Но не отвлекаемся, компьютер лишь показывает и работает в указанном направлении, а вот в каком — это уже моя забота, я должен, чем быстрее, тем лучше, вычленить компонентные структуры заклинаний противника, распознать управляющий модуль, модуль запитки, вычленить ту часть, что ответственна за форму. Сглотнув ком, подступивший к горлу, я ладонью смахнул выступившую испарину на лбу.
Спокойно, нужно собраться и взять себя в руки, что тут скажешь, что мой противник, что я собственной персоной, мы оба явно неверно изначально составили представление друг о друге. Причем если он был пока лишь озадачен моей продолжительностью жизни, то я в свою очередь в данный момент озадачен проблемой удивить его, в очередной раз продолжив жить и далее. Хорошо бы провернуть трюк с ментальным ударом, как я провернул его с имперским магом, но прилюдно отвлекать внимание Фердинанда, призвав Адель, это все равно что всунуть добровольно голову в петлю, подобные эманации некротики не то что на раз прочитаются опытными магами, их способны будут увидеть даже вновь поступившие новички. Так что не отвлекаемся и работаем.
Итак, основа основ всех заклинаний — это энергия, а следовательно, источник, которым в данный момент является непосредственно оппонент, что так щедро вливается в свои контуры, будет отправной точкой, от него по теоретическим книгам мы и будем искать каналы, идущие на ресурсный модуль подпитки.
Есть, есть такое дело, вижу его контур, знакомый мне как свои пять пальцев — достопочтимой госпожи Дексты, следовательно, следующие нити идут на другие заклинания, здесь бы, как могло показаться, и стоило бы нанести удар, но увы, это не так, контур прервется, это факт, но он еще будет работать энное время в автономном режиме, причем достаточном для того, чтобы де Тид вновь смог продолжить свою подпитку. Следующий узел, куда ведут все пути-дорожки, это, видимо, и есть модуль-резервуар автономной работы, где скапливается условная масса энергии, а вот дальше и начинается проблема. Куда дальше двигать, я словно на перепутье, куда повернуть, налево или направо? В огненной стихии, по классике придерживаясь общей рекомендации целесообразности и взаимодействия всего плетения, следующим модулем идет контур управления, в то время как в воздушной школе, наоборот, следующим должен идти модуль визуализации, то бишь формы, принимаемой всем заклинанием. Тут скрыты большие подводные камни, а именно разность коэффициентов сил для каждой отдельно взятой стихии. Структуры огня несопоставимы с воздухом, а следовательно, есть и свой нюанс в работе с водой, которого я не знал и, к сожалению, не улавливал.
Хотя…
Дако показывал мне накладки-перемычки, что при должном применении сворачивали всю структуру, а что будет, если я варварски всуну в стихию воды модуль огня? Что верно для одного, совершенно неверно для другого, отсюда, собственно, и растут ноги различных школ. Нет, взрывов и молний не последует, по моей прикидке, скорей всего заклинание либо самоликвидируется, либо же приобретет в своей структуре этакого паразита, от которого ему вроде как не холодно и не жарко, разве что на плечи Фердинанда, а верней на его энергию ляжет дополнительный груз подпитки. Это, конечно, некрасиво, не столь грациозно, как то, что показывал мне Дако, но меж тем попробовать стоит. Топорно, грубо, но почему нет? В конце концов, я не волшебник, я только учусь.
Как я и предполагал, никаких спецэффектов. У моих ног с громким «плюхом» осела вода, некогда бывшая телами двух смертельных магических гадов, конденсация в низких температурах ледяных игл прервалась, от чего плеск растекающейся воды наполнился глухим ударом незаконченной ледяной стрелы.
Никаких спецэффектов, хотя настоящей наградой моей работы все же стали нереально округлившиеся глаза Фердинанда, плюс застывший в гигантском «О» широко раскрытый от удивления его рот.
Браво. Мысленно я даже поаплодировал себе.
— Что за… — Де Тид ошеломленно оглядывался по сторонам, не находя ответа. — Что происходит?
— Молилась ли ты на ночь, Дездемона? — Улыбнулся, пробурчав себе под нос, я.
