— Лорд Дракон желал видеть нас? — наконец отважился спросить Сунамон.
Могли ли Эгвейн и Илэйн сговориться между собой заранее? Нет, вряд ли. Женщины, как и мужчины, редко действуют заодно. Скорее всего, это просто случайное совпадение. Илэйн услышала слова Эгвейн, поняла, что он свободен, и решила признаться. Именно так все и было.
— Налоги! — рявкнул он. Лорды вздрогнули, но не двинулись с места. До чего противно иметь дело с подобными людьми, с каким удовольствием он вернулся бы к своим книгам.
— Снижение налогов создало бы нежелательный прецедент, Лорд Дракон, — угодливо проговорил худощавый седовласый вельможа. Для уроженца Тира Лорд Мейлан был довольно высок ростом, всего на пядь ниже Ранда, а крепостью сложения не уступал любому Защитнику. В присутствии Ранда он униженно гнул спину, но блеск его темных глаз выдавал жгучую ненависть, которую не могло умерить то, что Ранд приказывал лордам не раболепствовать. Ни один из них не выполнил этого требования, продолжал лебезить и Мейлан, а оттого ярился еще пуще. — Крестьяне и без того не были отягощены податями, если же сейчас мы позволим им платить меньше, то, когда нам придется вернуть налоги на нынешний уровень, эти олухи примутся сетовать, что мы их якобы удвоили. И это, Лорд Дракон, может привести к волнениям.
Размашистым шагом Ранд пересек комнату и остановился рядом с Калландором. Сверкающий хрустальный меч блеском затмевал и золоченый постамент, и драгоценные каменья. Калландор напомнит им, кто он и каким могуществом обладает. Эгвейн, с горечью вспомнил он. Конечно, глупо обижаться на нее за то, что она сказала. Она больше его не любит, но с какой стати он ожидал от нее чувств, каких сам к ней не испытывал. И все же он обиделся. Испытал облегчение, это верно, но вовсе не приятное облегчение.
— Волнения начнутся, если вы сгоните крестьян с их земли, — бросил Ранд. Взгляд его упал на три книги, сложенные стопкой почти у самых ног Мэйлана: «Сокровища Тирской Твердыни», «Путешествие по пустыне» и «Взаимоотношения с Майеном». Ключ должен быть в них и в различных переводах «Кариатонского цикла». Вот если бы отыскать этот ключ, да еще и замок, к которому он подходит. Ранд заставил себя вернуться к разговору с Благородными Лордами. — Неужели вы полагаете, что крестьяне будут спокойно смотреть, как голодают их семьи?
— В прежние времена Защитники Твердыни не раз усмиряли бунтовщиков. Лорд Дракон, — отвечал Сунамон, — да и наши собственные стражники вполне способны поддерживать порядок по деревням. Смею заверить, крестьяне вас не потревожат.
— Уж больно много развелось черни, — заявил Карлеон и, вздрогнув под взглядом Ранда, торопливо пояснил:
— Все из-за междуусобицы в Кайриэне. Кайриэнцы воюют, закупать зерно не могут, а у нас от него амбары ломятся. Нынешний урожай пропадет впустую. А на следующий год… Сгори моя душа, Лорд Дракон, но в наших интересах, чтобы фермеры, хотя бы на время, перестали ковыряться в земле. — Карлеон спохватился, почувствовав, что сказал лишнее, хотя явно не понимал, что в его словах могло рассердить Лорда Дракона.
Имеет ли он представление, откуда берется снедь у него на столе? — подумал Ранд. Интересует ли его вообще хоть что-нибудь, кроме золота и власти?
— А что вы станете делать, когда война закончится и Кайриэн снова сможет покупать зерно? — сухо осведомился Ранд. — Разве Кайриэн — единственная страна, которая покупает хлеб?
Но как понимать Илэйн? Чего она ждала от него? Она уверяла, что любит его, но женщины умеют играть словами, а уж Айз Седай и подавно. Неужели она говорила правду и не лукавила? Нет, такого быть не может. Слишком много он о себе возомнил.
— Лорд Дракон, — заговорил Мэйлан вроде бы почтительно, но в то же время так, будто втолковывал что-то несмышленышу. — Даже если усобица прекратится сегодня, Кайриэн еще два, а то и три года не сможет покупать больше, чем по две баржи. И мы всегда торговали зерном только с Кайриэном.
Всегда, то есть в течение двадцати лет после Айильской Войны. Это «всегда» так застило им глаза, что теперь они не видят дальше собственного носа. Или просто не желают видеть. Когда в Эмондовом Лугу случался невиданный урожай капусты, всяк почти с полной уверенностью мог предсказать, что близ Дивен Райд или в Сторожевом Холме будет засуха, а нет, так белый червь поест весь урожай. А коли в Сторожевом Холме репа уродится на славу, жди недорода в Эмондовом Лугу.
— Предложите зерно Иллиану, — сказал он. Чего же все-таки ждала Илэйн? — А не Иллиану, так Алтаре.
Она и впрямь нравилась ему, но и Мин нравилась не меньше. А может, это ему только казалось? Ранд определенно не мог разобраться в своих чувствах и отдать предпочтение одной из девушек.
— У вас же есть и морские суда, и речные баржи, а если своих не хватит — наймите у Майена.
Конечно, ему нравились обе девушки, но… Он и так полжизни провел, вздыхая по Эгвейн, и не хочет больше оказаться в таком положении. Во всяком случае, пока не убедится… Убедится в чем? Если бы хоть в чем-то можно было верить этой книге, «Взаимоотношения с Майеном»… Прекрати отвлекаться, приказал он к себе, займись этими хорьками, а не то, неровен час, они вцепятся тебе в горло.
— Наймите у Майена, — продолжил он свою мысль, — а аренду оплатите зерном. Не сомневаюсь, что Первенствующая охотно предоставит суда за хорошую цену. А можно заключить соглашение, договор… — Подходящее слово, подумал Ранд, из тех, что у них всегда в ходу. — Договор, по которому в обмен на корабли Тир откажется от вмешательства в майенские дела. — Да, он обязан сделать это для нее.
— О Лорд Дракон, но мы почти не торгуем с Иллианом. Как можно иметь дело с этими гнусными стервятниками! — возмущенно воскликнул Тедозиан.
— И мы никогда не кланялись Майену, Тир всегда говорил с ними с позиции силы, — подхватил Мэйлан.
Ранд глубоко вздохнул. Благородные Лорды замерли в напряженных позах. Такое повторялось из раза в раз. Сколько он ни пытался воздействовать на Благородных Лордов убеждением, все без толку. Не зря Том говаривал, что их ничем не прошибешь, как и стены Твердыни. Но в голову лезли совсем другие мысли. Что же я чувствую к ней? Она ведь снилась мне. И она очень красивая. Ранд и сам не был уверен, кого он имеет в виду — Илэйн или Мин. Довольно! Поцелуй, он поцелуй и есть, не больше. И все! Усилием воли юноша заставил себя выбросить из головы любовные переживания и сосредоточиться на этих твердолобых болванах. Хватит их уговаривать.
— Первое: все налоги с крестьян снизить на три четверти, а со всех остальных — наполовину. И не спорьте! Второе: вы сейчас же отправитесь к Берелейн и будете просить — да, просить! — ее назначить цену.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
