всхлипам в конце песни понял, что больше не один.
— Ты чего, — удивился, откладывая в сторону гитару и привлекая к себе хлюпающую носом девушку, короткая была одета в шелковое и весьма откровенное, короткое красное обтягивающее платье.
— Какая красивая песня, — вытерла она слезы и с восторгом посмотрела на меня. — это очень красивая музыка, Кенто. Как у тебя получается?
Ну то, что музыка все же не моя, что это получалось когда-то не у меня, говорить я не стал. Срок авторских прав уже точно по истечению времени закончился. Меня не отпустили, пока я не спел все три отобранные мной песни еще раз, после чего некоторое время восхищались моим талантом, пока я отправлял записи своим менеджерам Каору и Масаки. Кстати, те ответили на отправленные мной письма практически мгновенно, в основном смайлами, причем некоторые были весьма откровенными. Офигеть у них тут в Микси стикерпаки, конечно. От их изучения меня оторвала Юки.
— А почему ты еще не одет? — наконец вернулась в реальную жизнь японка.
— Да долго что ли… — я отправился к шкафу и, открыв его, выпал в осадок.
Надо же! Четыре классических костюма разных расцветок, штук шесть рубашек причем как и классических, так и джинсовых, несколько пиджаков под джинсы. Я уже не говорю по поводу двух лёгких курток ну и мелочи типа трусов, носков и прочего. Насколько я помню, когда мы улетали на турнир, гардероб был практически пустым. Интересно…
— Вот оно как, — протянул я. — Сколько я тебе должен?
Я прекрасно понимал, что одежда, купленная Юки, скорее всего была брендовой и недешевой. Такие вещи здесь были далеко не каждому по карману.
— Ничего ты мне не должен. Я сделала подарок своему любимому братику и жениху, — Юки многозначительно посмотрела на меня. — Но я сегодня после ужина к тебе зайду. Надеюсь, ты не против? Я соскучилась!
Быстро же она соскучилась, честно говоря, и дня не прошло. Но я разве против?
В данном случае подразумевался лишь один возможный ответ, который я и дал.
— Хорошо. — Довольно кивнула девушка. — Так что ты на меня тогда смотришь? Одевайся уже, нам пора!
Ну я, пожав плечами, начал переодеваться, но был сразу же остановлен своей невестой.
— Кенто, ты что делаешь? — удивленно посмотрела она на меня.
— Что? — не понял я, — обычный костюм. А что-то не так?
— Все не так, — отрезала девушка, — ужин же с друзьями, — пояснила она, — а не официальный банкет или прием.
— Так, я окончательно запутался, — признался ей, — как тогда мне надо одеваться на званый ужин с друзьями?
— Эх, всё тебе нужно объяснять, — рассмеялась девушка. — Званый ужин с друзьями предполагает свободную демократичную одежду. Без костюмов и вечерних платьев.
— Без вечерних платьев, значит? — саркастические заметил я, демонстративно осмотрев с ног до головы слегка зардевшуюся девушку, — а у тебя тогда какое платье?
— Что ни на есть самое повседневное, — заявила та, — надевай джинсы и рубашку, и все будет нормально.
Закончив разбираться со шмотками, мы вдвоем добрались зала, в котором проходил ужин — не та огромная парадная зала, в которой мы обычно принимали пищу вместе с дедом, а в незнакомом мне помещении с хрустальными люстрами и натертым до зеркального блеска полом, с декоративной штукатуркой на стенах, изображающей бесчисленные сакуры и фудзиямами. Кто бы б** сомневался.
Длинный, богато накрытый стол. В центре его сидел Икеру Каядзаки, места по правую по левую сторону от него были свободны. Насколько я понимаю, их для нас с Юки приготовили. Кроме деда, за столом присутствовали еще пятеро. Уже знакомый мне доктор, который по-прежнему вызвал у меня непонятное раздражение, мой тренер по магии Комадзу-сан, Секура-сан и еще один незнакомый мне японец средних лет, суровый мужик с каким-то квадратным лицом и тяжелым взглядом. Рядом с ним сидела очень красивая молодая девушка в легком платье с открытыми плечами. Она напоминала больше цыганку, чем японку. Гибкая фигура, жгучие черные волосы, черные глаза, смуглая кожа. Было в ней что-то дикое, необузданное и притягивающее. Угу, точно ужин с друзьями.
— Кенто, Юки, проходите, — заулыбался нам дед, — садитесь рядом со мной.
Когда мы сели за стол, он продолжил:
— Хочу представить вам всех. На самом деле сегодня я пригласил наших друзей, живущих на Куросаве. Перед вами верные слуги нашего рода.
Интересно, в слуги Токанава не попал… как и остальные мои учителя. Видимо, не заслужили. Да и вообще, на мой взгляд, какой-то странный выбор друзей — мало их как-то. Н Хотя назвать адмирала общительным было нельзя.
— Уважаемого доктора вы уже знаете, как и Комадзу-сан. Профессор Такира Мото, старый друг нашего рода и один из преподавателей Академии Земли, в которую вы будете поступать, и его дочь, которая одновременно является его ассистенткой в Академии, Мидзуки Мото.
Такира Мото кивнул мне. Дочь улыбнулась. А красивая все же, блин… Круто. Иметь своего человека-преподавателя в таком месте дорогого стоит. Видимо, мои эмоции так ярко отразились на лице, что дед рассмеялся. Заулыбались и остальные присутствующие, не исключая преподавателя.
— Не обижайся, внук, — отсмеявшись произнес дед, — извини за смех, но ты был настолько предсказуем… Правда, Такира-сан?
— Правда, — ответил тот, — то, что я друг твоего деда, никак не поможет тебе в Академии. Наоборот, спрос с тебя будет больше. Учеба есть учеба
— Токибава — младший тоже поступает в Академию, — заметил Комадзу, — и на самом деле финал турнира для них достижение. Не помню я, чтобы из их рода кто-то раньше проходил так далеко…
— И что? — слегка нахмурился Такира, — не факт, что он пройдет тесты.
Вот пройдет он их! Вспомнив урода, я нисколько не сомневался, что он поступит. Как бы то ни было, сильный муд…к.
— Повезло им, что тут скажешь, — проворчал дед. — Теперь будет везде тыкать статусом финалиста. Юки, дай команду нашему отделу по связям с общественностью, пусть тоже начинает раскручивать моего внука. Выигрыш турнира и тому подобное.
— Уже, дедушка. Токибава в любом случае вечно вторые… прямо готовый слоган.
— Вот молодец, — улыбнулся тот, — нисколько в тебе не сомневался. Так что давайте выпьем за все нынешние неудачи их рода и те, что обязательно случатся в будущем.
— А с чего у нас такая вражда? — тихо поинтересовался я у адмирала, когда народ после тоста стал усиленно закусывать, — в чем причина?
— Долгая история, Кенто, — вздохнул дед. — Вражда тянется уже пять веков… пусть тебе лучше Юки расскажет.
— Нет, дедушка, давай ты, — попросила моя невеста. — У тебя лучше получится.
— Давай-ка все же ты, Юки, помню, данная история тебя очень интересовала, — отмазался патриарх, так что дальше я выслушал небольшую легенду из уст своей невесты, а дед вернулся к поглощению риса с рыбой.
— Все очень печально, — шепотом начала девушка. — Пять веков назад произошла одна очень неприятная история. Тогда роды Токибава и Каядзаки
