Читаем без скачивания Червонные сабли - Леонид Жариков

- Правильно! - подхватила Надя. - Иначе все скатится назад, к буржуазной республике, как было во всех прежних революциях!

Ленька радовался тому, что Надя говорит точь-в-точь так, как думал он. И вспомнилась Леньке «Памятка коммуниста», которую нашел он в книжечке погибшего Феди Стародубцева: звание коммуниста налагает много обязанностей, но дает одну привилегию - первым сражаться за революцию!

2

Уже было за полночь, а никто не хотел расходиться. После споров пели песни, а потом рассказывали всякие истории. Так неожиданно узнали комсомольцы о трагической гибели матери Оли воронежской. Было это осенью 1919 года, когда белогвардейцы захватили Воронеж. Однажды проскакал по улице всадник, осадил коня возле штаба и передал пакет. Часовой вручил конверт генералу Шкуро; тот прочитал записку, и поднялась тревога. Кинулись искать всадника, а его и след простыл. Тогда и схватили мать Оли. «Куда поскакал красный разведчик?» Она не сказала, хотя и видела. Белогвардейцы расстреляли ее возле дома, на глазах у дочери.

Потом оказалось, что всадником был Олеко Дундич, а в записке говорилось: «Приказываю завтра утром построить ваши бандитские полки на городской площади, где вы вешали рабочих и крестьян. Командовать парадом буду я». Подпись - Буденный.

Комсомольцев тронула печальная история Оли, а Надя сочувственно обняла девушку.

Горькие рассказы сменялись веселыми. Яша Пожарник опять захотел пошутить над Макаркой, но, когда смоленский паренек поведал, в какой жестокой борьбе живет село, как в него стреляли кулаки, а потом сожгли дом, Пожарник растроганно сказал:

- Прости, нарком...

- На шутку не обижаются, - мирно ответил Макарка.

Комсомольцы заволновались, зашумели, когда Михо Гогуа рассказал, что в Грузии в гости к меньшевистскому правительству Церетели и Чхеидзе приехали из Европы главари и теоретики мирового оппортунизма - Вандервельде и Каутский.

- На что надеются эти господа?

- Хотят устроить новый бакинский расстрел?

- Утопить их в Черном море!

- Грузия будет красной, Советской, рабоче-крестьянской республикой! - заверил всех Михо Гогуа. - Комсомолия борется, товарищи! Мы несем знамя бакинских комиссаров, и оно зовет нас к победе!

Уже стояла за темными окнами ночь, ребята устали, а все-таки не расходились, говорили без умолку и не могли наговориться. Так и перешли незаметно к той, всегда желанной мечте, которой заканчивались все дискуссии и споры, - как будут люди жить при коммунизме.

- Вы только не смейтесь, ребята, но мне хочется знать: будет при коммунизме любовь? - окая по-северному, спросила девушка в кепке, делегатка из Вологды.

Под общий смех кто-то проворчал басом:

- Ее на съезд послали серьезные дела решать, а она «робята, хочу любов».

- Будет любовь, обязательно будет, - сказал Ваня Гармаш. - Любовь - это продолжение жизни человека. А мы и живем для будущего.

- Красивая жизнь придет, братва, - мечтательно проговорил Яша Пожарник. - Тогда наука дойдет до того, что захочешь, например, чтобы тебе солнышко светило, - нажми кнопку, и оно засветит. Не хочешь солнца - получай дождик...

- Хорошо бы нажать кнопку, и вы замолчали, - послышался чей-то усталый голос. - Давайте спать ложиться. Завтра рано вставать.

Никто из коммунаров не ответил ворчуну. В разговор вступил Макарка, и по всему было видно, что он согласен с Яшей.

- А что? Я тоже читал, что будут таблетки вместо сна. Захочешь спать, глотни таблетку - и опять бодрый, вроде выспался. Знаете, сколько у человека прибавится времени для труда!

Ленька вспомнил про Кампанеллу, хотел рассказать ребятам, но подумал, что они, наверно, знают, да и не сумеет он так складно рассказать, как Сережка. А Ваня будто подхватил Ленькины думы.

- Нам повезло родиться в такое великое время, - сказал он, - и мы сами будем строить новую жизнь. При коммунизме не будет ни государств, ни границ, прекратятся войны.

Борьба пойдет по линии покорения природы, освоения ее великих тайн. Ведь если подумать серьезно, то мы, люди, еще очень отсталые.

- Как это понимать?

- Человек плохо знает природу, теряется перед ее грозной силой. Возьмите, к примеру, Ледовитый океан. Он сковал чуть не половину земного шара. А если его растопить? Тогда в тундре, где вечная мерзлота, апельсины будут расти. А тайны Мирового океана? Если проникнуть в его глубины и засеять необъятные просторы дна питательными растениями, если развести стаи невиданных рыб? Сколько человечество получит дополнительной пищи...

