– Что вам нужно? – Марина повторила свой вопрос другим тоном. Ушел страх, остались усталость и нетерпение.
– Можно мне зайти?
– Зачем?
– Для меня это очень важно…
– Чепуха, – Марина нервно провела рукой по волосам. Она собралась было закрыть дверь, но что-то такое промелькнуло во взгляде Белова, после чего она молча показала, что он может войти.
– Спасибо, – тихо сказал Белов и шагнул внутрь.
– Проходите в комнату, – Марина пропустила нежданного гостя вперед. Он вошел, осторожно ступая, словно боясь разбудить спящего звуками скрипучего пола.
В комнате ничего не изменилось. Вадим удивился, до чего точно он помнил обстановку, каждую мелочь. Тот же плед, стол, черно-белый телевизор, обои, пожалуй, немного выгорели, даже запах. Вадим был уверен, что улавливает тонкий, едва уловимый аромат духов, когдато подаренных им Алисе. Он настолько четко почувствовал его, что покачал головой – наваждение.
Открытый балкон выходил во двор. Вадим подошел и поправил гардину. Теперь только эта прозрачная ткань отгораживала их от внешнего мира. Мира, которого словно и не существовало. Все казалось призрачным, нелепым, нереальным: его приход, ее разрешение войти. Оглянувшись, Белов увидел, что Марина внимательно наблюдает за ним, сложив руки под грудью. Такие худенькие руки, и она сама такая стройная, даже слишком. Бледное лицо с огромными глазами, пристально смотревшими на него. Он почувствовал себя настолько неловко от этого взгляда, что не смог его выдержать. Тяжело опустился на единственный стул, забыв о правилах хорошего тона. Ему было не до этикета.
Марина удивленно подняла брови. Происходящее больше напоминало нелепый сон, в котором у нее есть возможность высказать обидчику своей подруги все. Сколько раз она делала это, просыпаясь в слезах. Хотя что это могло изменить? Алиса избегает общения, сторонится всего, что напоминает ей о прошлом. Ей нет дела до чьих-либо страданий, потому что своих хватает с головой. Марина чувствовала, что Алиса утопает в них и некому протянуть ей руку помощи. Разве можно что-то исправить? О чем говорить, какие вопросы задавать? На что повлияют ее эмоциональные обвинения? Неожиданная встреча. Теперь он так близко, прячет глаза и с трудом подбирает слова, чтобы объяснить свой приход сюда.
Белову действительно было не по себе. Он ругал себя за то, что поддался минутному порыву и вернулся в прошлое. Здесь время словно остановилось. Еще мгновение – откроется дверь и на пороге появится Алиса… Но вместо нее на диван присела невысокая хрупкая женщина с невероятно яркими рыжими волосами, рассыпавшимися тонкими прядями по плечам. Что она могла думать о нем? Наверняка все зависело от того, насколько Алиса посвятила ее в подробности их романа. Кажется, Марину Лиска считала самой преданной подругой, готовой ради нее на все. Значит, его приход для нее – приход наглого подлеца, обманщика, предателя. Это черным по белому написано на ее лице, презрительно сжатых губах. Белов несмело взглянул на хозяйку, сразу же пожалев об этом: казалось, она хочет испепелить его.
– Долго мы так будем сидеть? – спросила она, закинув ногу за ногу. Обтянутые ярко-зелеными лосинами, они показались Вадиму неестественно худыми.
– Мне нужен хотя бы ее телефон, – неожиданно для себя произнес Вадим. Вообще говорил не он, ктото другой, сидящий глубоко внутри, заставлял произносить какие-то звуки.
– Интересно, – растягивая слово, Марина закусила губу. – Мне кажется, при желании за год она могла его вам дать. Если этого не произошло – простите, ничем не могу помочь.
– Вы не понимаете, о чем говорите! – устало откинувшись на спинку дивана, сказал Вадим. – Вереница ошибок должна закончиться. У меня никогда не было девушки на один день, ночь. Все было очень страстно, от всего сердца. Полюбил – женись, строгое правило, которое срабатывало три раза. На Алисе я сломался. Я никогда не чувствовал ничего подобного, но больше не хотел перемен. Она просто должна была быть в моей жизни – без обязательств, уз брака, самых невинных обещаний. Я и сейчас не знаю, к чему бы мы пришли… Я остался ни с чем. Везде разлад. Жизнь одна, а мы размениваемся на ненужные доказательства собственной значимости. Кому и зачем это нужно?
– Действительно, зачем? – Марина покачала головой. Она внимательно слушала его откровения, боясь оборвать эту полную нескрываемой горечи речь. – Как странно, что вы вообще решили зайти ко мне. От такой внутренней боли не помогают никакие средства. Дайте времени вылечить вас. А здесь вам делать нечего – бессмысленная трата времени. Да и нервы свои же пощадите, если прошлое вам так дорого, как вы пытаетесь мне внушить.
– Не обвиняйте меня ни в чем. Не надо. Я сам делаю это более изощренно, – Белов закрыл глаза, провел ладонью по мягкому ворсу пледа. Ощущения вернули его в те дни, когда этот старый скрипучий диван был для него с Лиской самым райским местом на земле. Сколько нежных, страстных слов слышали эти стены, сколько стонов утонуло, приглушенных мягким движением ладони… – Я хочу говорить о ней. Я не делал этого с того самого дня, как мы поссорились. Я не мог найти слова, чтобы выразить тот трепет, который охватывал меня при одной мысли о ней. Так было, поверьте. Три месяца между небом и землей. Дома – реальность, семья, молчаливый упрек жены, а с Лиской… Скажите, откуда она узнала, что я женат?
– Вы думаете, я должна знать?
– Да, ведь вас она считала самой близкой подругой.
– Все в прошлом, Вадим.
– Не для меня.
– Хорошо, я отвечу, – зеленые глаза Марины сверкнули вызывающе. – Она бы еще долго доверчиво поглощала все новые порции лжи, но на то я и преданная подруга, чтобы раскрыть глаза. Надо отметить, что я дала вам достаточно времени, чтобы самому расставить все на свои места.
– Значит, это сделали вы… – обреченно произнес Вадим, стараясь понять, что он теперь чувствует к этой женщине. На удивление, ничего, похожего на ненависть, не ощутил. Напротив, ему показалось, что теперь он понял, почему она это сделала. Наверняка из ревности. Она пыталась получить в свое полное распоряжение любимую подругу, конечно, именно так.
– Да, и телефон Алисы я не дам.
– И не нужно, – улыбнулся Вадим. На удивленный взгляд Марины добавил: – Он мне не нужен. Звонка от меня она не ждет. Я с ней не так давно виделся. Случайная встреча показала, что меня в ее жизни больше нет. Мое место занял идеальный муж с кошельком, вес которого наверняка превышает его собственный. Вообще обстоятельства для Алисы Захаровны сложились более чем удачно. Она родилась, чтобы сверкать! Я при всем желании никогда не смог бы так скоро обеспечить ей райскую жизнь. Я рад, что она оказалась в раю уже при жизни.
