class="p1">Пока облизывала губы, они с братом ласкали сбрызнутые соком соски.
А теперь прохладный сок капал прямо туда, где горячо, влажно и уже болезненно тянет, просит большего. Горячий язык прошелся по прохладным следам и углубился, вернулся обратно принялся вновь слизывать свежие капли сока с чувствительного бугорка.
Я подавалась вперед к языку, который дарил безумное удовольствие, играл на нежной плоти. Еще чуть-чуть, еще немного. Да! В этот раз оргазм был мягким и тягучим как карамель, его сладость теплыми волнами охватывала все большие участки тела. Айверин бесконечно долго, снова и снова топил меня в безумии сладких минут. Пока они не пошли на спад.
Но когда он вошел в меня твердо и уверенно, я не смогла сдержать нового крика удовольствия. Сразу подхватила его неспешный, глубокий ритм. Каждый толчок был бесконечно сладок и я тянулась ему навстречу. Он положил мои ноги себе на плечи, целовал щиколотки, вбиваясь в меня то неспешно, то сильно с рыком. Наклонялся и не останавливаясь сладко целовал губы, шею, а потом возвращался к губам, будто накидывался голодный. Он опустил одну мою ногу и переступил коленом через нее и я оказалась на боку, ловя звезды, ощущения стали немного другими, но не менее яркими и восхитительными, заставляя тело выгибаться и жадно ловить каждое движение. Он поставил меня на колени, почти не прекращая движений. Я прогнулась в пояснице, чувствительные соски касались поверхности одеяла, добавляя ощущений. Поцелуи позвоночника и укус. Бешеный ритм и я рычу не хуже красноволосого, а он резко снижает скорость и переворачивает меня на другой бок, чуть не плачу:
- Хочу еще, пожалуйста!
Он шлепает меня по попе звонко, и я вдруг слышу как эхо вторит звукам хлопка, а потом и моим возобновившимся стонам. Вижу Арлеонта, он сидит в паре шагов и смотрит на нас. В одних брюках, сексуальный, растрепанный с горящим взглядом. Мышцы напряжены, но лицо спокойно. Он смотрит прямо в глаза и я показываю ему свое желание, что хочу и его, безмолвно умоляю. Но Арли словно статуя, застыл. А снова на спине и ноги мои на плечах Айверина. Подумала, что меня прокрутили на все триста шестьдесят градусов. Тело не выдержало и снова взорвалось искрами восторга.
Однако отдохнуть мне сегодня было не суждено. Айверина сменяет Арлеонт и я вновь проваливаюсь в омут страсти, поцелуев и новых поз. В то время как Рин, наблюдает расслабленный и довольный. Уже позже перебирая воспоминания, я поняла, что братья ни разу не повторили поз друг друга, кроме первой и самой традиционно.
- А зачем было связывать мне руки? - лениво пробормотала я, лежа между мужчинами и глядя на звезды, руки мне освободили задолго до конца этого марафона, но я не уловила когда.
Мы остались там на ночь. После долгого, восхитительного и очень страстного “ужина”, меня отнесли к ручью с ледяной водой. Там-то я и взбодрилась, и омылась, и быстро пришла в чувства. Я обрызгала братьев, а потом пугала всю окрестную живность диким визгом, потому что мне отомстили. Вот же... подростки.
Но когда вернулись к одеялу и улеглись втроем, укрылись вторым теплым одеялом (честно, не знаю откуда оно), усталость взяла свое и даже говорить было тяжело.
- Но так ведь гораздо интересней, правда. - меня накрыли волной красных волос и чмокнули в носик.
Ну, да спорить не буду. Пикантненько.
Так я и уснула. Кажется, я люблю спать в обнимашках.
Просыпаться было также волшебно, как и засыпать. Я еще не отрывала глаз, но слух уловил птичьи трели, кажется именно они и разбудили меня. Мне так мягко и тепло между жарких мужчин, тогда как лицо холодит весьма свежий утренний ветерок. Кто-то целовал плечико, а теперь и глазки, лобик, носик, подбородок. Я улыбаюсь, они специально обходят стороной губы. И губы начинают чесаться от желания целоваться. Ну я тоже целую, везде где попала: щеки, скулы, шею.
- Проснулась, крошка?
- Дааа. - медленно потянула я, потягиваясь всем телом. Мальчики тут же воспользовались моментом и быстро зацеловали соски. Но я стала от них отбиваться.
- Я конечно нимфоманка, но вчера вы меня так укатали, что кажется ни ходить, ни сидеть нормально сегодня не смогу.
Подумаешь, немного преувеличила, но явный дискомфорт между ножек уловила. Зато какие воспоминания.
- Сильно болит?
- Мы тебя покалечили? - в один голос обеспокоено вопрошали мужчины.
- Нет, все хорошо, скорее всего немного натерлось.
Братья уже не слушали моих оправданий, они откинули теплое одеяло и раздвинули ноги, согнув их в коленях.
- Холодно! - отбивалась я.
- Небольшая припухлость и покраснение - серьезным тоном и хмуря брови констатировал Айверин, второй брат был так же серьезен и озадачен.
Мне смешно стало. Это они мне между ног заглядывают с такими серьезными минами и выдала детское:
- Только юбочка помялась, пирожочек покраснел.
На меня посмотрели еще более озадаченно и я продекламировала все, что помнила:
- “В детском саде номер восемь раздаются голоса:
“Вань, не надо!”, “Надо, Свет!”
“Вот и все, а ты боялась, только юбочка помялась, пирожочек покраснел.”
Поскольку озадаченность с лиц не ушла, пояснила:
- Это шутливый детский стишок, я его впервые в школе услышала и кажется у него были еще версии, с растущими последствиями.
Потом они почти синхронно снова посмотрели на то что между ножек так, что я тут же прикрыла все покрасневшее руками.
- Понятно. Это кто же у вас позволяет детям такие стихи читать? - суровость Айверина заставила меня сесть и укрыться одеялом по самые ушки - Сейчас вы идете в домик - это принц командовал братом и тот серьезно кивнул в ответ. - Я возьму у лекаря мазь и к вам. - он посмотрел на меня с укором - Ну почему на тебя нормально магия не действует? Через десять минут у нас совещание в кабинете отца.
И он подал мне платье.
- Вот видишь, платье не испачкали, только помялось немного. - Арлеонт внимательно и чуть смущенно разглядывал платье (видимо припомнил мой стишок), вертя его в руках, пока я вставала на ноги. - Они смотрят на меня! - делано возмутился он глядя на мои сжавшиеся от порыва ветра соски, быстро чмокнул оба и стал помогать одевать платье.
- У меня тоже отличный вид. - это промурлыкал Айверин и погладил мои нижние девяносто, пока подол платья их не скрыл.
- Платье в следующий раз аккуратно повешаешь на дереве,
