Кроме того, у меня хорошие связи в епископате. Произошедшее в вашей школе – вопиющий случай, но я согласен с вами, что проступок одного человека не должен навсегда запятнать репутацию вашего заведения и будущее всех ваших учениц и преподавательниц.
И ты наконец понимаешь, что победила мать Магдалену. Скоро вы расстанетесь навсегда, о чем обе давно мечтали, с самого твоего рождения.
Однако на этот раз все будет не так, как она хотела.
46. Ультрамарин
Май 2022 года
Я застал его за открыванием пакетов с новыми книгами и пару минут наблюдал, как он, полностью поглощенный своим занятием, подносил каждый экземпляр к носу и вдыхал его аромат, словно это был кокаин.
«Книжный магазин Души» был пуст; оставалось только догадываться, откуда Алистер Морган получал свои доходы, потому что с таким потоком клиентов ему едва ли удавалось снимать кассу каждый день.
– Мой дорогой Унаи, ты все еще в Мадриде? – спросил он меня, как только заметил мое присутствие.
– В последнее время я езжу то туда, то сюда. Сейчас у меня сотрудничество по трем делам – здесь и в Витории. Я приехал, чтобы увидеться с тобой; нам нужно поговорить, – сообщил я Алистеру. – Ты можешь закрыть сейчас свой магазин? Я хочу, чтобы мы побеседовали очень откровенно, без лишних ушей и помех.
Улыбка застыла у него на губах – он не мог понять, друг я или враг. Нервно провел рукой по своей непослушной седой шевелюре и положил на прилавок книгу, которую только что обнюхивал.
– Все настолько серьезно? Ты узнал что-то о Саре, что хочешь мне сообщить?
– Скорее, это я хочу тебя кое о чем расспросить. Пирпонт Морган – он был твоим родственником?
– Хм… для новичка в области библиофилии ты очень хорошо осведомлен.
– Ну так состоишь ли ты в родстве с семьей Морган, коллекционерами-меценатами, основавшими Библиотеку Моргана в Нью-Йорке? Конечно, если не хочешь – не отвечай, я могу сделать соответствующий запрос по своим каналам и через несколько часов получу ответ. Но ты мог бы избавить меня от этих хлопот, Алистер.
Он присел на прилавок и склонил голову.
– Да, мы родственники и поддерживаем связь. Сара часто ездила к ним и даже работала вместе с ними. Нас всех объединяет, помимо прочего, страсть к коллекционированию. Я понимаю, что ты заговорил об этом из-за «Черного часослова» из Библиотеки Моргана. Да, разумеется, мне известно о существовании этого экземпляра. И да, я солгал тебе, когда ты впервые объявился здесь, словно твой отец, вернувшийся с того света, и стал спрашивать меня про черные часословы. По роду своей деятельности я привык зачастую притворяться несведущим – просто из соображений безопасности. Ты действительно полагал, что в нашем закрытом и темном мире библиофилов тебя встретят с распростертыми объятиями и книготорговцы станут в первом же разговоре охотно открывать перед тобой свои владения, коллекции и тайны – тем более зная, что ты полицейский?
– А ты ведь занимаешься не только книготорговлей, верно? Так же, как и твой отец и, вероятно, Сара, которая, должно быть, не ограничивалась изготовлением легальных факсимильных копий уникальных экземпляров.
– Полегче, молодой человек! Это тройное обвинение, и тут нужны веские доказательства.
Я достал из кармана куртки экземпляр Библии, хранившийся у моего дедушки более шестидесяти лет.
– Твой отец подделал обычную Библию только для того, чтобы мой дедушка смог назвать своего сына в его честь и священник согласился его окрестить. Ты думаешь, мы поверим в то, что это был первый и единственный раз, когда Гаэль проделал нечто подобное?
Алистер уставился на книгу широко раскрытыми глазами.
– Это подделал мой отец?
– Именно так, – подтвердил я.
– Можно взглянуть? – Он просительно посмотрел на меня.
– Я не могу оставить тебе эту книгу насовсем, ведь это семейная реликвия и для меня тоже. Но, конечно, можешь подержать ее в руках. Это же вовсе не улика, и ее не нужно будет предъявлять судье.
Алистер взял книгу очень осторожно, почти с благоговением.
– Ну что ж… и чего же ты от меня хочешь?
– Ты разбираешься в фальсификации книг – и я не прошу от тебя никаких сведений, которые могут тебя скомпрометировать; мне нужно только, чтобы ты помог мне найти «Черный часослов» Констанции Наваррской. На этот раз по-настоящему. Я думаю, твоя дочь погибла именно из-за этой книги. По нашим предположениям, Эдмундо приобрел мифическую библиотеку Педро Барделя или, по крайней мере, интересовавшие его экземпляры, среди которых был и тот самый часослов. Думаю, он рассказал об этом твоей дочери, чтобы предложить ей какую-то сделку с «Фишер Кинг», ведь выпуск ограниченного факсимильного издания этой книги мог стать выгодным проектом. Или, может быть, Сара решила обмануть Эдмундо, изготовить подделку и присвоить оригинал, не знаю… Однако есть все основания полагать, что в какой-то момент в дело вступила Итака Экспосито: она завладела «Черным часословом», после чего некий библиофил похитил ее и, не добившись от нее признания, где была спрятана книга, решил позвонить мне и предъявить свои требования. Поэтому мне нужно знать, Алистер – и это тоже в твоих интересах, если ты хочешь упрятать за решетку изверга, убившего Сару, – мне нужно знать, каким образом ты подделал бы такой экземпляр.
Я пристально посмотрел на него, изрядно утомленный уже всей этой скрытностью и тем, что у всех вокруг второе дно.
Алистер поднял руки в знак того, что сдается.
– Ладно, ладно… Если бы мне нужно было выследить подделку подобного экземпляра, я начал бы с изучения его немногих собратьев: того самого MS M.493, «Черного часослова» Моргана, например. Не столь важно, какой анонимный художник создал его: все они были подражателями Виллема Вреланта, одного из самых известных иллюминаторов в истории, работавшего в Брюгге с тысяча четыреста пятидесятого по восемьдесят первый год, вплоть до самой смерти. Оба известных мне черных часослова – этот, нью-йоркский, и экземпляр Сфорца – имеют характерные общие черты: люди изображаются с плоскими лицами и большими носами. Текст выполнен готическим минускулом, серебряной и золотой краской, с орнаментом гильош.
– Подожди, – остановил я его, сделав знак рукой. – Если ты будешь углубляться в технические детали, я перестану тебя понимать.
– Тогда пойдем; я покажу тебе то, что ты должен увидеть.
Алистер снова провел меня в свое подсобное помещение, где в прошлый раз на моих глазах опустошил бутылку абсента, но, к моему облегчению, теперь там не было ни кусочков сахара, ни серебряных ложечек, а лишь современный ноутбук, несколько тетрадей, листы бумаги, стакан с карандашами и ручками – в
