— Бабушка Тутелла уснула. И я сходила к профессору Альгеди, он обещал её отвезти.
— Замечательно, — улыбнулся Хидори.
Ниа подумала, знает ли профессор, что Мэт не преподаватель. Ей почему-то казалось, что знает.
После урока она пошла к Мэту. Тот обложился учебниками и словарями.
— Я сам только что узнал, что в моём языке такие правила есть! Как же я их ему объясню? — вздохнул он.
— Ничего, я тоже не планировала преподавать лабрийский иностранцам, — подбодрила его Ниа. — Главное — желание.
И они начали репетировать завтрашнее занятие. Ближе к полуночи заглянула Рейчел — спросить, во сколько уезжает бабушка, — и принесла вырезанную из журнала статью про рок-группу, в составе которой был и скрипач.
К себе Ниа вернулась около двух. Старушка по-прежнему тихо посапывала. Ниа завела будильник, потом открыла сумку и достала из кошелька недавно полученные семьсот коэнов. Пятьсот положила в шкатулку, а двести осторожно засунула в кармашек старенького платьица бабушки. Потом села на стул, отодвинула ноутбук и, вспомнив строгое: «Стол не самое подходящее место для сна», — опустила голову на гладкую деревянную поверхность.
Разбудил девушку не звонок будильника, а старые шершавые руки, гладящие её по голове. Бабушка Тутелла улыбнулась и показала на часы. Семь двадцать пять.
Ниа улыбнулась в ответ и побежала ставить чай. Через десять минут пришла Рейчел, а потом Мэт с Байри. Выпив чай с пирожками, они спустились вниз. На ступеньках перед университетом уже стояли профессор Сатабиша и Солус Альгеди.
Хидори поздоровался со всеми. Солус кивнул и заговорил со старушкой по-фораменийски. Ниа смотрела на него и думала, как сделать так, чтобы восхищение на её лице стало чуть менее заметным.
Бабушка Тутелла обняла девушек и Мэта, долго трясла руку профессору Сатабиша и прижимала к груди Байри. Потом Солус помог старушке сесть в машину.
Все махали руками, пока чёрный автомобиль не скрылся за поворотом.
Профессор Сатабиша что-то сказал Байри, и мальчик кивнул.
— Теперь это ваш ученик, — произнёс он, серьёзно посмотрев на Мэта. И Ниа поняла, что профессор больше не будет помогать ему. Пока Мэт не докажет, что достоин этого. Ей хотелось рассказать профессору, как юноша до двух часов готовил занятие, но она знала, что он сам увидит, если Мэт всё сделает правильно.
Вернувшись в университет, странная компания разбрелась. Байри со своим учителем пошли в студенческую столовую (Мэт решил проконтролировать, как будут кормить его ученика), профессор Сатабиша постучался в какой-то кабинет, а Ниа с Рейчел поднялись на пятый этаж.
Позавтракав, девушки отправились на занятия. Ниа так волновалась за Мэта, что сама несколько раз ошибалась. После первой пары ей хотелось побежать к нему, но, вспомнив своё первое занятие, решила подождать до обеда. Так как встретиться с Мэтом было нельзя, Ниа пошла к Солусу узнать, как доехала бабушка Тутелла.
В его кабинете за партой один единственный ученик — смуглый юноша в потрёпанной мантии — старательно писал что-то в тетради.
— Извините, я хотела спросить, как бабушка?
— Хорошо, я посадил её на поезд, — ответил Солус.
На его столе рядом с книгами лежала горстка карамелек.
После занятий Ниа не пришлось идти к Мэту. Он сам к ней прибежал.
— Ну, как? — спросила девушка.
— О! — только и мог произнести он.
— Понравилось?
— О! — судя по блеску в его глазах, это означало «да».
— Мальчик доволен?
— Кажется… Я старался делать, как ты говорила. Конечно, пару раз напутал, но вроде всё в порядке.
— Молодец!
— А завтра?
— Не паникуй. Сейчас пообедаем, потом у меня занятия с Рои, поэтому ты пока отдохнёшь, а после ужина сядем и сделаем второй урок.
— Ты же не можешь все полгода со мной нянчиться.
— Все полгода я не буду, — улыбнулась Ниа.