Фердинанд на запредельной скорости собрал воедино вновь наступательное заклинание водного голема, но увы, тому не суждено было приобрести законченной формы, лишь легкая рябь пробежалась по растекшейся воде. Раз показав дорогу Маку, можно было быть спокойным — компьютер уже не ошибется, внося свои изменения в структуру заклинаний противника.
Неспешным прогулочным шагом, под недоуменным взглядом противника, я прошествовал через всю площадку до остолбеневшего и не прекращающего попытки в активации плетений де Тида. Он не сдавался, с каждым разом пытаясь вывести хоть что-то из до сих пор такого родного и, казалось бы, доступного арсенала плетений. Полное фиаско, причем бессилие, его только больше бесило и заставляло злиться.
— Ублюдок, ты не дождешься от меня слов пощады! — Я видел, как его лицо перекосило ненавистью, а руки поразила крупная злость безысходности. — Ты… ты…
Он пошел розовыми пятнами, схватившись за грудь и раскрывая рот, словно рыба, выброшенная на берег, а я с недоумением смотрел на легкий росчерк затухающего и едва уловимого заклинания, золотой, едва уловимой вспышкой проскочившего между нами. Это была яркая, едва уловимая звездочка энергетического плетения, сформированная прямо в груди моего оппонента.
— Что за… — Я не находил смысла и слов.
Фердинанд упал наземь безвольным кулем, словно сломанная кукла, раскинув широко руки.
— Это не я! — Обернувшись к молчаливой толпе, я ошеломленно оглядывался по сторонам.
— Свидетельствуем победу Ульриха фон Рингмар-Когдейра! — Маг с залысинами подошел к нам, проверив пальцами пульс у де Тида. — Сомнений нет, бой был честным, победа не обсуждается!
— Но это не я! — Я схватил за рукав глашатого.
— Бой окончен, сынок. — Маг скосил взгляд на Тида. — Он мертв, ты убил его.
* * *
— Я не буду ничего нюхать! — Граф Десмос пылал гневом и выражал всем своим видом крайнюю степень оскорбленного достоинства.
— Бябяка должен нюхать. — Совершенно игнорировал его осанку господин Ло.
— Да я в конце концов не по этой части! — Десмос от негодования аж притопнул ногой. — Я чую кровь! Понимаешь? Я иду по следу страха и крови, я не могу нюхать землю и… вот это!
«Вот это», судя по всему, было дерьмом. Волчьим. В лесу, вдали от дорог и обжитых полей и пятачков деревень, куда они вместе с маленьким желтокожим монахом забрались, идя следом за двумя маленькими пушистыми мошенниками, нагадили волки, что собственно неудивительно, ибо где еще волкам гадить, как не в лесу? В самом деле, не в тапки же кому-нибудь дома?
— Где эти меховые засранцы? — Граф крутнулся вокруг своей оси, сверкая злобным взглядом. — Они нас сюда привели, пусть и нюхают!
— Воровайки Ули-Ри ушли. — Монах развел небольшой костерок, усевшись рядышком с ним и извлекая из своего заплечного мешка небольшой котелок. — Воровайки идти в лес кушать. Ло садиться у пляшущих языков гоуминь-бао, он будет тоже кушать, а бябяка должен ходить кругом и нюхать.
— Не буду! — Десмос в очередной раз топнул ногой, внезапно широко округлив глаза и разинув рот. — Это что такое?!
— Моя не понимать. — Тут же отвернулся в сторону монах, отбросив в сторону палочку, которой только что лихо подкинул графу под ноги волчьи фекалии. — И вообще, меньше ногами топай, такой будет мой тебе совет.
— Да ты! Да я! Да что же это такое-то творится?! — Десмос отчаянно принялся вытирать ногу о траву. — Меня, графа, вампира, главу гнезда, заставляют нюхать какашки, как какого-то пса дворового!
— Не познав лишений, не оценишь благ. — Нравоучительно воздел вверх пальчик монах. — На гору поднимаются с самого низа, понимать? Ты не можешь сверху взойти на гору, только снизу.
— Да иди ты знаешь куда?! — Графа передернуло от омерзительного вида того, что стало с его сапогом.
— Зато твоя теперь нюхать. — Пожал плечами монах, ставя свой котелок на костер.
