Читаем без скачивания Оборотень - Баян Ширянов

Роза-Света радушно встретила газетчика. Попыталась угостить его чаем, но Игорь Сергеевич отложил принятие пищи физической на потом. Присев напротив журналиста, который вынужден был снять джинсы, кроссовки и носки и сидел теперь в махровом халате генерала, утопая в нем по уш и, Дарофеев спросил:

- Вам как, теперь представить документы, или поверите мне на слово?

- Давайте и так и так... - уже более миролюбиво ответил Илья.

- Хорошо... У вас диктофон с собой?

- Всегда.

- Тогда - включайте...

Целитель потратил не меньше часа, рассказывая об истории своей парапсихологической деятельности. Он понимал, что даже если материал и выйдет, его речь сократят, выбрав оттуда то, что покажется интересным, и поэтому Пономарь заливался соловьем, пытаясь при этом придерживаться правды.

Когда обе стороны кассеты были записаны, Игорь Сергеевич предупредил журналиста:

- Знаете, о нашем приключении по пути сюда - лучше не упоминать...

- Да что вы... - усмехнулся Поддубный, - мне же тогда никто не поверит...

Отношение Ильи к целителю, незаметно для самого корреспондента, превратилось в неявную, но симпатию. Джинсы были уже вычищены и просушены, и теперь Илья сидел на просторной, обитой лакированной вагонкой кухне и поглощал кофе из генеральских запасов. В этот момент Игорь Сергеевич решил, что наступил момент для раскрытия некоторых карт.

- Скажите, Илья, - осторожно начал Дарофеев, - а нет ли у вас знакомых на телевидении?

- Есть. - Журналист в это время пытался прожевать кусок каменного пряника и слово прозвучало, хотя и не внятно, но вполне разборчиво.

- Мне срочно необходимо десять минут. На любом канале.

- Так сходили бы к третьеглазнику Кононову, он бы помог по старой памяти...

- Дело не так просто. То, что я хочу рассказать - могут в секунду снять с эфира. Очень это опасная вещь...

- Опасная? - Насторожился парень. - А в чем дело?

2.

После отъезда журналиста, которому Игорь Сергеевич рассказал о попытке захвата власти в стране хумским гением, к целителю подошла Роза-Света. Обняла одной рукой, прижалась. Дарофеев поцеловал ее и хотел было идти медитировать, но девушка, вытащив из-за спины руку, показала зажатые в ней несколько газет. Оказалось, что пока Пономаря не было, она сходила за хлебом и по пути случайно увидела лоток с прессой.

В каждом из изданий были материалы, посвященные Дарофееву. Теперь Игорь Сергеевич узнал, что он, оказывается, пойман с поличным на махинациях с золотом и драгоценными камнями и теперь находится в Бутырской тюрьме. В другой статье на полном серьезе заявлялось, что народный целитель Дарофеев содержал гарем из наиболее привлекательных пациенток, и был в этом полностью изобличен. В третьей, со ссылкой на надежные источники, говорилось, что Дарофеев в нетрезвом виде завалился в храм Христа Спасителя, сорвал богослужение, завладел кадилом, которым запустил в прихожан, и, взобравшись на алтарь, призвал снести это богохульное сооружение и возродить на освободившемся месте бассейн. Там же, на месте, Дарофеев был отлучен от Церкви и предан анафеме.

Игорь Сергеевич не знал, плакать или смеяться.

Нелепости громоздились одна на другую, но все это ведь читали сотни тысяч! И среди них наверняка были и его, Пономаря, пациенты. Что же они подумают?!..

Но каковы бы не были новости, медитация являлась более важным делом, нежели растрата энергии в сокрушениях о вранье журналистской братии.

Настроившись на восприятие тонкого мира и отделив своего астрального двойника от плотного тела, целитель отправился в Хумск. Внимание его привлек странный энергетический всплеск возле НИИЭБа.

Подлетев к институту, Игорь Сергеевич обнаружил, что там во всю идет подготовка к осаде. Боевики Корня не стали рисковать и штурмовать проходную, а соорудили настоящие баррикады и расположились за ними, изредка постреливая. И тут Пономарь заметил слабый всплеск энергетической работы в здании стационара. Немедленно над головами боевиков возникли подавляющие волю программы. Они спокойно присасывались к энергетическим телам боевиков и те, опустив оружие, стали выходить из-за укрытий. Теперь осталось выяснить, подчинятся ли эти люди телепатическому приказу Дарофеева. Но до проверки оставалось, по расчетам Пономаря, чуть больше суток.

Целитель, не мешкая, переместился к месту, откуда шло программирование. Но обнаружил там лишь самого молодого из пациентов, четырнадцатилетнего немого мальчика, о котором ему рассказывала Роза-Света.

