Нам говорят, что в 1337 году Петрарка впервые посетил Вечный город. Считается, что он побывал именно в итальянском Риме. Возможно, так и было, поскольку именно в XIV веке н. э. этот город, вероятно, и был основан. «Рим показался мне еще более великим, — писал он, — чем я предполагал, особенно великими показались мне его развалины». Он смотрел на город восторженными глазами поэта, и потому не следует предъявлять строгих требований современного дознания к его показаниям. Рим и вообще города Италии XIV века встретили Петрарку хаосом легенд, из которых поэт отбирал те, которые ему казались достоверными, впервые формируя уже некую унифицированную легенду. Любопытно хотя бы кратко соприкоснуться с этими «средневековыми анахронизмами», отбрасываемыми сегодня как нелепые (и часто на основе текстов, приписываемых Петрарке).
Оказывается, в Падуе находилась «гробница Антенора», в Милане боготворили статую Геркулеса, в Пизе утверждали, что этот город основан Пелопсом, венецианцы уверяли, что Венеция построена из камней разрушенной Трои (!). Говорили, что Ахиллес правил в Абруццах, Диомед — в Апулии, Агамемнон — на Сицилии, Евандр — в Пьемонте, Геркулес — в Калабрии. Об Аполлоне ходили слухи, что он астролог, дьявол и бог сарацин (!!). Платон считался врачом (!), Цицерон — рыцарем и трубадуром (!), Вергилий — магом, который заткнул кратер Везувия, и т. д. и т. п. И все это происходило в XIV веке! Или позже? Петрарка явился в Рим с уже вполне определенным представлением о том, «что там должно быть». Это представление он черпал из книг. Но именно в эту эпоху происходил перенос на бумаге истории Нового Рима в Италию. Естественно, в итальянском Риме нужно было воздвигнуть «древние сооружения», хотя бы главные. По-видимому, Петрарка и был одним из «исторических консультантов» по этому важному вопросу. Прибыв в строящийся Рим XIV века, он обнаружил множество «недоработок».
С возмущением Петрарка писал: «Где термы Диоклетиана и Каракаллы? Где цимбриум Мария, септизониум и бани Севера? Где форум Августа и храм Марса Мстителя? Где святыни Юпитера Громовержца на Капитолии и Аполлона на Палатине? Где портик Аполлона и базилика Гая и Луция, где портик Ливии и театр Марцелла? Где здесь построил Марий Филипп храм Геркулеса и Муз, а Луций Корнифий — Дианы, где храм свободных искусств Авиния Поллиона, где театр Бальбса, амфитеатр Статилия Тауруса? Где бесчисленные сооружения Агриппы, из которых сохранился только Пантеон? Где великолепные дворцы императоров? В книгах находишь все, а когда ищешь их в городе, то оказывается, что они исчезли или остался от них только жалкий след».
Отметим, что Петрарка ссылается именно на книги, в которых уже написано, как должен выглядеть итальянский «древний» Рим. А «на местности» еще многого не хватало. Естественно, он был этим удручен.
Тогда Петрарка берется за «наведение порядка», уже имея в голове определенную концепцию. Сталкиваясь с какими-то, возможно, подлинными памятниками, появившимися здесь, вероятно, не так уж давно, дымка мечты настолько заволакивала его взор, что, глядя на отчетливую надпись на пирамиде Цестия, он заявил, что это — могила Рема!
Строящийся город, естественно, не совсем соответствовал тем «историческим описаниям», по которым представлял его Петрарка. Никаких «античных остатков великого итальянского Рима», вероятно, еще не было. Их нужно было «найти», и Петрарка занялся этим.
Например, нужен был «античный» Колизей по образцу грандиозных античных театров в Византии — Новом Риме и вокруг него. Где взять Колизей? Пока его нет. Зато есть какие-то средневековые строения (замки, крепости и т. п.). И Петрарка «находит» Колизей. Правда, не очень успешно. «Античный Колизей» должен быть театром. По-видимому, такого театра в итальянском Риме еще не было. И Петрарка вынужден объяснять, что Колизей стал почему-то замком и крепостью одного из средневековых феодальных родов! Та же участь, по мнению Петрарки, постигла и античные мавзолей Адриана, театр Марцелла, арку Септимия Севера и т. д. Все эти якобы «античные древнеримские сооружения» были средневековыми строениями. Для нас никакого противоречия в этом нет, поскольку мы считаем, что лишь в XIV веке н. э. в итальянском Риме и началось строительство по аналогии с архитектурой Нового Рима, то есть по образцам того времени. Это и была античность.
По-видимому, в то время и началось создание принятой сегодня версии истории итальянского Рима. Это был, скорее всего, уже XVI век.
