трубке послышалась какая-то возня. Хачкай испугался, не случилось ли чего с мамой, но в этот момент в ухо ему ударил срывающийся голос отца:
— Арди, сынок, не возвращайся сюда! Если хочешь остаться в живых, беги как можно дальше! Ты слышишь меня, сынок?
— Слышу, папа, — пробормотал ошарашенный Ардиан. — Ты знаешь, кто убил Раши?
— Думаю, да, — скороговоркой ответил отец. — Но это сейчас неважно… Главное, тебе нужно бежать. Как можно быстрее и как можно дальше. И не возвращайся в Тирану, если хочешь остаться в живых!
Он замолчал. Ардиану показалось, что он видит, как отец утирает платком пот с бледного лба.
— Я ничего не понимаю, папа, — пожаловался он. — Почему мне нужно бежать? Кто убил Раши? Те же, кто напал на тебя?
— Не имеет значения! — закричал отец. — Делай что тебе говорят!
Что-то щелкнуло, и в трубке вновь воцарилась тишина. Ардиан, пошатываясь, шагнул к турчанке и протянул ей телефон.
— Похоже, у тебя стряслась беда, парень, — сказала она, забирая трубку. — И сдается мне, что ничего покупать ты у нас уже не станешь.
— Простите, — пробормотал Ардиан. Перед глазами закружились разноцветные искры, в ушах стоял звон. — Я не знаю… у меня брат умер… то есть его убили… мне, наверное, надо возвращаться… извините…
Он вдруг почувствовал, как чья-то мягкая и очень горячая рука залезла к нему в череп и крепко сдавила мозг. Было не больно, но очень страшно.
Последнее, что он увидел, были расширившиеся от удивления черные глаза турчанки. Потом все вокруг окутала тьма, и Ардиан растворился в ней без остатка.
— Парень набит деньгами, как беличье дупло орехами, — услышал он, вынырнув из черной бездны беспамятства. — Будет только справедливо, если он с нами немного поделится! Вон мы как с ним возимся, просто как с родным сыном!
«Рыжий, — понял он, пытаясь пошевелить хотя бы пальцем. По всему телу разлилась ватная слабость, мышцы превратились в кисель. — Хочет меня ограбить… Черт, и почему я не оставил часть денег в пакгаузе?»
— Ты ни монетки у него не возьмешь, Шанди, — твердо ответила турчанка. — Парень в беде, а ты хочешь вывернуть ему карманы как последний вор… Аллах покарает тебя за это. Ну почему я связалась с таким ничтожным клептоманом, как ты?
— Не ругайся, женщина, — зашипел на нее рыжий, но тут Ардиан наконец совладал со своими лицевыми мышцами и открыл глаза. Шанди немедленно заткнулся.
Хачкаю показалось, что он был без сознания всего лишь мгновение, но за это мгновение хозяева лавки успели перетащить его внутрь, в тенек, и положить на лоб холодное и мокрое полотенце. Увидев, что Ардиан пришел в себя, турчанка всплеснула руками.
— Ну и напугал ты нас, парень! Я уж подумала, ты прямо на пороге у нас и окочуришься!
— А потом объясняй полиции, что это не мы тебя стукнули, — забрюзжал рыжий. — Одни хлопоты с тобой, дурень ты неотесанный! По-хорошему если, с тебя денег содрать нужно за уход и помощь, но мать у нас добрая женщина, не хочет тебя разорять… Так что иди себе подобру-поздорову и лучше сюда не возвращайся!
— Погоди ты его выгонять, Шанди, — воспротивилась турчанка, но Ардиан уже поднимался с циновки.
— Нет-нет, спасибо вам, я и правда пойду… Я и так столько хлопот вам доставил…
— Нечего повторять всякую чушь за этим дурнем! — Рассердилась женщина. — Куда ты такой пойдешь, тебя же шатает, как матроса в первый день на суше! Полежи ещё, я тебе сейчас попить принесу…
— Я не хочу пить, — пробормотал Ардиан. Голова и вправду кружилась, так что встать ему удалось, только держась за стену. Хозяйка лавки, не обращая внимания на его слабые протесты, принесла кружку холодной воды и сунула ему прямо под нос. На вкус вода немного отдавала железом. Ардиан поблагодарил, стараясь не думать, в порядке ли здешний фильтр.
— Теперь иди, если ноги держат, — сказала женщина, когда он вернул ей пустую кружку. — И помни, что Аллах заботится обо всех своих детях.
— Ага, — невпопад ответил Хачкай. — Спасибо вам, добрые люди. Простите, что отнял у вас столько времени…
— Иди, иди, — заворчал рыжий. — Нужны нам твои извинения…
Ардиан, шатаясь, выбрался на улицу и побрел по набережной, стараясь не запутаться в собственных ногах. Отойдя шагов на двести от лавки, он вспомнил алчный шепот рыжего и испуганно зашарил по карманам в поисках денег. Деньги были на месте — вынимать их у всех на виду Ардиан не стал, но на ощупь пачка по-прежнему состояла из десяти бумажек. Однако в правом кармане Мириной куртки он нащупал маленький прямоугольный предмет, которого там раньше не было. Непослушные, негнущиеся пальцы никак не могли вытащить предмет из кармана, но Ардиан уже знал, что это такое.
Миниатюрный спутниковый телефон «Моторола» с блокировкой GPS и фантом-блоком.
«Он стоит сто евро, — в панике подумал он. — Хозяйка, наверное, перепутала… я же заплатил ей всего семь евро… Нужно немедленно вернуться и отдать телефон…»
При мысли о том, что его обвинят в краже, Ардиана прошиб холодный пот. Он не мог объяснить почему, но убийство всегда казалось ему не таким тяжким преступлением, как кража. Во всяком случае, более достойным мужчины. Конечно, перед глазами у него постоянно был пример Раши, промышлявшего в Европе как раз воровством в супермаркетах. Но Раши как-то объяснил ему, что пощипать зажравшихся европейцев — дело святое. Вроде бы был такой головастый мужик по имени Троцкий, который говорил, что, поскольку капиталисты присваивают себе свои богатства нечестным путем, то украсть у них что-нибудь — вовсе не преступление, а даже наоборот. Хозяйка лавки, однако, совсем не походила на капиталистку, и обижать ее было просто подло. Ардиан, правда, не очень понимал, каким образом телефон, который он отдал турчанке, вновь оказался у него. Может быть, когда он упал в обморок, женщина машинально положила телефон ему в карман? Так или иначе, чем скорее он вернется и вернет ей «Моторолу», тем будет лучше.
Хачкай повернулся и пошел обратно к лавке. Со стороны, наверное, он должен был выглядеть полным психом — едва переставляющий ноги пацан в женской курточке, шляющийся туда-сюда по набережной. Стоявшая в дверях игорного салона толстая тетка ухмыльнулась и подмигнула ему.
— Что, накурился, малый? Не хочешь попытать счастья? Такие, как ты, часто выигрывают!
Ардиан молча помотал головой. Он никогда в жизни не подходил к игровым автоматам — по совету того же Раши, который при всей авантюрности своей натуры с «однорукими бандитами» предпочитал не связываться. Раши, Раши… Ардиан никак не мог представить себе, что брата уже нет в живых.