Посмотрев, что творилось тут минуту назад, Дарофеев увидел странную вещь. Из ниоткуда появился информационно-силовой луч, который проник в голову пацана и вышел из нее трансформировавшись в полтора десятка программ. Игорь Сергеевич мысленно вздохнул. Опять промашка. Как видно, ГУЛ использует парнишку в качестве транслятора. Программирование для этого процесса было не нужно... Покинув Хумск в разочаровании, Дарофеев почти автоматически занялся очисткой Москвы от запрограммированных. Пономаря не оставляло впечатление, что только что в Хумске он чего-то недоглядел. Не обратил внимания на какую-то мелочь, которая помогла бы, наконец, идентифицировать ГУЛа.

Вскоре целитель утомился однообразием работы по бесконечному снятию старых и напяливанию новых программ. Вернувшись в тело, Игорь Сергеевич несколько минут в упор разглядывал смотрящую на него Розу-Свету. Она не выдержала гляделок, отвела глаза.

- А давай, я с тобой позанимаюсь?.. - Предложил Дарофеев. Девушка одарила его широкой улыбкой:

- Как становиться невидимкой?

- Эх, - вздохнул Пономарь, - до этого еще дойти надо. А пока надо заняться основами биоэнергетики. Если хочешь, конечно...

Роза-Света хотела. Такого странного занятия Дарофеев еще не проводил. Обычно он просто читал лекцию, давал несколько основных упражнений, которые, как он очень сильно подозревал, почти никем не выполнялись. В этот раз Игорь Сергеевич начал с того, что продемонстрировал девушке что такое энергетический поток. Роза-Света подставляла ладошки, а целитель направлял в них лучи различной интенсивности, окраски, наделял их самыми разнообразными свойствами. Сообщения девушки о том, что она чувствует, почти полностью совпадали с тем, что делал целитель. Он дал ей возможность поощущать бархат, поролон, вату, воду, морскую и газированную, металл, дерево... Та радовалась, как ребенок. После демонстрации возможностей, Дарофеев стал объяснять, как это можно сделать. Встав за спиной девушки и взяв ее ладони в свои, Игорь Сергеевич пустил по рукам Розы-Светы кольцевой энергетический поток.

- Чувствуешь что-нибудь?

- Словно внутри рук - мягкая веревка. Из одной выходит - в другую входит...

- Правильно. А теперь я уберу свою силу. Попытайся удержать это ощущение...

У девушки получилось почти сразу. Сначала она напряглась, как перед прыжком с высокого трамплина, но Пономарь это заметил и приказал расслабить все тело. После этого поток пошел без затруднений.

Радости от этой маленькой победы было столько, что целитель едва не испугался за рассудок Розы-Светы. Но она в буквальном смысле попрыгав от восторга, потребовала:

- А дальше?..

И тут Игорь Сергеевич допустил маленькую тактическую ошибку. Он начал рассказывать про чакры, начав с самого низа.

Поведав о основополагающей роли манипуры в мышлении, магии и, вообще, в жизни, Дарофеев пошел выше. А выше оказалась свадхистана, сексуальный чакр.

Но не успел он закончить объяснять почему этот чакр лучше всего держать закрытым, как Роза-Света сказала:

- А моя свадхистана такая возбужденная... Вот, потрогай...

Решив, что урок будет усвоен лучше, если возможности этого энергетического узла будут продемонстрированы наглядно, Пономарь разблокировал на наружное излучение свой аналогичный же чакр и занялся с девушкой энергетическим сексом. Последний, впрочем, достаточно скоро перешел в более плотные слои их тел.

3.

Становилось все хуже. С каждым днем. С каждым часом. Неощутимый Дарофеев творил свое черное дело, срывая с людей штуковины и вешая свои, после которых ни о каком послушании не могло быть и речи. От этих событий ГУЛ впал в апатию. Руки опускались. Делать ничего не хотелось.

А подлый москвич залетал в институт, как к себе домой, везде шастал, разыскивая его, Главного Управляющего Людьми. Да, какого теперь главного и какого управляющего? Остались одни лишь мечтания о счастье для людей. О том, как они могли бы жить, если бы не было преступников, войн, убийств...

Но на пути воплощения идей ГУЛа встал Дарофеев.

Непонятно почему, но этому человеку был мил тот бардак, который творился в стране, и это приводило ГУЛа в недоумение.

Единственным желанием, которое довлело над ним, было замаскироваться, спрятаться так, чтобы его никто не нашел.

Особенно Дарофеев.

А сегодня... Как только ГУЛ вынужден был на секунду отвлечься от меланхолических раздумий и нейтрализовать очередную партию недоумков, принявшихся обстреливать Институт, как появился Дарофеев. Хорошо, что москвич ничего не понял и инкогнито было сохранено. А если бы ГУЛ не захотел спрятаться? Тогда - все. Пропала бы последняя надежда.