- Если хочешь узнать, то мы можем прямо сейчас отправиться с тобою на звездолет, и там ты сам все решишь, а потом я привезу тебя сюда, обратно. Согласен?
В его ответе я не сомневался. Но он не моментально согласился, как я того ожидал, а сначала посмотрел на генерала, и только когда тот кивнул головой, сказал:
- Я согласен.
- Тогда пойдем.
- А мне не нужно собираться?
- Нет, на звездолете есть все необходимое.
Я поднялся. И одновременно со мной поднялся Яс. Мы пошли к выходу, а генерал молча проводил нас. Снаружи было уже почти полностью темно. Дул холодный сырой ветер, в потоках которого пролетали редкие снежинки, здесь уже тоже начиналась зима, несмотря на довольно низкие широты и астрономическое лето. Яс только поежился, тонкая одежда не защищала его от холода. Я взял мальчишку за плечо, он был меньше меня ростом больше чем на полголовы. И мы поспешили к катеру. Внешний люк шлюза я оставил открытым, и сейчас из него струился мягкий рассеянный свет, через который пролетали белые искорки снежинок. Я взялся рукою за трап, другою же указал на люк.
- Поднимайся, Яс, я за тобою.
В отличие от всех латян, которые уже побывали на катере, Яс всему восторженно удивлялся. Особенно поразила его рубка, а главное большой стереоголографический экран перед пультом, который создавал иллюзию "окна", а ни с чем подобным мальчишка естественно не встречался. Он был готов рассмотреть каждую деталь, каждый закуток, в самом, что ни на есть искреннем любопытстве. Но как только я ему сказал, чтобы он сел в кресло, он тут же выполнил это, без всякого нежелания.
- Взлетаем, - сказал я, поднимая катер с поверхности, - лететь будем недолго, пятнадцать минут.
- Сколько? Чего?
- Извиняюсь, чуть больше четырех частей по вашему счету. Если хочешь, можешь о чемнибудь меня спросить, это мне не помешает.
Яс сначала молчал, собираясь с мыслями. За это время мы уже поднялись над атмосферой, и вышли на траекторию перелета. Потом Яс, очевидно, выбрал вопрос и тут же его задал:
- Там, тогда, в коридоре, вы что-то говорили о пятнадцати годах.
Это был вообще-то не вопрос, но я всетаки подумал, что нужно на него ответить.
- Мне пятнадцать лет. Пятнадцать латянских лет, это мой возраст.
- Но как же так, мне и самому почти пятнадцать, а я всего лишь несовершеннолетний пацан. Значит у вас, на звездах, все по-другому?
- Многое по-другому, но что-то и так же, как и здесь. И у нас не бывает пятнадцатилетних капитанов звездолетов, по крайней мере, не бывало.
- Но как же вы?
- Ты же сам сказал, что мы ровесники. Зачем тогда это обращение на вы. Я Вик Стрельцов, волею обстоятельств ставший капитаном и оказавшийся на вашей планете, а вовсе не по своему желанию. Человек, который пришел со звезд и не может только по своей воле вернуться обратно. Но я обязан это сделать, так как связан самой тяжелой клятвой. Вот кто я такой. Ты удовлетворен ответом на свой вопрос?
Яс неуверенно кивнул и больше до самого конца полета вопросов мне не задавал. Но, когда на главном экране выросла громада звездолета, все-таки не сдержался:
- Ничего себе, такой огромный, как телевышка. И может летать от звезды к звезде, такая махина. А действительно, что этот корабль может уничтожить целый остров?
- В принципе и целую планетную систему, если суметь взорвать энергетическую установку.
- А на чем работает эта установка? Термосинтез? Или, может быть, аннигиляция?
- Нет, от такого примитива, как термосинтез, мы уже давно отказались. А с таким чудовищем, как аннигиляция, вообще старались не связываться, не очень-то хороший это процесс. Наши энергетические установки работают на более эффективном и безопасном топливе.
- Но что это за топливо?
- Ну, например, самые простейшие установки используют почти всю энергию покоя материи, не прибегая при этом к аннигиляции. Это так называемый преобразующий распад, в качестве топлива он может использовать абсолютно любое вещество. Ну а энергетическая установка этого звездолета еще более эффективна. В ней используется энергия распада пространства-времени. Весьма солидное и высококалорийное топливо, а самое главное легкодоступное. Конечно, я все упрощаю... Стоп, подъезжаем.
Рэй, даже не выходя со мною на связь, подхватил катер силовым полем и, только едва заметно качнув, втянул его в ангар. Когда мы вышли, Яс только удивленно смотрел по сторонам. Я же, обращаясь к микрофонам, сказал:
- Рэй, я не один.
- Уже успел это заметить, - гулко прозвучал в ангаре голос Рэя, от чего Яс заметно вздрогнул.
Я, уже успев освободиться от скафандра, приказал:
- Проверь нас на радиогрязь.
- Уже проверил. Твой новый спутник достаточно чистый, но вот сам ты, командир, попадешь внутрь только через спецдуш.
- Не удивляюсь, пришлось достаточно полазить. Может быть, хотя бы позовешь Рива.
- Рив спит. А то всю ночь ждал от тебя известий. К тому же, пока ты не избавишься от радиогрязи, я бы его все равно сюда не пустил.
- Пусть спит, не нужно его беспокоить.
- Если бы спал, как положено, а то, не раздеваясь, в рубке, в кресле, свернувшись втрое.
- Ну ладно, с ним я разберусь. А сейчас может быть, немного побеседуешь с нашим новым гостем.
- Не пойму, Вик, отчего к тебе так и липнут мальчишки?
- Наверно потому, что я сам еще не вполне взрослый.
- Вполне возможно, командир, но только отчасти. Можешь отправляться в душ, с гостем я побеседую, только сначала представь нас друг другу.
- С удовольствием. Рэй, это Яскьетьсь Ягъяэ, бывший вакец, ныне государственный воспитанник из Алька, можно просто Яс. Яс, это ЦНЛ-003, кибермозг звездолета И-247Л "Игла", или же просто Рэй, мой друг.
- Очень приятно, - пробормотал Яс.
- Яс, подожди меня минут двадцать. Тьфу ты, опять заговорился, частей пять-шесть.
Я, не торопясь, и тщательно помылся, зная, что Рэй сделает все как нужно. Он-то наверняка слышал мой разговор по правительственному каналу и сейчас вполне в курсе дел. Но когда я высушился, облачился в чистую одежду и вышел из душа, то обнаружил, что они ведут довольно милую беседу на весьма отвлеченную тему, точнее говоря, о морской навигации. Но мое появление тут же остановило эту беседу. Рэй только усмехнулся, очевидно, имея в виду, мою довольно взъерошенную прическу, и тут же открыл дверь, за которой нас ждала кабинка лифта. Я кивнул Ясу, и мы вошли в нее.
Лифт поднял нас до рубки. Там, в кресле, перед пультом связи, свернувшись калачиком, спал Рив. Я подошел к нему, положил руку на плечо, слегка потряс. Рив на это не прореагировал, а только промычал что-то нечленораздельное. Я только улыбнулся и слегка покачал головой. Потом аккуратно поднял его из кресла на руки и понес в каюту. Яс последовал за мною, и, казалось, что его ничто больше не интересует, кроме спящего Рива. Я уложил Рива на кровать, привычными движениями освободил от одежды. Рив даже не проснулся. Тогда я укрыл его одеялом и, погасив в каюте свет, вышел и закрыл дверь.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
