Но нет. Она зациклилась на своей боли, на своей потере до такой степени, что начала маниакально искать способ все изменить, исправить. И ведь нашла же!
Мне было жаль, что я когда-то не заметила, что с сестрой происходит что-то странное. Жаль, что этого вообще никто не заметил. Ведь если бы кто-то вовремя понял, что с Иллианой что-то неладное, возможно, ей смогли бы помочь.
Теперь поздно сожалеть о чем-то — ничего уже не изменить. Иллиана мертва. И я даже не знаю, хорошо ли это или плохо. Думаю, она не смогла бы жить с осознанием того, что теперь уже никто ей не позволит вернуть к жизни дочь. Слишком глубоко она погрязла в своем выдуманном мире, в своем сумасшествии…
— Вы ведь уже пришли в себя… тетушка, — прозвучал мужской голос совсем рядом со мной.
Распахнув глаза, я тут же увидела парня и девушку, удивительно похожих друг на друга, которые сидели возле моей кровати и с одинаковым выражением лица смотрели на меня.
Близнецы. Ариэнна и Аэрон. Старшие дети Иллианы, будущие правители империи… племянники, да.
— Лучше по имени, — прохрипела я, приподнявшись с постели.
— Да, мы тоже так думаем, — кивнула девушка, — слишком сложно сейчас всем будет объяснить ваше неожиданное возрождение и возвращение. Да и вы, насколько мы успели понять, не стремитесь возвращаться во дворец.
— Верно, — медленно кивнув, произнесла я, — не стремлюсь. И можно на ты… все же родственники.
— Тогда у нас к вам есть предложение. Что, если мы представим вас двору не как принцессу Ярину, погибшую столько лет назад, а нашу дальнюю родственницу, которую наконец-то после стольких лет безуспешных поисков смогла отыскать наша… матушка. Скажем, что она хотела вас представить на ближайшем празднике, но, увы, так и не успела, погибнув при покушении на жизнь принцессы Ирисы.
— Покушение?
— Конечно. Гоэрд Дофлор задумал убийство принцессы Ирисы. И даже успел ее ранить, но здесь вмешалась наша матушка и, ценою своей жизни спасла свою дочь. А преступник предпринял попытку сбежать. И был убит при побеге.
— Убит?
— Убит. Ваш друг наконец-то отомстил за свою сестру, — произнесла девушка, кивнув.
— К чему… все это? Зачем такие сложности?
— Ну не рассказывать же всем о том, что наша матушка слегка помешалась и решила убить сначала свою дочь, а затем свою родственницу? Зачем нам эти проблемы? — спросил парень, а затем, тяжело вздохнув, посмотрел на свою сестру. Девушка кивнула, словно давая разрешение продолжить.
— Наша матушка… Наверное, вам не понятно наше отношение к ней, но мы попытаемся объяснить. Она… Так уж получилось, что Ари родилась первой и для ритуала не подходила. Поэтому матери ни я, ни сестра не были интересны. Это мы сейчас поняли, а до этого… До этого мы все никак не могли понять, почему она так холодна, так равнодушна. Она не интересовалась нашей жизнью, вообще, и лишь благодаря отцам и учителям мы получили достойное образование. Когда же появилась Ириса… Матушка с первых дней жизни берегла ее, как самый хрупкий цветок. Ей позволялось все. Лишь только одно матушка ей запрещала — вступать в близкие отношения с мужчиной до свадьбы. Нам это, по правде говоря, казалось глупостью, странностью и пережитком прошлого. Впрочем, для Ирисы это тоже показалось глупостью… Глупостью, спасшей ее жизнь. Уж не знаю, на что матушка рассчитывала, но, по нашим сведениям, невинности наша сестренка лишилась еще лет в шестнадцать… Так что когда Гоэрд пробрался к Ирисе, чтобы принять участие в ее похищении, сестра уже давно была не невинной.
— Матушка была в ярости, — продолжила девушка, стоило ее брату замолчать, — правда, мы это списали на похищение сестры. А затем она забирает дело о похищении у Тайного ведомства и всячески противится любому расследованию.
— Тогда-то мы и заподозрили неладное. Но данных было слишком мало.
