практически мгновенно отключая моё сознание.
Кажется, я всего на несколько секунд отключился, но, когда открыл глаза, обнаружил, что нахожусь не на центральной улице столицы, поблизости от обломков лавки Ронни, а во дворце. Ужасу моему не было предела.
– Витор? Ты как? – надо мной нависла Несси, обеспокоенно осматривая.
– Нормально! – резко ответил я, моментально вставая с кровати и накидывая на себя первое, что попалось на глаза. И мне совершенно было неважно что рядом Несс, я плевал на все приличия разом, понимая, что могу опоздать. – Сколько я был без сознания?
Стоило вскочить на ноги, как меня повело. Но я оперся о спинку стула рядом, замирая на время, ожидая, пока перед глазами перестанет плыть.
– Куда ты собрался? Лекарь только накачал тебя зельями! Они ещё даже не успели подействовать! – сестра схватила меня за руку, пытаясь уложить обратно на кровать, но я покачал головой, перехватывая её руку за запястья.
– Сколько я был в отключке, Несс? – я посмотрел на девушку, с волнением ожидая ответа от неё.
– Час, может, больше… – неуверенно ответила она. – Что происходит?
– Астерия… – я замер, так как только сейчас понял, что больше не чувствую следилку. Совсем. И в этот раз в этом был виновен не Григор. Сейчас всё было иначе. Моё заклинание уничтожено полностью и связь разорвана. Астерия у Шедара! И как давно я не знаю. Как не знаю и того, что с ней! – Мне пора!
– Что с Асти? – кинулась ко мне Несс. – Она тоже была с тобой? Но её не нашли! – мне некогда было отвечать на её вопросы, потому что я сам не знал, что с ней. И не было даже секунды, чтобы уделить внимание Несс. Я поспешно оделся, моментально вылетая из комнаты. Но осознание того что я не знаю, куда бежать остановило меня в коридоре дворца. Я замер, тяжело дыша и собираясь с мыслями. Нужно успокоиться, взять себя в руки и настроиться на Астерию. Мы истинные. Между нами должна быть связь. Вроде об этом как-то раз говорил Тео. Именно он и Жози стали первой истинной парой в этом мире до того, как богиня устроила недавно глобальный сюрприз всем жителям.
Но сердце в груди выпрыгивало от страха за девушку и волнения, что я не успею. Что случится непоправимое! Даже магия давала сбой, словно выходя из-под моего контроля и норовя сорваться с пальцев, чтобы разнести всё вокруг, уняв моё нервозное состояние.
Что мне поможет сейчас почувствовать нашу связь? Что должно помочь? Витор, соберись! Сейчас же! Ты теряешь время, поддаваясь панике!
Я пытался настроиться, но впервые эмоции вышли из-под контроля, выводя меня из равновесия. И очередная попытка успокоиться лишь ещё больше нагнетала панику. Огромных усилий мне стоило взять себя в руки.
Я прикрыл глаза, вновь пытаясь почувствовать Астерию, слыша, как всё ещё бешено колотится моё сердце. Успокоился, да не совсем. Время уходило, а эффекта от моих действий не было. Присутствовало огромное желание разозлиться на себя за то, что втянул Асти в опасное дело, за то, что пошёл к Ронни, ещё тогда поддавшись эмоциям и что не почувствовал опасность перед взрывом и, мало того, вырубился на непозволительно длительное время. Да только это ничего не дало бы. Моя злость не поможет почувствовать её. Ту, что я полюбил за такой короткий промежуток времени, не желая сразу признаваться себе в этих трепетных чувствах. Возможно, если бы я их принял и признался девушке, то сейчас мог почувствовать нашу связь. А вместо этого я теряю время, сам не понимая, как найти свою истинную.
– У тебя есть вещь Астерии? – раздался сзади спасительный голос. Я резко обернулся, смотря на Лионеля. Сзади него переминалась с ноги на ногу перепуганная Несс, глаза которой были полны слёз.
Я заскрипел зубами, добавляя к своим ошибкам ещё одну. Довёл до слёз беременную сестру.
– Нет, – ответил я уверенно, правда, всё же пытаясь вспомнить, мог ли забрать у неё ещё в темнице что-то. Но на ум совершенно ничего не приходило. Пока я вдруг не почувствовал её. Карту. Она словно позвала меня, впервые выйдя на контакт. Когда Астерия рассказывала об этом, я отнёсся к данному факту со скепсисом. Сейчас же даже не удивился, принимая, как должное такое странное поведение магической вещицы.
Я распахнул пространственный карман и спустя мгновение вытащил карту. С ней творилось что-то странное. Она переливалась синим и зелёным цветом, то ярко вспыхивая, то затухая. Словно сигнализировала о чём-то. Но я не понимал её сигналов, пока она вдруг не заговорила.
– Активируй руну, наследник. Время пришло! Пора! Я твоя сила! Прими меня! Прими! Активируй руну, наследник! – голос шептал, обволакивая меня со всех сторон и словно незримый собеседник, оказываясь то справа, то слева. Он шептал, призывая действовать, уговаривая и упрашивая. И если поначалу его слова были еле слышны, то с каждой секундой голос становился громче, а смысл произнесённых фраз понятнее.
Наследник. Ошибка ли это или жестокая реальность? Об этом некогда было думать. Мне нужно было найти Астерию! И если для этого необходимо стать мирианцем, то я готов на это!
Глава 34
Астерия (Шарлотта Грегори)
В момент, когда открылся портал и лезвие клинка Шедара лишило меня крыльев, в сторону мирианца была выпущена огромная волна сырой магии. Было ощущение, что Витор впервые пользуется ей и, словно находясь в панике, шарахнул всем, что было. Шедар, как и я, не ожидал появления Витора и уж тем более молниеносной атаки, поэтому не успел даже банально уклониться, не то чтобы щит поставить. Мужчину снесло в конец узкого коридора, частично разрушив стены и сметя половину каменного пола.
В следующее мгновение меня резко подхватили на руки и знакомые глаза обеспокоенно вглядывались мне в лицо, пытаясь понять, насколько всё плохо.
Было трудно осознать произошедшее и уж тем более принять. Я находилась в прострации, вроде бы смотря на Витора, но не видя его. В ушах ещё стоял звук рассекаемого воздуха, когда лезвие резко опустилось, а перед глазами застыла картинка моих крыльев, которые я могу теперь лишь лелеять в воспоминаниях.
– Астерия! – родные руки обняли меня, принося частичку спокойствия и защиты. Но шок полностью завладел мною, не давая в полной мере отследить происходящее вокруг.
Но спустя несколько мгновений моё состояние резко изменилось. На смену шоку пришла боль. Не столько физическая, сколько душевная.
