так никто не пробовал, — я засмеялась. — Иди, ты нужен отцу и Сенвилду.
— А ты?
— Если выживу, то еще надоем вам своим присутствием.
Филис улыбнулся и крепко обнял меня.
— Береги себя, сестричка. И возвращайся.
Забрав двоих воинов, он направился назад к городу. Я же, заскочив на своего тааки, обратилась к Элвину:
— Ну что? Вперед к Последней вершине?
— Куда-куда?
— Есть одна проблемка, — соврала я, широко улыбаясь: — ИТУ можно обнаружить только там. Обычные места силы тут не помогут.
Хотя, может не так уж и соврала? Филис его ведь так и не нашел. Но Элвин, покосившись на концентратор, кивнул.
— А эти? — он указал на моих спутников.
— Я же принцесса. Мне положено иметь свою свиту, — я улыбнулась еще шире. — И охрана нам не помешает.
— А если я не согласен?
— Ну, тогда можешь искать его сам.
— Но ты обещала пойти со мной!
— Что слово простого перевозчика против слова принцессы? Могу сказать, что не было ничего. И мои люди это подтвердят. Или могу приказать им, чтоб прикопали тебя прямо здесь, на этой полянке, и никто тебя не найдет, — я сама удивилась своему коварству.
Элвин зло посмотрел на меня, но все же ответил:
— Как ехать туда, знаешь?
— Конечно, — и протянула ему одну из сложенных в сумке карт.
28. ***
Филис задумчиво разглядывал дорогу, ложащуюся под лапы его тааки. Он поверил Насте на счет ИТУ. Разрозненные кусочки информации, собранные за долгие годы поисков, соединились после ее слов пусть не в четкую картинку, но во вполне понятный рисунок. Не все записи были найдены. Многие потерялись с годами, другие были утеряны в процессе погони за ИТУ. Но девушка явно что-то знала об устройстве, а значит, рискует собой осознано и не напрасно. Жаль, что не удалось это обсудить с ней и узнать подробности.
Конечно, если бы она призналась на счет ИТУ сразу, он бы не тратил времени на бесполезные поиски, а искал бы способ нейтрализовать негативное воздействие устройства. Но, что сделано, то сделано. Быть может, на её месте он поступил бы так же.
Оставалось теперь только объяснить отцу, почему он отпустил принцессу. Он не поймет и вряд ли простит. Как и Рубен. Но чутье Филиса, как сильного мага-менталиста, редко подводило его, если дело касалось понимания других людей. И он был абсолютно уверен, не смотря на все сожаления, что девушка права в своем решении.
Как он и ожидал, отец был в бешенстве, а Рубен не уставал напоминать о его «проколе» при каждом удобном случае.
— Если бы ты не отпустил ее, при помощи устройства мы давно бы перебили всех разбойников и отправили бы дриад в их леса, — ворчал он. Хотелось бы с ним согласиться. Дриады вышли из своих лесов и все чаще нападали на селения, расположенные далеко от них. На войну это еще не походило, но их нападения приносили неудобства. Так было не только в Сенвилде, но и в других государствах. Дриады вместе с эльфами портили посевы, рушили заборы, пугали крестьян.
— Появление ИТУ в нашем мире нарушило баланс магии, — отвечал Филис и сам все больше верил своим словам. — Потому они как будто обезумели. Поэтому устройство должно быть уничтожено. К тому же, если у принцессы Иллариды все получится, то Сенвилд будет славен и тем, что мы остановили все это. Разве не так?
На него самого смотрели, как на безумного. Но девушку с ИТУ было не вернуть. Филис узнал, что Рубен отправлял поисковый отряд за ней, но они вернулись ни с чем — с ней был Элвин, а отследить след перевозчика было сложно.
К лету нападения дриад стали менее безобидными. Когда они так открыто стали нападать на людей, часто разбойники и охотники за ИТУ вставали на сторону простого народа, помогая отбиться. Конечно, это вовсе не значило, что они потом не нападали на людей сами.
По стране постоянно бродили отряды сенвилдской армии, отлавливая разбойников и дриад, и только поэтому они не наносили большого вреда. Король и Филис часто выходили с воинами на «охоту», пытаясь понять мотивы лесных дев. Исситы, отправленные на «разговоры» с дриадами лишь разводили руки — племена нелюдей больше не слышали их, как и исситы едва разбирали лиственный шепот лесов.
В одну из таких «охот» король наткнулся на довольно большой отряд дриад, вместе с которыми вышла в этот раз стая оборотней. Насколько было известно, между этими двумя народами никогда дружбы не было. И никто не мог ответить, почему сейчас это изменилось. Завязался бой, в котором дриады повели себя не так, как прежде. Кроме их «лесной магии», как называли в народе способности дриад, одна из них владела настоящей магией, какой у этих существ никогда не прежде не было. Не смотря на то, что нелюди были разбиты, отряд короля понес большие потери, а дриада-маг сбежала. Сам король оказался серьезно ранен. Целители опознали в его крови неизвестный ранее яд — видимо новое изобретение лесных эльфов. Ни одно из известных людям противоядий не помогало. Сенвилдское «проклятие» и усилия целителей лишь оттягивали неминуемый конец.
Король умер. А Филис, смотря, как пламя погребального костра обнимает тело его отца, молил ушедших богов, в которых он не верил, чтобы его сестра добралась до своей цели и как можно скорее.
***
Элвин проклинал каждый день своей жизни — от рождения, когда он появился на свет без капли магии, до сегодняшнего дня.
Когда он узнал о нахождении Насти в Сенвилде, ему пришлось вернуться к ненавистной солнарской принцессе. Она постоянно использовала его, хотя он и не был её подданным. И как бы он не стремился уйти, судьба снова и снова сводила их вместе. И каждый раз она нужна была ему больше, чем он ей. Его всегда сводила с ума эта зависимость от более сильных людей.
В этот раз она его даже видеть не захотела. После того, как ей пришлось напасть на караван из Сенвилда в пустой попытке найти вожделенное ИТУ, ему пришлось проявить чудеса изобретательности, чтобы унести ноги от принцессы. Мстить она не стала, но и иметь дел с ним больше не хотела. Однако ему удалось узнать о предстоящем визите солнарских принцев к внезапно появившейся принцессе Иллариде и послать с ними своего человека — одну из придворных дам. Не смотря на то, что она быстро раскрыла себя, ему удалось кое-что узнать и подкупить слуг из дворца. Так он получил возможность
