эффективным преследованием пиратов различными ВМС западных и незападных держав, которые на данный момент изгнали пиратов из морских вод. Исчезнут ли они навсегда, по крайней мере в прежнем качестве, на данный момент неизвестно: если обещанное укрепление потенциала не состоится и если военные суда иностранных держав, по сей день патрулирующие воды Сомали, будут отозваны, тогда, разбой, несомненно, возобновится. Две пиратские атаки, о которых сообщалось в 2017 году (оба судна взяты на абордаж пиратами, но возвращены), и две в 2018 году (обе неудачные) не сулят ничего хорошего{488}.
В других регионах, особенно в Южно-Китайском море, Малаккском проливе и Гвинейском заливе, пираты по-прежнему неугомонны. Хотя в целом рекомендации центра морской безопасности, предназначенные для стран Африканского Рога, применимы и к этим горячим точкам, некоторые моменты необходимо адаптировать к местным условиям. Например, предлагаемые активные меры противодействия на борту, особенно те, что подразумевают участие вооруженной охраны, нужно рассматривать исходя из того, что многим нигерийским пиратским бандам ничего не стоит ввязаться в продолжительную перестрелку. Следует также отметить, что для любой международной армады не может быть и речи о нападении на прибрежные цели или даже о патрулировании в суверенных водах Нигерии; такой порядок действий был возможен только в Сомали, так как с этой целью временное правительство страны предоставило субъектам международных отношений доступ на суверенную территорию Сомали. Нигерия же, по крайней мере сейчас, отказывается это делать. Следовательно, в Гвинейском заливе необходимо локальное решение, которое задействует возможности всех местных прибрежных государств для формирования эффективного регионального режима борьбы с пиратством.
На востоке программу региональных антипиратских операций где бы то ни было, особенно в Гвинейском заливе, предложила Международная морская организация. Наряду с общим Соглашением о региональном сотрудничестве по борьбе с пиратством и вооруженным разбоем против судов в Азии (ReCAAP){489}, которое заключили двадцать государств Юго-Восточной и Восточной Азии, военные корабли Малайзии, Сингапура, Таиланда и Индонезии осуществляли довольно эффективное антипиратское патрулирование Малаккского пролива. Безусловно, важным шагом стал Джибутийский кодекс поведения, принятый 29 января 2009 года Эфиопией, Джибути, Кенией, Мадагаскаром, Мальдивами, Сейшельскими Островами, Сомали, Объединенной Республикой Танзания и Йеменом{490}. В соответствии с кодексом перечисленные страны уполномочены сотрудничать в расследовании, аресте и судебном преследовании пиратов, в том числе лиц, содействующих совершению подобных деяний (например, путем финансирования пиратских операций); останавливать и обыскивать, а при необходимости и изымать подозрительные пиратские суда; освобождать корабли и отдельных лиц, которые подверглись нападению пиратов; проводить совместные операции, включая операции с участием военных судов внерегиональных держав; наконец, обмениваться разведывательными данными, касающимися пиратства{491}. Но, как и в случае с «региональной программой ЕС развития морского потенциала», оказалось, что подписать документ — это одно дело, а попытаться воплотить в жизнь его положения — совсем другое. В настоящий момент непохоже, чтобы эти высокие цели и задачи были достигнуты или хотя бы немного меньше бесчинств стали устраивать нигерийские пиратские банды, которые продолжают нападать на суда и даже на морские нефтяные платформы, когда им только заблагорассудится.
Иллюстрации
7. Эта гравюра живо изображает внезапный набег викингов на не ожидающее нападения побережье Ла-Манша во времена норвежского короля Олафа Трюггвасона в конце X века. Такие рейды обычно происходили внезапно и не оставляли времени на то, чтобы организовать оборону или хотя бы сбежать
8. На иллюстрации XIX века мы видим внезапный налет отряда викингов на прибрежный английский город. Подобные сцены нередко могли наблюдать жители незащищенных берегов Британии, а позднее и Европейского континента
9. Король викингов Олаф Гутфритссон входит с большим флотом в залив Хамбер весной 937 года, незадолго до битвы при Брунанбурге. В этой битве викинги и их союзники-шотландцы были разбиты войсками короля Англии Этельстана. Обе стороны понесли тяжелые потери
10. В ноябре 885 года войско викингов обрушилось на Париж. Несравнимо меньшее ополчение горожан под предводительством графа Эда храбро защищало свой город, несмотря на то что викинги использовали тяжелые осадные орудия. Окончательно викинги сняли осаду только в октябре 886 года. На этой иллюстрации Невилля граф Эд пробивается к Парижу, получив от императора Карла Толстого приказ прийти на помощь городу
11. Известный приватир и пират Монах Юстас сначала, в 1204–1213 годах, сражался за английского короля Иоанна, а затем — за короля Франции Филиппа II. Он встретил свою судьбу 24 августа 1217 года в битве при Сэндвиче, когда английские моряки сумели взять на абордаж его корабль и убить его самого. Его голову насадили на пику и пронесли по улицам Сэндвича
12. В 1671 году большой отряд буканьеров под предводительством Генри Моргана разграбил город Панаму. Благодаря отчаянному сопротивлению испанского ополчения большинство жителей сумели сбежать, прежде чем приватиры вошли в город. Кроме того, к досаде буканьеров, они смогли забрать с собой большую часть потенциальной добычи в виде золота и серебра
13. В центре этой картины Корнелиса Класа ван Вирингена — нападение хорошо вооруженного английского приватира на голландский флибот (флейт). На заднем плане на спасение флейта спешит французский военный корабль. Именно флиботам, хотя и гораздо лучше вооруженным, отдавал предпочтение корсар Джон Уорд — благодаря их устойчивости и безобидной внешности
14. До разгрома варварийских пиратов в XIX веке морские бои с ними случались нередко. На этой картине британский военный корабль, вероятно, 46-пушечный HMS Kingfisher, отбивается от семи кораблей алжирских корсаров во время стычки 22 мая 1681 года. Капитан судна, двадцатиоднолетний Морган Кемпторн, был одним из восьми английских моряков, погибших в битве
15. Угроза, исходящая от алжирских пиратов, как и от других корсаров Варварийского берега, сошла на нет, только когда Франция оккупировала берберские государства. На этой картине Леона Мореля-Фатио 47-пушечный военный корабль La Provence, флагман вице-адмирала Ги Виктора Дюппере, дает бортовой залп по порту Алжира в начале вторжения 3 июля 1830 года
16. Малайские пираты, включая морских даяков, иранунов и балангинги, использовали против крупных судов тактику пчелиного роя, обрушиваясь на жертву десятками кораблей. После меткого обстрела, выводившего жертву из строя, сотни пиратов взбирались на борт, безжалостно убивая всех, кто оказывал сопротивление. Немногочисленных выживших либо обменивали за выкуп, либо продавали на местных невольничьих рынках
17. После обмена бортовыми залпами морской бой обычно заканчивался ожесточенной рукопашной схваткой. Здесь британские моряки берут на абордаж и захватывают корабль алжирских корсаров, несмотря на отчаянное сопротивление команды