- Вай, вай, какой молодес, Ваня! - сказал Гаро.

- Ему хорошо в Крыму, там и сейчас апельсины растут...

- У Врангеля Крым...

- Тише, не мешайте слушать...

- Люди будущего полетят к звездам, - продолжал Ваня, но кто-то из ребят перебил:

- А вы слыхали, братва, говорят, на Марсе жизнь открыли?

- Ничего удивительного нет, - сказал Митя Азаров. - У вас в Калуге живет учитель - Циолковский. Так он такую штуку придумал, что лет через десять хоть на Луну, хоть на Марс, а то и дальше...

- В Тулу за пряниками! - пошутил кто-то из ребят.

Комсомольцы разговаривали, смеялись, а Ленька лежал на койке, слушал и думал о друзьях из Второй Конной. Он испытывал чувство боли оттого, что они воюют, а он в Москве и спит не в седле, а на кровати, а под головой не корявая, раскаленная зноем земля, а настоящая подушка. Может быть, уже многих друзей нет в живых... Лишь одно успокаивало: видел он Ленина, говорил с ним. Знал Ленька, какую радость доставит бойцам, когда расскажет о Ленине. Для них ничего нет дороже, лишь бы знать, что жив и стоит у руля Главком революции!..

3

Ваня Гармаш уехал, не дожидаясь окончания работы съезда. Обстоятельства осложнились, и ему надо было спешить. Проводили его всей коммуной. Ваня ничего не взял с собой, кроме врангелевских денег и портрета Ленина. Портрет Ваня зашил в подкладку пиджака.

После отъезда друга Ленька загрустил. Ему не давала покоя мысль о Тоньке - здесь, в Москве, она или нет?

На другой день отправился искать подругу детства. Сначала хотел позвать с собою Надю, но потом подумал - еще засмеет...

Пошел Ленька искать рабфак. Прошел всю Бронную, очутился на Садово-Кудринской, подивился огромным липам, которые росли посреди улицы, точно лес. Трамваи, звеня, бежали мимо стены деревьев, и рельсы были усеяны желтой листвой.

Удивлялся Ленька: как это он ходит один по такому большому городу и не теряется! Меряет щербатые тротуары смелыми шагами, и только шпоры позванивают. Знай наших!

Наконец какой-то парень сказал, что рабфак есть на Мясницкой. Где находится эта улица? «Где мясом пахнет, там и есть!» - отшутился парень и пошел по своим делам. Другой объяснил: «Мясницкая недалеко от Сретенки». - «Сретенка где?» - «Крой прямо, там спросишь».

Не может быть, чтоб он, разведчик Второй Конной, не нашел Тонькин рабфак! Долго шагал, все пятки отбил, а все-таки нашел.

По разбитой каменной лестнице поднялся на второй этаж. Вокруг было тихо, холодно и сыро. Какая-то женщина в золотых очках, в пальто и муфте подкладывала в печку обрубки мебели.

Ленька решил сказать, что ищет сестру.

- Тоня? А фамилия как? - спросила женщина.

Хоть сквозь землю провались - забыл Тонькину фамилию. Надо же, беда какая... И вдруг вспомнил.

- Цыганкова.

- Такой нет, - сказала женщина, водя пальцем по журналу, потом добавила: - Кажется, была черноглазая, с косичками... Только сейчас никого нет. Все уехали на фронт. Занятия временно прекращены. Так что ищите на фронте свою сестру или кто она вам... - И женщина многозначительно улыбнулась.

- Извиняйте... - сказал Ленька и надел буденовку.

Выйдя из рабфака, он задумался. Неужели правда, что Тонька на фронте? Как могли ее взять, если она винтовки в руках не держала? Вот так история! Абдулка говорил, что она стащила у него кинжал - значит, готовилась... Могла в Москве окончить курсы сестер милосердия и сейчас раненых перевязывает. Может быть, даже с братом Абдулкой встретилась - где-то сейчас дружок воюет? Поди, кочегарит на бронепоезде, который захватили у Врангеля?

Так и вернулся Ленька ни с чем. Никому из товарищей не сказал, где был, только перед Надей пришлось открыться. Она увидела его и обрадовалась:

- Леня! Мы тебя целый час ищем... Получена депеша из Донбасса, наше воззвание читает молодежь. На каждом руднике комсомолия стала под ружье. Так что Врангелю будет тошно. Ну, а ты где пропадал?

- Тоньку разыскивал. Помнишь, я тебе говорил про нее?

- Юзовская девчонка, что ли?

- Сестра Абдулки...

- Да ты, никак, возлюбленной обзавелся? - спросила Надя, лукаво усмехаясь. - Ой, смотри, шахтер, голову потеряешь!..

Зарделся Ленька, даже глаза опустил, хотя мог бы поклясться господом-богом и всеми святыми, что она просто подруга детства и он отвечает за нее по линии комсомола...