догадку, Лайк направляет стаю по алгоритму распознавания роя. Он сам не до конца верит, что может оказаться прав, но так и есть. Система действительно распознает рой. Алгоритм никогда не подводил, да и анализ шел на мощности стайного интеллекта – ошибки быть не может. Вредитель опять начинает перестраиваться, поэтому стая не спешит отступать, продолжает на ходу анализировать.
Гагарин произносит упавшим голом:
– По уровню мощности там не меньше ста личностей. Как это возможно?
Рой на их глазах все ускоряется и начинает пожирать нешифрованные данные. За три секунды он повреждает четыре процента данных. И наращивает скорость.
– Этого не может быть, – еле выговаривает Гагарин, – мой анализатор показывает уже больше пятиста личностей. Столько хакеров нет во всем мире. Что происходит?
У Лайка нет ответа. Он гонит стаю на пределе, но все их усилия тщетны. Рой продолжает расти. Тридцать секунд – и он переваливает за тысячу. Невероятно, невозможно, неправдоподобно. Но анализатор не врет. Он не знает, что возможно, а что – нет, просто показывает сухие данные.
Все их попытки заканчиваются провалом. Вредитель расправляется с нешифрованными файлами и принимается за шифрованные. Его это не останавливает. У них на глазах программа перекраивает данные живых людей, хозяйничает на серверах корпорации, как загостившаяся родственница, и даже не думает реагировать на все усилия стаи. Лайка преследует гадкое ощущение, что эта дрянь будто бы знает, что они собираются делать, предугадывает их защитные меры и в последнюю секунду перестраивается, обходит ловушки и замедлители.
Индикатор повреждений показывает сто процентов. Как только число сменяется с девяносто девяти на сто – программа исчезает из их поля зрения. И тишина. У Лайка внутри все обрывается – они проиграли. Снаружи поступает команда от Алисы:
– Выходите из дайва.
Они выходят. Стая поджимает хвосты. Лайк впервые на своей памяти возвращается с дела с таким оглушительным провалом.
– Я все видела, – говорит тихим голосом Алиса, – у вас не было шансов.
– И что теперь будем делать?
– Ждать.
– Чего?
– Скорее всего, требования огромной суммы денег за то, чтобы нападавшие вернули все как было. Или кражи персональных данных. Или какого-то сообщения.
Пока она говорит, ее сотрудники уже рассаживаются по местам и опять берутся за работу. По главному визуальному полю Лайк понимает, что спецы анализируют состояние серверов и оценивают ущерб. Их работа продолжается. А что теперь делать ему? Сейчас Алиса скажет что-нибудь эпическое в духе «Это не твоя война» – и опять даст пинка под зад. Но нет, она вообще теряет к нему интерес и поворачивается к Гагарину:
– Когда я сказала, что все видела, я имела в виду вообще все.
Впервые на памяти Лайка этот человек бледнеет.
– Ничего, – продолжает Алиса, – можешь оставить ее себе.
Вместо слов Гагарин берет ее ладошку и целует. Алиса кокетливо улыбается, очаровательная и изящная даже в такой ситуации.
– Опять! – вдруг кричит Григорий так громко, что Лайк подскакивает на месте, – Червяк в главной системе отдела сознания!
Алиса оборачивается к нему, чтобы что-то спросить, но спрашивать уже не у кого. Григорий, а следом за ним и все ее сотрудники падают и отключаются. Лайк пумой прыгает к ближайшему и прикладывает пальцы к шее.
– Пульс есть!
Все в комнате без сознания. Активны только Лайк, Гагарин и Алиса.
– Алиса, здесь есть анализатор?
– Да, – она шарит в ящике главного стола и бросает ему, – держи!
Лайк быстро выполняет замер. Сознание парня, которого он анализирует, находится в спящем состоянии. Картина до боли похожа на то, что они видели на Титане.
– Есть идеи, почему нас не отрубило? – спрашивает Лайк у Алисы.
– Определенно. Ваши устаревшие айлайфы не связаны с моей системой, мы контролируем только биоников.
– А с тобой что не так?
– Думаешь, я буду хранить собственные копии на общих серверах?
– Корону подправить, дорогая?
Алиса сверкает на него глазами:
– Корона ни при чем. Это вопрос безопасности. Представляешь, сколько людей не отказалось бы поковыряться в том, что я знаю? Даже кто-нибудь из моих сотрудников мог бы соблазниться, не говоря уже о людях… вроде вас.
– Остыньте уже, – непривычно грубо гаркает на них Гагарин, – Алиса, дай мне доступ к камерам корпорации.
Она выводит изображения камер на главное визуальное поле и кивает в сторону пульта:
– Он твой.
Гагарин садится за стол, кладет руки на пульт и начинает переключать камеры с такой скоростью, что Лайк еле успевает схватывать смену изображений. Но от того, что он видит, холод стекает по позвоночнику. Везде одна и та же картина: люди без сознания. Ни одной живой души.
Последними он выводит камеры периметра. Тучи сгущаются: на улице тоже разбросаны тела. Тут Гагарин улавливает движение и дает приближение. На экране появляются парень и девушка, совсем молодые. Они испуганно озираются по сторонам.
– Алиса, мне нужен доступ к техническим характеристикам.
Она молча настраивает что-то на пульте. Над изображением молодой пары вспыхивают строчки с версией оборудования.
– Они в биологических телах. Айлафы у обоих не подключены к системе копирования сознания, – подводит итог Гагарин.
Алиса прямо вместе с креслом прокатывается к центру стола, мягко отстраняет Гагарина от пульта и берется за него сама. На визуальном поле начинают мерцать данные, бесконечные строчки сменяются и мельтешат, отбрасывая блики.
– Ох, нет. Ни одного активного подключения!
Ее руки начинают порхать быстрее, и Лайк понимает, что она запускает волну пинга по всем пользователям системы. И отключает визуальное поле, потому что скорость обработки данных превышает возможность визуалки на вывод изображения. Проходит не меньше минуты, пока она не откидывается в кресле. Голос ее звучит как из могилы:
– Ни одного отклика. Все бионики находятся в неактивном режиме.
– Что, вообще все? – не веря своим ушам, спрашивает Лайк.
– Да. Больше десяти миллиардов отключенных тел валяется сейчас неизвестно где. Наверняка есть погибшие. Надежда только на то, что в самых населенных регионах сейчас ночь, и хотя бы часть людей мирно сопит в кроватках.
Она опять склоняется над пультом.
– Что ты делаешь? – спрашивает Лайк, который терпеть не может неизвестность.
– Проверяю айлайфы.
– И как?
– Пока что все активны. Погоди, скоро закончу.
Гагарин расхаживает по комнате, Лайк барабанит пальцами по столу.
– Да, все в порядке, – говорит Алиса спустя секунду, – Сделайте мне тишину.
Она встает со своего места, отходит в сторонку. От потолка отделяется камера, планирует вниз и зависает прямо перед лицом Алисы. Та приосанивается, следы тревоги и усталости соскальзывают с ее лица, как вуаль с невесты. Пока Лайк поражается столь быстрой перемене, девушка начинает говорить:
– Приветствую вас! У нас произошел сбой оборудования, все люди
