Совсем недавно Вориан открыл для себя информацию, которая расстроила его больше, чем все откровения Севрата, вместе взятые. В промежутках между играми и шутливыми пикировками он часто открывал базы данных, читал любимые куски из мемуаров отца, пытаясь понять поведение машин до мельчайших подробностей. Во время одного из таких поисков Вор прочел, что его отец зачал, кроме него, еще двенадцать сыновей. Вориан никогда не предполагал, что он один, но, оказывается, у него целых двенадцать неизвестных ему братьев! Великий генерал титанов, конечно, хотел создать потомство, достойное его высокого положения.
Хуже того, он нашел в базах данных, что все двенадцать детей Агамемнона оказались неудачными. Агамемнон тяжело переживал эти разочарования и каждый раз убивал неприемлемого отпрыска, хотя все они, точно так же как Вор, были привилегированными доверенными людьми. Последний сын был казнен почти столетие назад. Теперь Вор стал последней надеждой отца, но он не обязательно был единственным выбором. Должно быть, в хранилищах еще осталось достаточно спермы Агамемнона, так что заменить Вора можно было в любой момент, так же как и других детей титана.
Узнав об этом, Вор приобрел устойчивость к россказням Севрата. Они больше не отвлекали его. Сейчас Вор сидел за столом, глядя на спроецированное на его поверхность игровое поле, и раздумывал над следующим ходом. Юноша понимал, что Севрат не способен разобраться, что происходит в душе непредсказуемого человека. Даже располагая неимоверной независимой сложностью, робот собирал и накапливал только внешние данные и не умел разбираться в тонкостях и скрытых мотивах.
Доверенный человек мимолетно улыбнулся, что сразу же заметил Севрат.
– Ты опять задумал какой-то обман? Решил снова испытать на мне тайную силу человеческого ума?
Вор продолжал улыбаться и смотреть на доску. Это была многомерная игра, развертывавшаяся внутри трехмерного экрана, вмонтированного в крышку стола. Каждый игрок пытался выбрать ту игру или ситуацию из большого множества возможных игр, которая давала ему преимущества, а потом делал ход. Счет был большим, и следующий удачный ход мог принести победу любому из играющих.
Различные варианты игр выскакивали на дисплее в случайном порядке, и каждый раз на обдумывание выбора давалось всего несколько секунд. Он видел, как на графике появлялись все новые и новые игры, останавливались на мгновение, а потом снова менялись. На поле выбора появилась древняя земная игра го. Здесь для него нет никаких преимуществ. Появился следующий вариант. Выплыла машинная игра, которая требовала большего объема памяти, чем тот, каким располагал человек Вориан. Он пропустил и эту игру. Прошли еще две игры, которые не понравились ему, а потом на экране появился покер. У Вора было право сдачи карт.
Положившись на удачу и везение, Вор зашел против капитана-робота, который был не в состоянии понять стратегию блефования или умения играть, полагаясь на случай. У Вора было непроницаемое лицо, и он мысленно смеялся над растерянностью, которая отразилась на зеркальном «лице» Севрата.
– Ты проиграл, – сказал Вор, – причем проиграл очень крупно.
Он скрестил руки на груди, не без самодовольства заметив, что робот повторил его движение.
– Дело не в счете, а в том, каким способом ты пытаешься добиться победы.
Севрат ответил, что не хочет больше играть, и Вор посмеялся над ним.
– Ты надулся, старый железный умник!
– Я просто хочу разобраться в своей тактике.
Вор привстал и похлопал робота по плечу, словно желая утешить его.
– Может быть, ты останешься здесь и немного попрактикуешься, а я пока поведу корабль? До Гьеди Первой еще так далеко.
* * *
Мир полон сожалений, и среди них есть моя доля.
Серена Батлер. Неопубликованные воспоминания
Серый, как облака, корабль для прорыва блокад был не только скоростным и трудно различимым на фоне пасмурного неба Гьеди Первой, он обладал сложным профилем корабля-невидимки, лучшим, чем у любого из кораблей арсенала Лиги. Серена надеялась, что опытный Орт Вибсен сумеет отыскать брешь в системах слежения планеты и проведет корабль сквозь нее, доставив ее команду на уединенный остров в северном море, где они намеревались начать свою работу.
Линкер Джибб обеспечил экспедицию картами, планами и кодами доступа к генераторам вторичных защитных полей на случай, если они остались целы. Несмотря на то что экспедиция имела в своем составе самых лучших военных советников и инженеров, она не сулила легкой победы и очевидных результатов.
После долгого путешествия в открытом космосе они летели теперь в облаках, тщательно рассматривая сливающийся в однотонную массу ландшафт, расстилавшийся внизу. Ненужные теперь станции электрической сети были отключены и тонули в непроглядном варварском мраке. Машины могли спокойно настроить свой сенсорные датчики для существования в полной темноте.
Серена не имела ни малейшего представления о том, сколько солдат и офицеров внутренней гвардии остались живы после понесенного поражения. Она надеялась, что некоторые из них ушли в подполье после захвата планеты мыслящими машинами, как уверял всех отчаявшийся курьер Джибб. Если участникам экспедиции удастся запустить генераторы разрушающего поля, то внутренняя гвардия станет просто необходимой для подавления мыслящих машин и овладения планетой. Рассчитывала Серена и на то, что Ксавьер приведет Армаду на Гьеди, за какие бы нити для этого ни пришлось дергать и на какие бы педали нажимать.
Серена сидела в пассажирской каюте штурмовика и горела желанием скорее взяться за дело. Сейчас ее отец уже знает, куда она улетела, а Ксавьер уже, наверное, отправил свои ударные силы на Гьеди Первую. Если он не придет к ней на помощь, то их миссия обречена на провал, а она сама и ее команда – на верную гибель.
Ксавьер, конечно, очень расстроится и встревожится, да и рассердится на нее за идиотский риск. Но если ей удастся добиться успеха, то все усилия и жертвы окажутся не напрасными.
Теперь выбора нет, надо сосредоточиться на выполнении поставленной задачи. Наклонившись вперед в фонаре пилотской кабины, старый Орт Вибсен внимательно вглядывался в просторы северного моря, пытаясь разглядеть незаконченную генераторную станцию. Из донесений Ксавьера Серена знала только общее расположение станций, но понимала, что покорившие планету мыслящие машины не станут тратить время на заброшенный арктический остров, занимаясь порабощением уцелевшего населения Гьеди Первой. Может быть, они смогут не привлечь к себе внимания машин все то время, которое потребуется Бригит Патерсон и ее инженерам для запуска генераторов вторичного поля. Обветренный ветеран посмотрел на консоль управления и задумчиво почесал шершавую щеку. После своей вынужденной отставки старый вояка махнул на себя рукой и полностью утратил подтянутость выправки и подчеркнутую опрятность кадрового военного. Теперь, в конце долгого космического путешествия, он выглядел особенно неряшливо. Но Серена брала его в экспедицию не за чистоту гардероба и не за гигиенические привычки.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
