило: «Молчи, Шарлинта».
— Простите, — только и смогла произнести принцесса, когда портал закрылся, проглотив императора, его телохранителей и мага.
После этого все пришли в движение. Советники Рох коротко попрощались с принцессой и также покинули кабинет.
— Саарита, вы не могли бы оставить нас? — вежливо попросил Равенель, даже не глядя на телохранительницу.
В глубине души Шарлинта порадовалась этому, а потом отчего-то стало стыдно. Тракарамка поклонилась и бесшумно выскользнула из комнаты.
— Ты забыла поставить ментальный щит назад, — уголок губ старшего амаира дернулся в зарождающейся улыбке.
А принцессе стало невыносимо жарко от смущения. Она столько успела громко подумать за это время.
— Ставь сейчас, я хочу немного помочь, — продолжил Нел, положив пальцы на виски Шарлинты.
Принцесса послушно подняла щиты и почувствовала небольшое жжение на коже, там, где пальцы амаира соприкасались с ней. Чужая магия немного болезненно вплелась в кружево ее собственной, пробуждая легкую тяжесть в висках.
Равенель присел перед стулом, на котором сидела принцесса, так что их глаза оказались на одном уровне.
— Тебе не нужно было извиняться, — тихо произнес он, поймав ее взгляд. — Мы совсем не против ускорить обряд, если тебя он не пугает.
Страхи. Все свои страхи Шарлинта решила оставить во вчерашнем дне, воспоминания о котором уже можно было закрыть где-то в дальнем уголке памяти. А пугали ее сейчас лишь собственные странные реакции. Горячие губы Трейвента коснулись виска принцессы, забирая боль, оставшуюся от воздействия чужой магии. Шарлинта потерялась во взгляде Равенеля и в собственных запутанных мыслях. А амаиры все еще ждали от нее ответ. Стоит ли в такой момент ставить какие-либо условия? Правду знать хотелось, но их брак и без того с самого начала выглядел как сделка. Странная сделка, в которой каждая из сторон считала, что она в выигрыше. За исключением самого товара. Проданной принцессы. Еще и потерявшей саму себя где-то по дороге от Чардифа в Первый дом. Или же это случилось еще раньше, там в тронном зале отца, когда она утонула в этих глазах впервые.
— Не пугает, — ответила Лин, а мучившие ее вопросы так и не прозвучали вслух.
Подарок, выставленный за дверь, пугал гораздо больше. С ней нужно было что-то делать, куда селить, о чем-то договариваться, как-то придумать способ держать ее подальше от амаиров, не мешая исполнять при этом договор. Или все же есть шанс расторгнуть его? Так жалко тратить на подобные разговоры и мысли этот день.
— Подарок свой замуж выдай и не мучайся, — насмешливый голос Икрея раздался прямо за спиной принцессы, а его пальцы нежно прошлись по изгибу шеи девушки. — Кстати, о подарках.
На грудь девушки опустился крупный дымчато-серый с голубоватыми прожилками камень на кожаном с вплетением металлических нитей шнурке.
— Это портал. Сожмешь крепко в ладони и окажешься в своей спальне. Прости, что раньше не подумал об этом, принцесса. С днем рождения.
Губы младшенького легко коснулись нежной кожи за ушком девушки. Лин вздрогнула от острой незнакомой реакции своего тела на это прикосновение. Было одновременно неловко, приятно и любопытно. И какое-то мгновение хотелось попросить, чтобы Икрей повторил этот поцелуй, чтобы разобраться, какие точно чувства он вызывает.
Вместо этого принцесса провела пальцем по колечку в своем ушке, привлекая к нему внимание.
— Но этот артефакт так и не сработал, — напомнила девушка амаирам. — Кто даст гарантию, что телепорт сработает в нужный момент?
Икрей тоже провел пальцем по защитному артефакту, потом и по самому покрасневшему от его действий ушку Шарлинты.
— Этот и не мог сработать, — все с той же насмешкой, раньше так раздражавшей, а теперь почему-то ласкающей слух девушки, ответил младшенький.
— Но почему? Вы же видели его в действии.
— У тебя на плаще была булавка с яхормиатом. Он блокирует действие лунного металла, — теплые пальцы вновь прошлись по уху Лин, задев и колечко из названного материала. — Здесь же…
Теперь пальцы пробежались граням кристалла, и Шарлинта почему-то никак не могла оторвать от них взгляд. Ведь неоднократно видела их до этого — длинные, сильные, загорелые, со слегка шершавой кожей на подушечках, но именно сейчас почему-то смотрела, как завороженная. Наверное, от его действий и мысли принцессы текли медленно-медленно, поэтому нужные вопросы возникали с задержкой.
— А откуда Примжит взяла яхормиат?
То, что это была Тьерн, подтверждения для Шарлинты и не требовалось. Вот только сам яхормиат был настолько дорогим и экзотичным минералом, что, например, в личных артефактах принцессы отсутствовал. Несмотря на то что король никогда не скупился на содержание старшей дочери.
— Оттуда же, откуда и зелье из резеарды. Все концы ведут в Веллорию.
После ответа Равенеля Шарлинта вновь вспомнила, что не хотела разговоров на эту тему. И, тем не менее сама, раз за разом, возвращалась к вчерашним событиям.
— А про обряд расскажите? — попыталась вновь сменить тему Лин.
