каналом. Девушка в Москве…
Секунду он молча смотрел на затылок Тимофея, не веря услышанному. Не понимая, что за хрень вокруг происходит. Зачем? Какого черта она сорвалась в Россию? Ей только-только вставать разрешили. Что за черт?!
— А мать? Где была эта кукушка? — провел по лицу ладонью, вдохнул шумно. — Ладно. Неважно уже. Спасибо, что сообщил.
Перехватив вопросительный взгляд Чернова, передал ему слова детектива.
— Найди ее, Тим. Как бы делов не наворотила. Итак уже тошно от всего этого.
Полковник кивнул и тут же передал указания по рации.
Марина…
Потерпи, милая. Я близко… очень близко.
Глава 29
Марина
Я проводила Германа долгим взглядом, дождалась, когда он скроется в минимаркете и, толкнув дверь, выскочила из машины, ничего не видя вокруг себя, слыша только отчаянный стук собственного сердца.
Мне надо как можно скорее уйти отсюда. К людям. Подальше от предателя и похитителя.
Кровь бешено застучала в висках, горло все еще саднило от дыма.
Я не успела сделать и нескольких шагов, как меня схватили за руку и резко потянули назад.
Герман.
Мне и оборачиваться не следовало, чтобы почувствовать его присутствие. Запах гари вперемешку с ароматом мужского парфюма обрушился на меня невидимым облаком, оглушая, заполняя легкие и вызывая тошноту.
Желудок скрутило, и я почувствовала во рту неприятную горечь. Меня сейчас вырвет.
— Марина, не делай, — он не кричал. В его голосе не было угрозы. Только стальная уверенность. Жесткая и приглушенная. Его голос вибрировал, грудь тяжело вздымалась.
Я не вырывалась. Против него, огромного накаченного великана, у меня не было никаких шансов. Только раз оглянулась по сторонам в надежде, что кто-то увидит нас и вмешается. Никого.
Заправка была пустой, только в магазине мелькал размытый силуэт кассира.
— Идем в машину. Пожалуйста, Марин, не заставляй меня применять силу.
Прошептал он, обдавая меня горячим дыханием, удерживая одной рукой за плечо, во второй сжимал маленькую бутылку воды.
Я невольно поморщилась, но все же позволила усадить себя в салон старенького седана.
Герман торопливо обогнул его и сел за руль. Протянул мне воду, за что получил от меня удар по каменной руке.
— Ты же понимаешь, что Артем тебе этого не простит? Думаешь, они не поймут, кто меня похитил? Не найдут нас? Мой муж наверняка уже ищет меня!
— А кто тебе сказал, что я не хочу этого? — усмехнулся мужчина и, не обращая внимания на мое сопротивление, сунул мне в руки бутылку. — Попей. Поможет справиться с тошнотой.
— За что ты так со мной? Я ведь ничего плохого тебе не сделала, — почувствовала, как к глазам подступили слезы и прикусила язык в отчаянии. Я не стану плакать! Не доставлю ему такого удовольствия. — И Артем был добр к тебе. Он доверял тебе!
Повернувшись, встретилась с ним глазами.
Секунду я вглядывалась в лицо мужчины, пытаясь прочитать его мысли, хоть отдаленно понять, о чем он думает и чего добивается. Но так ничего и не нашла. Он так же искусно прятал свои эмоции, как Тимофей и любой из его подчиненных. Тупой запрограммированный робот. Ничего человеческого.
И чем дольше я на него смотрела, тем страннее становилось на душе.
Неожиданно для себя я заметила, что Герман намного моложе, чем казался мне раньше. Сейчас я бы не дала ему и тридцати. Настолько юным и гладким казалось его лицо. И только легкая седина в волосах вгоняла в ступор, создавая странный контраст в его внешности.
В темных глазах — ураган, тонкие губы сжаты в тонкую полоску, а на скулах бешено дергаются желваки, выдавая внутреннюю борьбу.
Неужели мне удалось достучаться до его совести?
— У меня нет другого выхода, — ответил на мой вопрос, как если бы я произнесла его в слух. Отвернулся и уставился в окно. — Мне нужно доставить тебя к НЕМУ. Но я клянусь, с тобой ничего не случится. Гордеев не тронет тебя. Я не позволю!
— Тогда почему ты везешь меня к нему?! — я не выдержала и сорвалась на крик.
Стоило представить, что меня ждет, как паника подкатила к горлу и сдавила его колючей проволокой. Слезы хлынули из глаз, их уже ничто не могло остановить. У меня началась самая настоящая истерика.
— Ты ведь знаешь, что он со мной сделает! Знаешь и все равно это делаешь. Почему?! Лучше убей сейчас, потому что там меня ждет именно смерть!
Тяжело дыша, колотя его по каменной груди, я смотрела, как смуглая смуглая кожа Германа становится белой. Как демоны пляшут в его глазах, как добро сражается со злом. А мне хочется орать до безумия, до хрипоты.
Но ему плевать. И его наглый взгляд говорит сам за себя. Он не отпустит. Не сжалится надо мной. Таким, как Герман, жалость незнакома.
— Успокойся! Услышь же меня!
Голос предателя прорвался сквозь пелену ужаса и отчаяния.
Слабость охватила все мое тело. И я замолчала. Слабая надежда забрезжила где-то во мне, кольнула в сердце и заставила заглянуть ему в глаза.
— Я не отдам тебя ему! Никому не отдам. Но мне нужно, чтобы ты помогла мне, подыграла. Понимаешь?
Отрицательно мотнула головой.
— Просто доверься мне, ладно? Помоги довести это дело до конца.
Несколько секунд мы оба молчали.
Я видела в его взгляде сомнения. А он считывал мое неверие.
Наконец, Герман не выдержал. Устало прикрыл веки и отпустил мои плечи.
— У него моя сестра, — очень тихо, чужим незнакомым голосом. — И ей плохо… Если я не привезу ему тебя, она погибнет… Помоги мне спасти ее. Умоляю…
Марина
— Мою сестру насильно выдали за него. Она бы никогда не пошла такое добровольно! — в каждом его слове сквозила неприкрытая ненависть. Жестокое почти животное отчаяние и желание спасти родного человека.
Я смотрела на Германа и не узнавала его.
Оказывается, мы вообще ничего о нем не знали!
Человек, которого приставили ко мне в качестве личного телохранителя все это время работал на Гордеева. Само его появление в нашем доме, напуская преданность — все с самого начала было игрой. У него была четкая цель — втереться в доверие и в подходящий момент нанести удар в спину…
Страшная догадка вспыхнула ярким светом и полоснула по живому, раздирая грудину и причиняя жуткую боль.
— Тот вечер, — не узнала собственный голос, — ты знал, что Гордеев будет там! Меня ведь должны были забрать уже тогда… Почему не похитили? Что изменилось?
Мрачная тень опустилась на лицо моего тюремщика, густые темные брови сошлись на переносице, выдавая напряжение и…
