– Ты чего, Пестушка? – послышался голос Лукаши, который проявился из воздуха. Он сидел рядом с Пестом и болтал ножками, обутыми в лапти из бересты.
– Надоело все!.. Мочи нет!.. Домой хочу… В груди словно кол воткнули, а вытащить забыли…
– Ну, будет тебе! Последний раз натужиться надо, и можно домой воротаться до урожая! – напомнил бывший домовенок парню, тыкая его в бок маленьким локотком.
– Нет мочи на люд гнилой глядеть, нет и все тут, – заголосил Пест, вытирая рукавом слезы. – Ни правды за ними, ни веры. Как собаки голодные, все кусок урвать хотят, а где брать нечего, так позабавиться. Как же жить так можно…
– В том, что случилось, ты сам виноват. Нечего было люд местный в сердце пускать. – Лукаша снял соломенную шляпу и причесал ладонью лохмы. – Да и люд тут разный. Гнилья больше там, где люд побогаче. Смех смехом, а в порту, где каждый второй смертью пачканный, люд-то почище будет. Правды там больше…
– А ты откуда знаешь о том, что случилось?
– Черт приходил к домику моему. Два камня заряженных принес, чтобы я к тебе пришел, – пожав плечами, ответил Лукаша. – Ты нос-то не вешай и спать ложись. Утро вечера мудренее. А чтобы тебе спалось лучше… – Лукаша поднял голову и взглянул в лицо Песта. – Ты, Пест, добрые слова говоришь, перед тем как ворожить начинаешь что-то сложное… как там? «Во главе предок…»
– Над главою Долг и Предок… – Пест вздохнул и утер слезы рукавом. Выпрямился и встал с подоконника. – Глава – село мое. Род мой – шея, а в груди моей – дело мое бьётся. Дело мое – ворожба…
– По правде слова, Пестушка. – Кивнул ему Лукаша. – Спать ложись да не думай не о чем. Сладится все…
– Знаешь, чем пахнет свет, Лукаша? – не оборачиваясь к духу, спросил Пест. – Периной пахнет. А жизнь – медом черемушным… Не чуял я от нее ни перины, ни меда…
Экзамен
«Зело хорошо помни запах этот! Так жизнь и свет пахнет. Ежели совсем туго станет, ты этот запах вспоминай…»
Акилура
Глаза Песта раскрылись и уставились в струганые доски потолка. Он лежал так несколько секунд и слегка улыбался. Потянувшись в кровати, рывком поднялся.
– Черт! – громко позвал Пест. Тот тут же проявился из воздуха скалясь всей пастью.
– Выплакал все слезы?
– От меня ни на шаг, на экзамен идем, – не обратив внимания на слова демона, заявил парень.
– Удумал чего? – удивленно спросил черт. Пест остановился, вроде как задумавшись.
– Нет. Ничего пока не удумал. Сон приснился хороший…
– Что за сон?
– Не помню.
– Чего тогда решил, что хороший?
– Сон пах, – задумавшись, ответил Пест. – Медом и периной тот сон пах…
Черт продолжал задавать кучу вопросов, но Пест его не слушал. Он быстро умял оставшиеся сухари, запил остатками простокваши и, накинув мантию, вышел из комнаты.
Спорым шагом он шел по улицам и невпопад отвечал на кивки и пожелания здоровья.
– Здравствуй, – пробасил ему мужик с мешком на плече. У него на лице было пятно розовой, еще не успевшей огрубеть, кожи. Сам мужик таскал мешки из телеги к дверям какой-то лавки.
– Угу. – Кивнул Пест, даже не подняв на мужика взгляда. Тот в ответ ухмыльнулся и продолжил свой путь с мешком от телеги, сгрузив мешок у дверей. – Черт! Три слова?
– Дух, место и стихия, – буркнул черт, лавируя между ногами встречных прохожих.
Пест и не задумывался о том, что его знают чуть ли не треть города. Та треть, что не могла позволить себе лечения у магов-целителей. Та треть, которая находилась за гранью, отделяющей зажиточных горожан от «простолюдинов, ворья и отребья, которых палкой из города гнать надо!».
– Место… – задумчиво произнес Пест, продолжая идти по улицам в сторону Академии магии. – Экзамен Ратмир примет в тренировочной комнате… Это будет первое слово.
– Доброго утра! – поприветствовала его девушка в сером платье. Девушка вышагивала ровной походкой, словно плыла. По ней и не скажешь, что еще несколько дней назад ее называли Хромая Марта. Пест даже не обратил на нее внимания. Он продолжал беседу, словно сам с собой.
– Дух… дух в той комнате не один, но один только себя осознал… – Пест прошел мимо нескольких мальчуганов, лет шести-семи на вид. Те, как только увидели его, тут же начали суетиться. Спустя несколько секунд они увязались за ним, начав канючить: «Серебрушка, покажи магию!» Пест не сразу их расслышал. Когда понял, что обращаются к нему, он остановился и уставился на детишек. – Черт!..
Черт тут же проявился лицом к мальчишкам и, стараясь изобразить самую жуткую морду, клацнул зубами. Ребятня тут же разбежалась в разные стороны.
– Стихия… Стихия Нргала – песок… – Пест задумчиво смотрел в спины убегающих мальчишек, бормоча сам себе под нос. – В тренировочной комнате песок до того силой пачкан, что через него и Нргала не видать… А значит… это значит…
На губах Песта растянулась улыбка. Он резко развернулся и бегом побежал в сторону академии.
То же утро. Личные апартаменты профессора и декана факультета артефакторики
Профессор стоял перед обычным зеркалом и рассматривал собственное изображение. Красные глаза, растрепанные волосы и жутко уставшее выражение лица.
– Я знаю, что делать! – хриплым голосом сообщил он.
– Ну, и что ты придумал? – спросило его отражение в зеркале, стоявшем в стороне. – Мы с тобой почти все варианты перебрали.
– Если не получается решить задачу самому, то стоит спросить того, кто эти задачи решает постоянно, – задумчиво потирая бороду, произнес Дакрит.
– Это плохая идея! – сообщило отражение в зеркале. Оно обеспокоенно смотрело на настоящего профессора. Отложив перо, оно захлопнуло книгу. – Нет, в принципе привлечь как консультанта…
– Я пойду в ученики… – бросил Дакрит и полез в небольшую тумбу, стоявшую рядом с зеркалом.
– Что-о-о??? – удивленно спросило отражение.
– Я пойду в ученики к ведуну! – уже громче сообщил старичок. Он достал из тумбы короткий, узкий клинок и взялся за свою бороду одной рукой. – Для начала я собираюсь сдержать слово…
– Ты сошел с ума!
– Нет. Я лишь хочу понять, в чем же тут дело… – Профессор натянул первый пучок волос и провел по нему лезвием.
– Это безумие! Ты не понимаешь, что творишь! – Отражение пару раз стукнуло в зеркало с обратной стороны.
– Легенды… легенды артефактов, которые были разумны. Которые могли узнать, улыбнуться или пошутить! – Дакрит отрезал бороду пучок за пучком. – И это все… Это все возможно, если ты можешь договориться с духом. Ты хоть представляешь возможности таких артефактов? Ты даже понятия не имеешь, что это значит! Твоя псевдоразумная структура даже не может представить, что это значит!.. Но это все тлен.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
