— Ритуал. Насильственное отъятие магии, — мрачно ответил герцог.
— Не совсем, — покачал головой Варнус. — Когда провели ритуал, жена лорда, леди Эстерия, была на последних месяцах беременности, и, вскоре после лишения магии, у нее начались роды. Тяжелые, преждевременные… Герцог, едва пришедший в себя после экзекуции, пытался спасти жену, отдавая ей те крохи силы, которые еще оставались в его крови, но… Увы. С запечатанным даром, это было бесполезно. Лорд Эль-Адас призвал особую магию Тарсийских, исчерпал себя до дна, заплатив за это увечьями и безумием, но вытащить жену из цепких когтей смерти так и не смог. После кончины супруги, герцог надолго впал в забытье, а когда очнулся…
— О какой магии идет речь? — Заинтересованно посмотрел на мага герцог.
— Только глава рода может использовать особую силу, заключенную в крови Тарсийских. В обычной жизни это проявляется искусным манипулированием сознанием окружающих, а в моменты напряжения, магия, которая не оставляет следов, способна усилить любое заклинание, смоделировать нужную ситуацию, помочь своему хозяину избежать неприятностей и спасти дорогих ему людей.
— К чему вы говорите мне все это? — Настороженно спросил лорд Рэйтан.
— После смерти герцога, эта магия перешла к его единственной дочери, — тихо ответил Сибелиус. — Герцогиня сама не знает, какой силой владеет, но это не значит, что она ею не пользуется.
— Что вы хотите сказать? — Озадаченно посмотрел на магистра лорд Аль-Шехар.
— Вы не замечали, что ваша жена способна влиять на окружающих? — Усмехнулся Варнус. — Надо признать, мне довелось испытал ее силу на себе. Когда миледи захотела овладеть заклинаниями, я с трудом смог воспротивиться желанию обучать ее. А ваши слуги? И управляющий…
— И даже я, — горько заключил герцог. Еще бы. Когда эта гордая козочка поймала его на слове, он пошел у нее на поводу и не посмел прикоснуться к такому желанному телу!
— Вот видите. И если герцогиня искренне захотела скрыться от вас, то найти ее будет очень сложно.
— А это мы еще посмотрим, — глаза лорда Рэйтана опасно сузились. Никому и никогда не удавалось обыграть герцога Эршейского, и этот раз не станет исключением.
— Амар! — Громкий возглас пронесся по коридорам дворца.
— Я здесь, господин, — бледный управляющий испуганно застыл у порога.
— Пусть начальник гарнизона доложит о результатах поисков. И принеси мне список всех судов, покинувших Эршею за минувшие сутки.
— Слушаюсь, господин.
— Лорд Аль-Шехар, я вам еще нужен? — Спокойно спросил Сибелиус.
— Нет, магистр, думаю, что мы справимся. И спасибо вам, — негромко ответил герцог.
— Если позволите, Ваша светлость… Один совет, — Варнус пристально посмотрел на лорда, — постарайтесь услышать свое сердце и не принимать скоропалительных решений.
— Идите, магистр, — отвернулся к окну герцог Эршейский, — идите.
Ничего не ответив, Сибелиус вышел из кабинета, тихо прикрыв за собой дверь.
К ночи, герцог уже не был так уверен в своих словах, сказанных сгоряча магистру Сибелиусу. Время шло, лорд Рэйтан лично обследовал все выезды из города, побывал в порту, осмотрел каждый корабль, проверил списки отплывших судов и опросил очевидцев, но все было тщетно. Никто не видел молодую девушку, или миловидного юношу — да, герцог подумал и такой возможности — ни в порту, ни около него.
Воины лорда Аль-Шехара обыскали всю Эршею, догнали и проверили караваны, покинувшие столицу герцогства за минувшие сутки, перевернули все, но леди Рания словно сквозь землю провалилась. Никто не смог отыскать ни малейшего следа ее пребывания за воротами дворца. Казалось, что она никогда и не покидала пределы кейдаза.
Ночь незаметно опустилась на Эршею, а герцог никак не мог заставить себя уйти из порта. Какая-то неведомая сила тянула его к воде, заставляя вглядываться в темные глубины и пересчитывать стоящие на рейде суда.
— Господин, — незаметно подошел к нему Амар.
— Что? — Не поворачиваясь, спросил лорд Рэйтан.
— Император… Он хочет видеть вас, — тихо ответил управляющий. — И, милорд, кажется, он очень зол…
— Только его и не хватало, — сквозь зубы, пробормотал герцог и направился к светящемуся огнями дворцу.
Войдя в свой кабинет, лорд Рэйтан увидел сверкающую красным сферу вызова и, вздохнув, активировал ее.
— Как ты посмел, Рэйтан? — Раздался гневный голос.
Герцог склонил голову перед проекцией императора.
— Ваше Величество.
— Ты что себе позволяешь, Рэй? С каких пор ты стал таким своевольным? Или ты возомнил, что можешь наплевать на мои приказы? — Властитель Иринеи пристально смотрел на своего племянника.
— Ваше величество…
— Советую подумать, перед тем, как отвечать мне, — вкрадчиво произнес император. — И молись Всеблагому, чтобы я счел причину твоего отсутствия уважительной. Ну?
— Моя жена пропала, — глухо ответил лорд Рэйтан.
— И что? Поручи слугам, пусть поищут…
— Рании нет во дворце уже сутки, — герцог вскинул глаза на правителя. — И никто не знает, куда она делась.
— Так может, это и к лучшему, а, Рэйтан? — Усмехнулся император. — Ты снова будешь свободен.
— Ваше величество…
— Подумай над этим. Зачем тебе равенийка? Всегда можно найти супругу получше. Тем более, что до наследника у вас так и не дошло. Подумай, Рэй. На все воля Всеблагого. Жду тебя во дворце через два часа. Не появишься… Хотя, это даже не обсуждается!
Кристалл потух, изображение императора исчезло, а герцог так и не сдвинулся с места. В его душе происходила борьба. Темная сущность, вдоволь напитавшись отчаянием и страхом, металась внутри, пытаясь подавить волю хозяина. Она уговаривала, грозила, умоляла его сдаться и довериться своему второму я. Дикое, первобытное чувство ломало мужчину. Жена. Хрупкая, молчаливая девочка посмела бросить его! Ускользнула. Сбежала. Оставила кейдаз и теперь скитается по необъятным просторам Иринеи. При мысли о том, что Рани, такая нежная и ранимая, оказалась одна в незнакомой ей стране, страх впивался в душу лорда. Глупая девчонка! Куда она пошла? Неужели, не понимает, как жесток мир за стенами дворца? И сколько опасностей подстерегают одинокую молодую девушку, оставшуюся без покровительства мужчины?..
Лорд Рэйтан застонал, представив, что может случиться с его строптивицей. Рабство, побои, голод, болезни… Иринея — не та страна, в которой беззащитная девушка могла бы чувствовать себя в безопасности.
