– Еще деньги на расходы. - После этого снова уселся за стол и приготовился слушать дальше. Дервуд перевел взгляд от мешка, еще раз кашлянул для порядка и продолжил.
– Я нашел среди храмовой стражи восемь воинов, которым можно доверять. Еще четверо в ближайшее время перейдут к нам на службу из городской стражи. Всех воинов рассчитываю разместить временно в трактире. Может закрыть трактир на ремонт? - утвердительно кивнув, я подумал и попросил Каро принести лист пергамента и стилос.
Разложил лист на столе и начал рисовать план окрестностей. Базу, трактир, улицу, дома торговцев и все остальное. Дервуд внимательно и молча наблюдал за моими упражнениями. Закончив рисовать, сказал.
– Нужно в соответствии с этой пунктирной линией, - я ткнул стилосом в рисунок, - тайно, прорыть подземный ход из боковой пристройки нашего дома в подвал трактира. На всякий случай. Возможно, под землей придется соединить и другие дома. Но точно я скажу, как и куда, после беседы со Стаубом и осмотра приобретенной недвижимости. Для рытья подземного хода, идея закрыть трактир на ремонт очень своевременна.
– Я понял, Панкрат.
– Теперь о более простом. В дальнейшем нужно сшить еще три смены моей одежды по типу и подобию той, которую я ношу сейчас. Старую одежду следует использовать в качестве образца. Снять размеры с одежды нужно пока я в ней не нуждаюсь, например, сплю. В ближайшее время, у меня есть план провести ревизию отделений храма Богов Света и Тьмы в Логвуде, Адерабаде, Кенто и Синегорье. Зараза Клана, если она осталась, должна искореняться повсеместно. Мне потребуется полный список всех известных филиалов с их подробным описанием и местонахождением.
– Будет сделано Старший Брат.
– К твоему сведению, брат. Информация о секретном месте Клана в Ластоте подтвердилась. Но промыслом божьим, - это я произнес как самый настоящий небесный херувим, по ханжески подняв глаза к потолку и сложив руки на груди. Затем, кашлянул, опустил взгляд, по наглому цыкнул зубом и прорычал, - и моей твердой рукой! - После чего продолжил нормальным голосом, - отделения Клана в доме благородного Гаренги больше нет. В живых остался только сам Гаренга. Он с радостью готов рассказать все, что знает… и о чем только догадывается. - В ответ Дервуд глубоко вздохнул и отвел глаза. Я усмехнулся уголком рта и сообщил.
– Опять-таки промыслом божьим, как-то так получилось, что там убито тринадцать охранников и трое из руководства Клана. В том числе очень сильный… - я чуть было не ляпнул экстрасенс, осекся, пошевелил пальцами, подбирая термин, и сказал, - черный колдун Кадор. - Дервуд помолчал, размышляя, и проговорил.
– Кадор известный чернокнижник. Его разыскивали много лет. Четыре года назад он бежал из тюрьмы в Алосто. Это страшный колдун.
– Да уж не подарок. - Я вспомнил Сталина, но не стал его цитировать дословно. - Но был страшный, а сейчас мертвый.
– Это хорошая новость Панкрат.
Я помолчал и в заключение известил.
– Меня не будет несколько дней. Когда вернусь, отправлюсь проверять храмы. - Поднялся из-за стола и направился одевать доспех.
Спускаясь вниз, уже привычно перепрыгивал через три ступеньки. По плану предстояло совершить интересное путешествие в Страну Островов. Нужно посмотреть и прочувствовать обстановку. То, что сверху казалось раем, вблизи могло оказаться маленькой скособоченной избенкой или большой кучей дерьма… Бывали прецеденты.
Поднявшись на высоту в сто километров, направился на восток в сторону Больших Гималаев. Даже отсюда с расстояния более тысячи километров центральный пик смотрелся острым лезвием клинка. Он сиял голубизной и был завораживающе красив. Подножие горы закрывали облака в несколько слоев и на разной высоте. Воистину второе чудо света, если считать первым чудом Великий водопад на реке Крино. В голове мелькнула мысль, что обычный человек без специального снаряжения не способен покорить такую вершину… в принципе. Восхождение на этот пик не для нормальных людей. Поэтому имеет смысл назвать его пиком Коммунизма. Великая, но недостижимая мечта.
Сместившись к северу, по большой дуге обогнул Большие Гималаи и повернул на юг. Через несколько минут затормозил на подлете к полноводной реке. Из глубин исторической памяти всплыло название реки - Чайна. Я покатал слово на языке, как круглый камешек в руке. Имя реки не вызывало отторжения. Чайна, так Чайна.
Спустившись вниз на высоту около трех километров и снизив скорость, направился на восток вдоль реки. Так уж получается, что люди почти всегда селятся по берегам рек, которые служат хорошими заменителями шоссе и железных дорог.
Некоторое время пришлось экспериментировать со скоростью и высотой полета, но постепенно добился оптимальной величины, тем более, что смотреть нужно только на южный берег, заросший буйной растительностью и обеспеченный водой сверх всякой меры. На северном берегу, вплотную к воде подступали безжизненные земли пустыни.
Пару раз пришлось остановиться, спускаться ниже и рассматривать участки берега более детально, но тревога оказывалась ложной - берег был совершенно безлюден. Точнее, ничего похожего на постройки, деревеньки, дома и лодки я не видел. Чем дальше на восток, тем леса на южном берегу становились дремучей. Хотя, казалось бы, уж куда еще.
Я вспомнил свои полеты на вертолете в Архангельской губернии и на самолете в Сибири. Час летишь - лес, два часа - тоже лес, настоящий океан леса и ни души. Нечто похожее можно наблюдать на юг от реки в ее верховьях. А с некоторого момента лиственные леса на берегу перешли в по-настоящему дремучие джунгли. Даже с большой высоты чувствовалось, что внизу кошмарный зеленый ад.
Первую деревеньку, а скорее даже хуторок, я засек, не долетев до устья реки километров девятьсот. Река в этом месте разливалась уже не меньше чем на четыре версты. Три барака, высокий частокол, крепкие ворота. Маленькая пристань с двумя лодками. За частоколом, в углу забора, дубликат апофеоза войны - гора человеческих костей высотой полметра и в диаметре метра два. Скорее это поселение смахивало на концлагерь или тюрьму строго режима. Причем, ограда, даже на первый взгляд, не служила защитой от того, что может прибежать из леса… скорее наоборот.
Опустившись на уровень крыш, увидел грязь и убогость жилья. Заскочив внутрь одного 'тифозного' барака и осмотрев его, не обнаружил никого. Двадцать пустых лежанок вдоль стен накрытых тряпьем, жуткая антисанитария. Грязью и чем-то очень похожим на гной заляпано все - пол, стены, даже потолок.
Вдруг, гора тряпок на нарах в углу зашевелилась и из-под нее показалась синюшная голова существа неопределенного пола. Когда-то это был человек, а сейчас некое существо, которое цеплялось за жизнь из последних сил. Несчастный был болен и болен смертельно. Все лицо человека покрывали страшные язвы. Местами на черепе не осталось мяса и сквозь прорехи в мягкой оболочке выглядывали желтые кости. Отожествить его расовую или половую принадлежность не представлялось возможным.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
