Читаем без скачивания Оптимистка - Ким Холден

Она тычет в меня своим наманикюренным пальцем.

— Ты считаешь, что я ничего ни для кого не делаю, Келлер?

Я никогда не достучусь до этой женщины.

— Господи, это не соревнование, — вздыхаю я. — Твоя работа куда более важная, чем моя или его, — я показываю в направлении отца. Он сидит и молчит. — Речь о том, что делает меня счастливым. Меня. Твоего сына.

— Ты потеряешь свою стипендию, — уверенно говорит мать. Интересно, за сколько ниточек потянула она в прошлом, чтобы я получил ее?

Я стою, даже не мигая. Не стоит показывать им страх. Смотрю на свою ладонь. Ты храбрый.

— Возможно.

Она раздраженно фыркает.

— Возможно? Возможно? Определенно, Келлер.

— Я подам документы на студенческий заем.

У нее вырывается смешок, больше похожий на кашель. Такое ощущение, что заем — это низко для семьи Бэнкс.

— А что насчет Стеллы, Келлер? Ты подумал, как это решение повлияет на ее будущее? — наконец, спрашивает отец.

Я храбрый, храбрый, храбрый.

— Я забираю Стеллу в Грант, и она будет жить со мной. Как только закончатся экзамены...

Мать опирается ладонями о стол и подается вперед.

— Что?! Стелла не покинет этот дом, пока ты не закончишь обучение.

Я копирую ее позу. Теперь мы стоим друг напротив друга, практически касаясь носами.

— Она моя дочь.

— Я не стану платить за переезд Мелани в Грант. — Она думает, что это имеет для меня значение.

— Я поговорю с Мелани и дам ей знать, что после 19 декабря мы не будем больше нуждаться в ее услугах. Я планирую забрать Стеллу и ее вещи после экзаменов; к этому времени Дункан как раз переедет жить к своей девушке.

Теперь она уже просто кипит от гнева.

— Да ты даже не знаешь, как заботиться о ребенке. Видеться с ней на выходных со всем не то же, что двадцать четыре часа в день, семь дней в неделю.

— Я справлюсь.

Мать переводит взгляд на отца и качает головой.

— Ты это слышал? Он справится. — Она отчаянно всплескивает руками. — Просто замечательно. Он справится.

Отец смотрит на меня, и в первый раз за всю жизнь я вижу в его глазах симпатию. На секунду мне кажется, что он встанет на мою сторону. Но он молчит, и моя надежда увядает.

Больше не могу здесь находиться. Чувствую себя в ловушке. Я знаю, что мать посчитает мой уход признанием поражения. Она воспримет его как победу.

Но не в этот раз. Сегодня выиграю я.

Понедельник, 21 ноября

Кейт

Я: Ужин. Столовая. 7:00. Возражения не принимаются.

Клейтон: Так не приглашают, Кэтрин.

Я: Хорошо. Ну пожааааалуйста. Я соскучилась.

Клейтон: Я тоже соскучился. Увидимся в 7:00.

Ставлю поднос на стол и обнимаю его, перед тем как сесть.

— Господи, я так давно тебя не видела. — Осматриваю его с головы до ног. — Ты отлично выглядишь, мой друг. Красавчик, как всегда.

Это правда. Ярко-розовый свитер и зеленые брюки восхитительно сидят на нем. Да и кажется он куда более счастливым, чем в прошлый раз.

Клейтон краснеет и хлопает ресницами.

— Спасибо, Кэтрин. — А потом он с озабоченным видом внимательно смотрит на меня. — Кэтрин, с тобой все в порядке? Ты немного бледная. И судя по всему, похудела. Не пойми меня неправильно, ты восхитительно выглядишь, но, кажется, с тобой что-то не так.

Я здесь не для того, чтобы обсуждать саму себя, поэтому делаю все, чтобы замять этот разговор.

— Я в порядке. Просто болела на прошлой неделе. Тебе не о чем беспокоиться.

Судя по виду, мои слова его не убедили, так что я меняю тему разговора:

— Как дела в Миннеаполисе? Как Моррис? — Клейтон каждую ночь проводит у Морриса и появляется в Гранте только на занятия. Это продолжается с тех пор, как я узнала о Придурке, Бене Томпсоне. Я стараюсь не думать плохо о людях, но, черт побери этого парня.

Такое чувство, что сейчас передо мной мультяшный герой с сердечками в глазах.

— Моррис замечательный. Кэтрин, я никогда не думал, что полюблю, но… я люблю его и все, что с ним связано. — Он оглядывается по сторонам, а потом наклоняется ко мне. — После Нового Года я переезжаю с ним в Лос-Анджелес. Его дядя открывает новый клуб и хочет, чтобы он занялся его управлением, потому что Моррис отлично справился здесь.

— Матерь Божья! Лос-Анджелес? Это серьезное решение.

Я в шоке.

Клейтон улыбается, как маленький взволнованный ребенок.

— Я знаю. Разве это не захватывающе?

Я киваю, потому что да, это действительно захватывающе.

