— Пришли! — Наконец выдохнула Сонька, когда мы поднялись на очередной холм, и указала пальцем на развалины какой-то фермы.
Время или какой-то катаклизм совсем не пожалели некогда добротные постройки. От всех строений остались только фундаменты, густо усеянные обломками плит и битого кирпича, да покрытые бурьяном и редким кустарником. Единственным более-менее целым строением был небольшой сарайчик, да и тот не имел крыши.
— Хорошо. — Встал я рядом, рассматривая развалины и ища взглядом аномалии или другие какие приметные вещи, из-за которых мог погибнуть Трос. — Что теперь будем делать?
— Ждать утра. — Не сильно понятно объяснила Сонька.
— Это так и планировалось? — Решил уточнить я. — Или ты не знаешь что делать теперь?
— Так и планировалось — Выразительно посмотрела на меня Сонька и начала спускаться.
Я отправился следом. Ну, что ж, утром так утром, типа утро вечера мудренее, ещё пра-пра-пра-прабабушки это знали.
Расположились мы в сарайчике без крыши. Отдежурив первую половину ночи, я разбудил Соньку и завалился на её место. Несмотря на усталость, долго не мог уснуть и ворочался с боку на бок, а когда уснул начала сниться какая-то белиберда. Не сказать, что страшная, но, тем не менее, я несколько раз просыпался, но, находя глазами сидящую или стоящую фигурку Соньки, вновь засыпал. Крепко уснуть удалось лишь с рассветом, когда край неба окрасился розовым. Как всегда бывает в таких случаях, показалось, что меня сразу же растолкали.
— Пора. — На до мной склонилась Сонька.
Я, слабо понимая, куда нам ещё пора, если вчера она сказала, что мы пришли, собрал вещи и, закинув рюкзак за спину, поплёлся за ней.
— Куда идём-то? — Спросил я, немного проснувшись.
Она молча показала на вершину соседнего холма, на котором высилось разлапистое дерево с очень толстым стволом. Я кивнул, и мы, обогнув остов выгоревшей до основания «нивы», молча продолжили забираться на холм, показавшийся мне нескончаемым.
Наконец, когда до дерева оставалось не больше десяти шагов, Сонька остановилась и громко крикнула:
— Трос, я привела Максима, как и обещала!
И какой реакции она ждала от пустого сотрясания воздуха? Я хотел было что-нибудь отмочить, но слова застряли в горле — из-за дерева вышел Трос и направился к нам. Я вздрогнул и, попятившись, споткнулся о какой-то корень. Упал, судорожно глотая открытым ртом воздух и пытаясь подняться и одновременно отползти. Я же точно знаю, что он мёртв. Именно его я видел в Припяти в толпе зомби, но в то же время и здесь я вижу именно Троса. Ошибки быть не может. Сонька недоумённо переводила взгляд с меня на брата, пока он не подошёл вплотную и не подал мне руку, предлагая помощь.
— Зовите меня Второй. — Улыбнулся Сонькин брат.
Или всё же не он?
ЧАСТЬ 2. Время собирать артефакты
«…Чтобы жизнь улыбалась волкам, не слыхал,
Зря мы любим её, однолюбы.
А у смерти красивый широкий оскал,
И здоровые крепкие зубы…»
В. С. Высоцкий
Второй
Мы шли по тёмным коридорам каких-то катакомб. Узким и длинным. Я уже давно заблудился. Поворот направо, затем налево, снова налево, опять направо. Так я пытался запоминать, но уже после пятого или шестого поворота понял, что начинаю путаться, и бросил это занятие. Тем более что как сюда попали, я даже не понял, а значит и как выбраться, не знаю.
Ухватившись за руку Троса, который просил себя называть Вторым, я поднялся и вдруг оказался в этих тёмных лабиринтах. Справа от меня стоял Второй, а слева Сонька, так же как и я недоумённо оглядываясь вокруг. Но ей-то наверняка легче, она своему брату безоговорочно доверяет, а мне что прикажете думать?
Мы оказались в каком-то тупике, из которого вёл только один коридор, в который и двинулась Сонька с братом. Мне ничего не осталось, как пойти за ними. И вот теперь мы вышагивали по узким мрачным коридорам, которым казалось, не будет конца. Стены у коридоров были разные. Иногда было видно, что это рукотворное сооружение из грубо сложенных огромных блоков или реже отлитое из бетона, а иногда рукотворные стены плавно переходили в какие-то карстовые пещеры или просто земляные своды. Воздух был влажным, но дышалось на удивление легко.
Иногда на стенах попадались какие-то надписи, от отдельных слов до длинных предложений, но разобрать их не удавалось даже с нашим ночным зрением, а остановиться и присмотреться внимательнее не хватало времени — никто меня ждать не собирался, а уйдут, могу и не нагнать.
Меня распирало любопытство, хотелось узнать, что это за место, куда мы идём и главное — зачем мы туда идём? Насколько я помню, я был нужен Соньке для вызволения брата, так вот он, идёт рядом. В самом начале разговора я попытался, было выяснить «что, где и куда?», но Трос мягко посоветовал не беспокоить зря старые стены разговорами. Сказал так, что я сразу поверил, что это не банальная отговорка от нежелания раскрывать тайны, а действительно НЕ НАДО говорить. Стал даже идти потише, стараясь не шоркать подошвой и не спотыкаться.
Через какое-то время от бездействия и отсутствия разговоров зачесались руки, и я потянулся к пачке сигарет, но, уже вытащив белый цилиндрик, поймал взгляд Троса. Тот отрицательно покачал головой и я, чертыхаясь в глубине души, спрятал сигарету обратно. Ну что такое, курить нельзя, разговаривать нельзя. А что можно?
Когда ноги стали уже уставать от ходьбы по бесконечным коридорам катакомб, и я уже хотел приспроситься о привале, Трос, будто прочитал мои мысли.
— Скоро придём. — Обернувшись, тихонько произнёс он.
И действительно, вскоре я стал замечать изменения, в окружающих нас стенах лабиринта: коридоры стали шире, потолки выше, а материал стен плавно перетёк из бетона и земли во что-то стекловидное с матовым синеватым оттенком. Со стен исчезли надписи и редкие ручейки воды, стекавшие с потолка. Стало как-то чисто, стерильно чисто. Такое впечатление, что сейчас бахилы выдадут.
Я хмыкнул появившейся мысли и вздрогнул, увидев внезапно вынырнувшего из бокового ответвления кота. Нашего рыжего кота, который так внезапно пропал после того, как счастливо избежал покушения на свою персону. Замерев, я смотрел на удаляющиеся спины Соньки и её брата, а так же на семенящего за ними, как ни в чём не бывало рыжего кота. Наконец, отойдя от шока и сообразив, что две удаляющиеся спины скоро скроются за очередным поворотом, я тихонько свистнул, привлекая внимания. Обернулась только Сонька, но, увидев семенящего за ними кота, подёргала за рукав и Троса.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