Впоследствии эта «деятельность Петрарки» обросла красивыми и романтическими легендами. Ян Парандовский писал: «С прибытием Петрарки в Рим начинается новая эпоха в переоценке упадка великого города. Петрарка был первым человеком нового времени, чьи глаза наполнились слезами при виде разрушенных колонн и от одного только воспоминания о забытых именах…» Петрарка начал создавать «подлинную историю Рима». Он развернул активную деятельность: «разыскивал» статуи, собирал римские медали, пытался «восстановить» топографию Рима и т. д.
Эта его деятельность теперь становится нам понятной. Приехал «на местность» с картой Рима и стал искать соответствия. Что-то «похожее» нашел, что-то отбросил. Главное — «правильно» расставил «древнеримские» названия «на местности».
Конечно, это была важная работа. Но у него была задача и поважнее. Основную часть своей энергии Петрарка направил на «поиски» и комментирование произведений античных авторов. Сохранился список якобы принадлежавших ему книг, составленный им самим якобы в 1336 году на последней странице латинского кодекса, хранящегося сейчас в Национальной библиотеке Парижа. Располагал ли Петрарка, кроме этих имен, оригиналами их произведений — неизвестно. В списке упомянуты следующие имена: Гораций, Овидий, Катулл, Проперций, Тибулл, Персий, Ювенал, Клавдиан, Овидий; комедиографы Плавт и Теренций; историки Тит Ливий, Саллюстий, Светоний, Флор, Евтропий, Джустин, Орозий, Валерий Максим; ораторы и философы Квинтилиан, Варрон, Плиний, Апулей, Авл Гелий, Макробий, Витрувий, Марциан Капелла, Помпоний Мела, Кассиодор, Боэций. Кроме того, перечислены имена многих отцов церкви.
Мы хотим поставить следующие вопросы: надежна ли информация о том, что этот список действительно принадлежал Петрарке? Как он был датирован? Держал ли он в руках произведения этих авторов или только собирал имена? Правильно ли мы истолковываем сегодня многие высказывания Петрарки? Ведь мы воспринимаем их в рамках искаженной хронологии. Следует заново изучить его письма, если только они действительно принадлежат Петрарке, а не написаны значительно позже «от его имени». И вообще, когда в действительности жил Петрарка?
С увеличением своих доходов Петрарка открыл мастерскую, в которой работали секретари и переписчики, о чем он неоднократно упоминал в письмах. О его страстном увлечении собиранием древних книг знали все. Почти в каждом письме к друзьям он напоминает об этом. «Если я тебе дорог, сделай так: найди образованных и достойных доверия людей, пусть перетрясут всю Тоскану, перероют шкафы ученых, как духовных, так и светских». А почему, кстати, надо копать в библиотеках Тосканы, а не Рима? А потому, что в то время в Риме просто еще ничего не было. Политическим центром Италии была Флоренция в этрусской Тоскане.
Петрарка щедро оплачивал находки, и они стекались к нему со всех сторон. Им самим было сделано несколько важных находок. Так, в 1333 году он обнаружил в Льеже две дотоле никому не известные речи Цицерона, в 1334 году отыскал в Вероне письма Цицерона к Аттику, Квинту и Бруту. (Напомним, что, согласно средневековым легендам, Цицерон — рыцарь и трубадур.)
Петрарка не без основания считал, что именно он возродил в Европе интерес к философии и публицистическим сочинениям великого римского оратора. Петрарка писал: «Как только увижу монастырь, сразу же сворачиваю туда в надежде найти что-нибудь из произведений Цицерона». Вот, например, странная история поисков затерянного сочинения Цицерона «Глория». О его существовании было известно из письма к Аттику, приписываемого Цицерону. Петрарка заявил, будто бы он обнаружил эту бесценную рукопись, но дал ее на время своему старому учителю Конвеневоле, который ее якобы потерял.
Сегодня о деятельности Петрарки с восторгом пишут: «В сущности, это был первый из тех славных, богатых открытиями походов, которые предпримут гуманисты последующих поколений, отправляясь, подобно Колумбам, в странствия… на поиски изгрызенных крысами пергаментов». Письма Цицерона Петрарка якобы обнаружил в библиотеке капитула в Вероне, причем до Петрарки никто не знал об их существовании. Почему-то оригинала у Петрарки вскоре не оказалось, и он предъявил копию.
Российский исследователь его творчества Р.И. Хлодовский писал: «Петрарка оказался прирожденным филологом. Он первым стал изучать произведения древнеримских поэтов, сопоставляя различные списки и привлекая данные смежных исторических наук… Именно Петрарка-филолог разрушил средневековую легенду о Вергилии — маге и волшебнике, уличил автора „Энеиды“ в ряде анахронизмов, отнял у Сенеки несколько произведений, приписанных ему в Средние века, и доказал апокрифичность писем Цезаря и Нерона, что в середине XIV века имело немаловажное политическое значение, ибо авторитетом этих посланий обосновывались притязания империи на Австрию».
