Власти тебя знают. Все данные по тебе есть. Вся биометрия. Ха! Кажется теперь у ведьмы нет другого пути, кроме как по следам предков! Старая хибара в глухом лесу, и из друзей лишь чёрный кот да мухоморы.
Я отвернулся, глядя на пруд и слушая, как шумно сопит ведьма, поедая моё подношение. Когда она закончила, то обошла качели и села рядом.
— Спасибо, — произнесла она, не глядя на меня.
— Пожалуйста, — я тоже смотрел на ковёр из ряски. — К тебе в комнату мне нельзя. Там всё опечатано церковниками. Так что на ближайшее время это все твои наряды.
Она понимающе кивнула. Суровая дама, конечно. Без слёз, без истерики. Собранная, холодная, готовая к неминуемым трудностям. Жаль, что ведьма!
— Ночью не замёрзла? — спросил её я. Она тяжело вздохнула, подтянула коленки к лицу и обхватила их руками.
— Что ты там говорил про квартиру у зоны? — повернула она ко мне лицо.
— То было когда ты ещё в законе находилась, Вася! — упрекнул её я. — Сейчас всё значительно сложнее будет.
— Понимаю, — кивнула она грустно.
— Ладно, не унывай. Что-нибудь придумаю, Вася. Пока наслаждайся свободой и истинной взрослой жизнью! Судьба дала тебе хороший пинок, постарайся толково воспользоваться ускорением.
Она приподняла левую бровь, хмыкнула. Да-да, я способен на мудрые изречения.
— Всё, мне пора. Много дел! Жди тут.
Для начала я покормил Рррупи. Фей Смерти с жадным видом схватил шоколадный батончик и сразу же огорошил, с набитым ртом:
— Ты обещал я веселье! Я не весело!
— Обстоятельства неодолимой силы, дружок. Всё будет, — поспешил я успокоить демонёнка. Эх, мне бы в сутках ещё парочку часов! — Смотри в окно, там красиво.
— Дя, — важно кивнул Рррупи. — Крррасота.
Дипломат я забрал с собой. Надеюсь, пока меня нет, в комнату не ворвутся. Иначе Фею Смерти придётся справляться с этой оказией самостоятельно. Впрочем, с ним была Княгиня, а на неё можно положиться и без выдачи долгих и детальных инструкций. Разберётся!
Вторым делом я заехал на место, где случился казус с автохрамом Первой Церкви, и минут десять бродил в траве у обочины, в поисках выброшенного мною амулета. Вещь весьма полезная, может и жизнь спасти, так что нельзя её здесь оставлять. Мой полицейский эскорт наблюдал за этим с расстояния в триста метров и, клянусь, был весьма заинтригован. Водитель такси тоже изнывал от любопытства и даже вышел наружу, чтобы предложить помощь. Пришлось настойчиво уговорить его вернуться в машину. А когда я плюхнулся на заднее сидение, отыскавший ведьмовской подарок, то он взглядом дырку мне в кармане просверлил. Но, стоит отдать ему должное, с расспросами не полез. Поэтому и оценку в приложении получил хорошую!
Третьим пунктом в списке сегодняшний дел был визит к Анфисе Бабушкиной. Здесь пришлось подготовиться заранее. Во-первых мне пришлось действовать как секретному агенту в фильме. Заставив таксиста нарезать такси по городу я всё ждал, когда моё сопровождение хотя бы на пару секунд меня потеряет. И в этот момент на повороте, пока такси остановилось перед пешеходным переходом, в эту пару секунд вышел из машины и тут же завернул в садик, затерявшись за кустами сирени. Убедившись что мои преследователи продолжают ехать за такси, я спокойно направился в сторону магазина. Где в моём третьем пункте дел на день нашлось-таки место для «во-вторых». В переулке неподалёку от «Бабушкиных пушек» я открыл дипломат и забрал из пространственного кармана винтовку убитого мною стрелка. Пока подходил к крыльцу то столкнулся взглядом с женщиной, развешивающей бельё на балконе. Безучастная и безразличная дама, несмотря на здоровую такую волыну у меня в руке. Подумаешь, мол. Хозяйке магазина чего только не приносили. А вот взор старшего стражника Князева был бы более красноречив. Если бы я не оторвался от ненужного хвоста. Лишнее, конечно, внимание. Как бы от этих топтунов избавиться…
— Таки шо вы мне уже приносите! — удивилась Анфиса, когда на прилавок легла винтовка, изъятая у мёртвого стрелка. — Оба глаза мои себе не верят, а уж вам-то и подавно, добрый господин. Да разве находят нынче такое в зонах?
— Ну позвольте, если вам не интересно, то премного буду благодарен за адрес человека, которого это может заинтересовать. Чтобы я ваше время драгоценное не тратил больше, — хмыкнул я.
— Ой да посмотрите на него люди добрые! Таки слеза моя ему понадобилась. Сейчас я вам две откапаю, добрый господин.
Она сноровисто подняла винтовку, ловко осмотрела, проверила затвор.
— Тысяча, — сказала Анфиса.
— Это авторская работа, — покачал я головой. — Ручная.
— Вы делаете мне смешно, — закатила глаза хозяйка лавки. — Потому и тысяча! Уж не кричите ли вы мне шо это таки делали вам?
Она назидательно покачала головой, видя мою уклончивую улыбку.
— Таки у вас тысяча, а у меня никаких вопросов!
— Идёт, — не ожидал, конечно, что будет так выгодно. Но пушка и правда была необычная. Мне совершенно неподходящая, не мой стиль по засадам днями лежать ради одного выстрела. — Так, я сейчас приду, никуда не уходите.
Я выбежал из магазина, свернул в переулок и один за другим выудил арбалеты, сграбастал их так, как смог и потопал обратно.
— Вы таки сразу всё заносите! — прокомментировала моё второе явление Анфиса. — Ну или оставьте свободу сумочке своей, и я за нею пригляжу. Моё сердце обливается жалостью на ваши страдания.
— Таков путь, — буркнул я в ответ, громыхнул о стойку арбалетами. Слишком небрежно, конечно. Когда собирал в кучу оружие что-то нехорошо хрустнуло. Определённо надо оптимизировать доставку товара. Может завести машину? Что-нибудь дешёвое: польское там или, прости Господи, румынское.
— Таки вы в зоны не ходите? Доблестно охотитесь на военных арсеналах? — поинтересовалась между делом Анфиса, придирчиво осматривая трофеи. — Много потёртостей. Здесь разбит прицел.
Я горестно развёл руками. Госпожа Бабушкина то и дело поглядывала на меня поверх очков:
— Это охотничье оружие, господин. Откуда оно у вас?
— Из него пытались меня убить. Я оказался быстрее.
— Здесь маркировка Оплота, — она указала на символ ворот в крепостной стене. — Оплот таки пытался сделать вам смертельно? Что же вы натворили? Плохие люди для ссор, кричу я вам, голубчик. Очень плохие!
— Я не успел с ними пообщаться. Всё произошло быстро и по-деловому.
Она со значением помотала головой.
— Этот возьму за двести, — Анфиса указала на лук с разбитым оптическим прицелом. Странное приспособление, но я не стрелок, мне современные методики незнакомы. — Этот за четыреста, слишком потёрт. А вот этот за шестьсот.
— Шестьсот пятьдесят, — улыбнулся я.
— Пятьсот пятьдесят и вы таки больше никогда такое не повторяете, — Анфиса средним пальцем поправила очки.
Что за дела? Вроде бы это не так