— А потом к нам неофициально пришел Кир с просьбой выслушать… Вот он-то и рассказал о том, как на самом деле погибла наша тетушка… то есть вы. Выяснить, правда ли это, не составило особого труда. Как и выяснить причину, по которой наша матушка так стремилась провести этот ритуал.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Дальше — еще проще. Оставалось лишь узнать, где это произошло. Вариантов особо и не было. На самом деле мы практически сразу догадались, что искать нужно здесь, во дворце, в подземных помещениях.
— А потом вас похитили. И к нам заявились ваши мужья, угрожая разрушить дворец по камушку, если мы не поможем вас отыскать.
— К слову, мы вовремя успели — еще немного, и жертв было бы не избежать. И жертвой стали бы не только вы, но и мы с сестрой. Ваши мужья — опасные люди и нам бы не хотелось в будущем иметь врагов в их лице.
— Не думаю, что вам это грозит, — пробормотала я, после чего поинтересовалась — кстати, где они?
— За дверью. Мы взяли с них обещание, что сделаем все, чтобы это дело и все последующие дворцовые интриги вас не коснулись, если они дадут нам первыми поговорить с вами.
— Хотите, чтобы я отреклась от любых прав на престол, — утвердительно произнесла я. Мне было не сложно это сделать — правление страной никогда меня не интересовало.
— Да. Но нам даже хватит неполного отречения. Вы отречетесь от трона в нашу пользу, но, в случае, если из императорской семьи останетесь только вы, то вашему ребенку придется взять управление страной на себя. Ну и конечно, клятва о непричинении вреда. Обоюдная, не беспокойтесь.
— Почему неполное?
— Мало ли что может произойти? Не хотелось бы, чтобы трон занял совершенно посторонний человек. Впрочем, сомневаюсь, что кому-то придет в голову покушаться на нас с сестрой — все же многим известно, насколько это… самоубийственно.
Я кивнула. Да, даже я что-то слышала о том, что на близнецов покушались несколько раз. Неудачно, естественно.
— Хорошо. Я согласна.
— Хорошо. Тогда, как только вы оправитесь от травм, так сразу и сделаем это.
— Я думаю, что к вечеру уже буду готова, — уверено произнесла я. Хотелось поскорее закончить со всем этим и вернуться домой.
— Что ж, как скажите, Яра. Мы же можем так вас называть?
— Конечно, — кивнув, произнесла я.
— Тогда поправляйтесь, Яра, и отдыхайте. Ближе к вечеру мы сами придем за вами, — сказала девушка и они с братом почти вышли из комнаты, я вдруг воспомнила о том, о чем так и не узнала.
— Ириса. А что с ней в итоге?
— Ничего, — пожав плечами, произнес Аэрон, — сейчас она находится на лечении у целителей. Как только она восстановится, то ее ждет замужество.
— Замужество?
— Да. При этом за верным нам человеком, который не позволит ей… такого поведения, которого позволяла ей матушка. Пора нашей сестренке повзрослеть и понять, что ей позволено далеко не все. Да и тягаться с нами в интригах ей еще пока рано…
— Тягаться в интригах? — вновь, уже не первый за этот день раз переспросила я, чувствуя себя на редкость глупой и непонимающей.
— Не обращай внимания. Это тебя уже никак не заденет, — произнесла девушка и с этими словами близнецы покинули комнату.
А через мгновение я уже оказалась в крепких объятьях своих мужчин.
— Яра, — тихо шепчет кто-то из них, и в этом шепоте я слышу такое дикое облегчение и счастье, что я наконец-то осознаю, что все. Все это закончилось
Больше не будет страха, не будет угроз жизни. Не осталось больше тайн, отравляющих спокойную жизни. Все карты раскрыты и теперь можно было выдохнуть спокойно и наконец-то просто позволить себе расслабиться и хорошо отдохнуть.
Так я и заснула в теплых объятьях с мыслями о том, что теперь наступит новый этап в нашей жизни. Жизни без страха, спокойной и умиротворенной.
Вечером меня отводят в тронный зал, где происходит ритуал неполного отречения. Проходит это настолько обыденно, что не особо отмечается в моей памяти.
А потом меня отвозят домой, где меня уже встречают мои мужчины, Ант с Лином и дети.
И я впервые за долгое время ощущаю себя в безопасности. Я впервые за долгое время чувствую, что я… дома. И осознание этого наполняет мое сердце счастьем.
