притом классная. Мне Оксана очень нравится. Как она восприняла эту информацию, кстати?
– Ну, тоже охренела, как я. Как это ещё можно воспринять? – не до конца понял вопрос Ярослав.
– Ну, не знаю. Обрадоваться, например. Она ведь выросла совсем без отца, как я поняла. Даже не знает его. А тут брат, – Света сказала слово «брат» благоговейно. Как и многие девочки она мечтала о брате, только так его и не получила. Хотя… у неё был Славик, а он куда лучше гипотетического брата, который отбирал бы её игрушки, ломал кукол, дразнил в детстве.
– Фиг знает. Я вот о сестре как–то не мечтал, – не скрывал скепсиса в голосе мужчина.
– Ну, ты не сравнивай! Я вот мечтала. И многие мои подруги тоже. Мне повезло больше всех – у меня есть ты, – довольно сказала Светка и на секунду прижалась к дорогому её сердцу человеку.
– Иди сюда.
Ярослав усадил девушку к себе на колени, обнял и зарылся носом в её влажные и неприятно холодные сейчас волосы. Она привычно обхватила его руками, довольно прикрыла глаза, но через минуту замерла в его объятиях, спросила с тревогой в голосе:
– Славик, но ты же меня всё равно будешь любить сильнее, чем её?
И он застыл, ровно так же обеспокоенно, что и она. Он много общался с девушками, женщинами, разных характеров и темпераментов, и всегда знал, что сказать в нужный момент и как это сделать. Интонации, тембр голоса, фразы – всё давно было отработано.
Но в данном случае заготовленные шаблоны не работали. И врать было категорически запрещено.
– Свет, я пока не знаю, как мы станем общаться дальше с Оксаной. Конечно, раз она моя сестра, я её не брошу и буду присматривать. И не думаю, что у меня будут причины не полюбить её, она ведь хорошая девочка. Блин! И сестра! Я тупо не могу привыкнуть к этой мысли! А ты, ты – моя лучшая подруга, мой друг, соратник, блин. Не знаю, как сказать. Ты уже давно как часть меня. Конечно, я всегда буду тебя любить! Короче, не тупи! – раздражённо закончил он.
– Легко тебе говорить, – пробубнила обиженно Света. – Будешь любить, но её сильнее. Вы с ней очень быстро сошлись, ты ей доверяешь, я ведь вижу.
– Свет, ну что за претензии? Ты спокойно относилась ко всем моим девушкам, а как появилась сестра, так сразу ревность и обидки, – предъявил Ярослав.
– Так ты не сравнивай! – завелась подруга и даже выпрямилась в его руках, отстранилась, чтобы заглянуть в глаза. В кромешной темноте многое разглядеть не удавалось, но почему–то так было легче выговаривать. – То были разовые девицы! Ты их по умолчанию не мог любить больше, чем меня. Когда появилась Оксана, и я подумала, что у вас всё серьёзно, тоже на моё место никто не претендовал!
– Так, стоп. Помолчи. Просто помолчи сейчас, – он и сам умолк, чтобы успокоиться и объяснить всё непонятливой подруге. – Светик, не заводись, пожалуйста. Я в любом случае тебя обожаю больше всех, поняла? Света, приём? Поняла меня?
– Да поняла, поняла, – огрызнулась недовольная подруга.
– Не злись. Вы ведь с Оксаной тоже быстро нашли общий язык, я даже думал, вы станете лучшими подругами. В чём проблема? Общайтесь дальше. А мы с тобой будем общаться как это всегда было.
– Извини меня, – Света обняла друга, прижалась крепко–крепко, выражая весь свой страх его потерять. – Я не права. Меня немного перемкнуло.
– Да уж. Я‑то думал, ты меня сегодня будешь успокаивать, а вон оно как вышло, – хмыкнул Яр. – Домой поедем или сходим в кафешку, поедим?
– Домой. Я тебе зря, что ли, там готовила? Завтра уже не так вкусно будет, – Света прижалась посильнее к другу и спросила: – Отнесёшь меня в машину?
– Лентяйка, – добродушно хохотнул он и подхватил девушку на руки. – Так и скажи: «Славочка, пообнимай меня ещё немножечко, я тут перенервничала, что ты меня променяешь на противную Оксанку и забудешь на веки вечные», – кривлялся Яр.
– Славочка, пообнимай меня ещё немножечко, а то мне так холодно, что аж зубки стучат, – перефразировала Света его тираду. – А Оксана хорошая. Я действительно тут что–то комплексами поросла с ног до головы.
– Совершенно без причины, притом, – заметил Ярослав, но к его словам подруга не прислушалась, однако спорить не стала.
Домой приехали уже заполночь, ополоснулись, поели, только вот легли спать не как обычно, обнявшись, а раздельно.
Светка держалась из последних сил, чтобы не сдавить в объятиях, не прижаться–приклеиться. Была уверена – не хватит душевных сил, если он будет хоть на сантиметр ближе. Сорвётся. Разговор на пляже всколыхнул все страхи, все сомнения, и теперь она не могла уснуть, раз за разом прокручивая одни и те же печальные мысли.
Ярослав же, напротив, был полон оптимизма. Сцена у дома, когда он застал Оксану в слезах из–за самого минимального проявления мужской заботы, сказала ему многое. Она мечтала не о брате, об отце. Но отца у неё нет, так же, как и у него, а брат есть, и он рядом.
«И всегда буду рядом! И не позволю каким–то ушлёпкам обижать мою девочку!» – с мягкой улыбкой мечтал он.
Его потребность заботиться и оберегать всегда находила выход. Раньше это был Димка, сын маминой подруги. Потом появился Сева, гениальный мальчик, который знаниями интересовался куда больше, чем спортом или девочками, по крайней мере, до поры до времени. Светка, которую нужно было защищать от толп озабоченных поклонников в старших классах.
Парни выросли, возмужали, научились завлекать и соблазнять девчонок по его методике и в помощи больше не нуждались. Света, взрослая, умная и самостоятельная барышня, давным–давно не позволяла ему командовать своей жизнью.
«Хотя совместное проживание даёт свои плоды. Она стала вся такая мягонькая, женственная, ласковая», – думал Ярослав.
Шторы они так и не повесили, поэтому в спальню проникал свет от прожекторов на крыше дома и видимость была вполне приличная. Света сперва жаловалась на освещение, затем привыкла, а ему и вовсе было всё равно, в каких условиях спать, бессонницей никогда не страдал.
И сейчас он повернулся, оглядел фигурку спящей рядом подруги. Она дышала глубоко и размеренно, но ресницы чуть дрожали. Падающие из–за окна косые полоски тёплого жёлтого цвета вероломно подсвечивали её лицо.
– Ты чего не спишь? – спросил Ярослав.
– Я сплю, – ответила она, на размыкая глаз.
– Притворяешься, я же вижу, – настаивал он.
– Не могу уснуть, – призналась Света, садясь на постели. – Я понимаю, что это глупо, недостойно и вообще, но меня ужасно пугает, что ты отдалишься.
– Свет, ну ты