— Рада за тебя, приятель. Правда.

Он знает, что так оно и есть.

— Спасибо, Кэтрин.

— Мне не хочется выглядеть сверхопекающей сучкой, и я ни в коем случае не сужу тебя, но все-таки должна спросить. Ты ведь уезжаешь, потому что так правильно для тебя и этого хочешь ты сам? Ты ведь не бежишь от проблем, с которыми столкнулся здесь? Потому что мне будет очень грустно, если твоим друзьям придется расстаться с тобой из-за какого-то ублюдка.

— Нет. Думаю, пора выбираться из бассейна, чтобы наконец-то, поплавать в океане. Я раньше никогда не жил в больших городах, — смеется Клейтон.

— Я рада за тебя, — повторяю еще раз. — А потом ворчливая сторона берет надо мной верх. — Только пообещай мне, что не бросишь обучение. Ты должен получить диплом, приятель. Мир как-нибудь переживет хорошо одетого бухгалтера.

Не знаю почему, но мысль о Клее, сидящем за столом и занимающимся настолько приземленной работой, как бухгалтерия, всегда вызывает во мне смех. Он слишком импозантен, чтобы всю жизнь просидеть на стуле.

Клейтон закатывает глаза и поднимает правую руку.

— Да, Мамочка, я обещаю не бросать учебу. К тому же, кто еще позаботится о твоих налогах и пенсионных накоплениях?

Ой. Эти слова ранят прямо в самое сердце. Не хочу, чтобы Клейтон знал, что, скорее всего, мне даже и не придется в этом году иметь дело с налогами. Натягиваю на лицо вымученную улыбку.

Он потирает руки и хитро улыбается.

— Я тут кое-что слышал от Пита, — говорит он, сверкая глазами и показывая на меня. — Ты и Келлер официально встречаетесь. Это правда? И пожалуйста, со всеми грязными подробностями.

На мгновение я замираю.

— Пит распространяет слухи? Я должна срочно поговорить с ним.

Клей с широко открытыми глазами ожидает моего ответа.

— Ну же, Кэтрин. Я умираю от нетерпения.

Я смеюсь и киваю.

— Ну, может, в этом есть доля правды.

Он хлопает в ладоши, как и всегда, когда возбужден.

— О Господи, Кэтрин. Я так счастлив за тебя. Знаю, ты девушка серьезная, как и я, хотя, кого я обманываю, c’est la vie , но этот парень горячее, чем тамале .

Мне становится смешно от этих слов, но, тем не менее, я целиком и полностью соглашаюсь с ним.

— Да, он такой.

Раздается пронзительный визг Клейтона.

— Я, конечно, вас не тороплю, потому что знаю, что вам обоим сначала нужно закончить учебу, а потом, может быть, еще попутешествовать. Думаю, вы должны увидеть Европу, по крайней мере, Францию... и Греческие острова, — тараторит он, — но я очень надеюсь, что между вами двумя все срастется, потому что... О Боже Мой. У вас получатся очень красивые детки.

Клейтон прямо светится от счастья.

Его восхитительная улыбка немного смягчает эффект слов. У меня никогда этого не будет. Никогда. Жизнь — дерьмо.

Закончив ужинать, мы обещаем друг другу оставаться на связи и видеться почаще. Мне нравится Клейтон, и я хочу быть уверенной, что у него все хорошо, пока он не уедет и не перевернет новую страницу своей жизни... как и я свою.

Возле машины мы крепко обнимаемся. Так тяжело отпускать его.

Я стараюсь не думать о смерти, но в последнее время ничего не могу с этим поделать. И от этого мне грустно. А я не хочу грустить, потому что жизнь... У меня замечательная жизнь.

Сегодня, у меня замечательная жизнь.

Я не хочу думать о завтра.

Или послезавтра.

Поэтому я повторяю про себя: Сегодня, у меня замечательная жизнь.

Четверг, 24 ноября

Кейт

С утра на пороге у Келлера появляется Шелли с продуктами в руках: индейкой, соевым мясом для меня и всем необходимым для гарнира. Я даже и не знала, что она любит кухарничать.

Все подготовив и поставив индейку в духовку, Шелли, Дункан и я направляемся в "Граундс", чтобы выпить кофе. Сегодня они закрыты, поэтому мы предоставлены сами себе. Хорошо иметь нужные знакомства. Мы садимся возле камина и обсуждаем Келлера и его предстоящие выходные. Он сейчас в аэропорту, ждет Стеллу. Мелани собиралась в Сиэтл, чтобы провести праздники со своей семьей, и приобрела билеты с пересадкой в Миннеаполисе. Так что Стелла прилетит и улетит с ней. Это большой шаг для Келлера, она никогда раньше не приезжала к нему.

Шелли все еще в шоке от новостей о Стелле. Дункан рассказал ей вчера вечером с разрешения Келлера.

— Я бы тоже никогда не поверила в это, — попыталась я хоть как-то расслабить ее. — Тут и правда нужно сначала увидеть. — Стелла — это как будто отдельный мир. Мир, в котором бы я хотела жить вечно.