Она быстро пообедала, набрала несколько текстов для своих занятий и пошла к Рои. Девочка с нетерпением ждала времени, когда можно будет пойти в школу. Теперь она повсюду ходила с маленькой сумочкой, в которой лежал блокнот с карандашом. Половину урока они занимались албалийским, а половину — языком Аин. Рои уже могла читать и писать на обоих языках.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
В шесть часов Ниа отпустила девочку. Та поцеловала преподавательницу и побежала вниз. На последних ступеньках лестницы Рои увидела мальчика, он медленно спускался, шёпотом повторяя про себя слова. Услышав звук лёгких шагов, он обернулся. Рои остановилась, взметнув складки юбки-солнышка.
— Здравст-вуй, — по слогам произнёс Байри выученное недавно слово.
Девочка достала блокнот и написала в нём: «Здравствуй».
На глаза упала чёлка, он поправил её и сказал:
— Ме-ня зо-вут Байри.
Девочка снова взяла карандаш: «Меня зовут Рои».
— Ро-и, — повторил мальчик последнее слово.
Девочка кивнула. Ей очень хотелось пойти с ним, но она ещё не училась в школе и не могла ужинать с другими студентами. Она помахала рукой и убежала. Всю дорогу она думала о мальчике. Наверное, он недавно приехал. Она не видела его раньше. Можно было спросить о нём Ниа, но Рои боялась. И потом, вряд ли мальчик захочет с ней дружить. В деревне были дети, но никто из них не хотел играть с девочкой, которая не умеет говорить.
Рои не знала, что мальчик тоже думал о девочке, которую случайно встретил после занятий. И тоже хотел спросить о ней. На его языке в университете говорили два профессора — молодой и старый — но их он боялся. Его преподаватель был добрым, но Байри пока не мог спросить его.
В пятницу Рои набралась смелости и после занятия написала в своём блокноте: «В прошлый раз я видела здесь мальчика. Его зовут Байри. Ты знаешь его?»
— Знаю, — улыбнулась Ниа. — Он приехал во вторник, чтобы изучать албалийский язык. Он хочет стать скрипачом… Тебе он понравился?
Рои опустила глаза.
— Я не могу говорить, — показала она.
— Ну и что? — тоже знаками спросила Ниа. — Мы же с тобой друзья.
— Ты как мама. Мамы любят всех детей.
Ниа с внезапной тоской обняла девочку.
— Мы собирались устроить в воскресенье пикник на моём любимом холме. Приходи, если захочешь, — сказала она, гладя мягкие волосы Рои.
Девочка грустно улыбнулась и пошла домой.
Рои очень боялась идти на пикник, но, когда наступило воскресенье, она встала пораньше и разложила на кровати свои платьица. Выбрав жёлтое, с рукавчиками-крылышками, она надела его, собрала волосы в два хвостика и пошла к холму.
Все уже были там. Мэт с Рейчел перекидывались мячом. Похоже, девушка примирилась с национальностью Мэта, хотя частенько целилась ему в голову. Но не попадала, потому что Мэт здорово играл в мяч. Ниа с Байри лежали на красном покрывале и листали какую-то книгу.
Они казались такими счастливыми, и все они могли говорить. Рои в нерешительности прижала кулачки к груди. А вдруг она всё испортит, если подойдёт? Вдруг…
И тут Байри поднял голову. Он коснулся рукава Ниа и показал на девочку.
— Рои! Иди к нам! — позвала Ниа.
Девочка поднялась на холм и остановилась у края покрывала.
— Привет! — сказал Мэт. — Ой!
Он отвлёкся, и Рейчел, наконец, попала ему в голову.
— Дай пять! — она хлопнула Рои по ладошке.
— Это Мэт, преподаватель Байри, — представила Ниа. — А это Рои, моя ученица.
Девочка наклонила голову.
— Садись, покушай, смотри, сколько тут еды, — сказала Ниа.
— Я уже поела.
— Тогда попробуй конфеты, Мэт их из Албалии привёз. А мы пойдём поиграем в мяч. Давайте спустимся немножко, там склон более пологий, — Ниа подняла мяч и подтолкнула Мэта.
— Ты же говорила, что не умеешь играть? — удивлённо пробормотал юноша.
— Я тебе что, остаток мозгов отбила? — насмешливо спросила Рейчел.
— Мэт, лови! — Ниа кинула ему мяч.
Рои осторожно сняла туфельки и села на красное покрывало. Байри протянул ей коробку с конфетами. Она достала одну и прижала руку к груди. Мальчик повторил жест и потом произнёс по-албалийски:
