Западные разведывательные службы были действительно застигнуты терактами врасплох. Несмотря на то что средства электронной разведки давали им основания для предположений, у них не было фактов, не было конкретных данных. Тут следует напомнить, что на Западе существуют лишь две спецслужбы, спокойно работающие почти также эффективно, как в прежние годы, — израильский МОССАД и британская разведка. Эффективность американской, канадской, немецкой и отчасти французской спецслужб уже многие годы ограничена контролирующими органами. В Германии еще не рассеялся дым от пороха после терактов РАФ, как партии бундестага потребовали тотального контроля над разведывательными службами и добились его в значительной степени после принятия соответствующих законов. Дошло до того, что «политическое руководство» стало требовать от спецслужб письменного перечня всех спецопераций с указанием подлинных имен засекреченных сотрудников. Это была первая попытка демонтажа спецслужб в Германии со времен создания БНД, Федерального ведомства по охране конституции и МАД.
После сказанного понятно, почему при таком раскладе спецслужбы стали чрезвычайно осторожны и не делают многого из того, что могли бы делать, недостаточно внимания уделяют человеческому фактору при получении разведывательной информации из–за угрозы ее источникам. Успехи, достигнутые в Германии после окончания Второй мировой войны первым руководителем БНД генералом Геленом, становились все реже по мере того, как политики вмешивались в сферу деятельности разведывательных служб. После того как бундестаг, исходя из политических соображений, начал еще и назначать на должности руководителей БНД непрофессионалов, неудивительно, что один вновь назначенный президент при вступлении в должность сообщил своему коллеге из МАД, что, следуя новым указаниям о сотрудничестве разведывательных служб, в будущем они не смогут так же тесно сотрудничать, как ранее. Так оно и случилось.
Никто не захочет признавать, что эффективность немецких спецслужб в последние годы снизилась и что в этом следует искать причину того, что система предупреждения не функционирует. Однако специалисту в этой области баланс успеха последних лет покажется довольно скудным. Если задуматься о том, как можно было бы реагировать на теракты, то следует обратить внимание на то, что необходимо повысить эффективность наших спецслужб, причем незамедлительно. На пожаре все должны заниматься его тушением, а не задавать вопросы о полномочиях. Пример тому подал Хельмут Шмидт во время наводнения в Гамбурге.
Борьба со шпионажем и терроризмом
Очевидно, и в дальнейшем придется учитывать, что, несмотря на отсутствие напряженности в отношениях Востока и Запада, в этом мире всегда будут возникать конфликты между группами государств или государствами. К ним добавляется в настоящее время опасность терроризма, которую нельзя недооценивать. Она затрагивает все страны. Она уже нанесла удары в Америке, Азии и Европе. Террористические акты возможны в любое время и в любом месте на земном шаре. Речь на самом деле больше не идет о конфликте между Востоком и Западом, но Клаус Кинкель в своем слове по случаю вступления в должность президента БНД был прав лишь отчасти.
По этой причине, как и прежде, требуются превентивные средства и меры в целях предотвращения или ограничения будущих конфликтов. По–прежнему требуется научно обоснованное изучение процессов социального, экономического и политического развития, которые могут привести к крупным, а также мелким террористическим актам. Без научно обоснованных знаний о противнике меры противодействия будут оставаться эпизодическими или могут быть приняты слишком поздно.
Для борьбы с терроризмом сегодня необходима систематическая и свободная от идеологии научная работа союзных государств. Здесь между Востоком и Западом уже не может быть железного занавеса. И здесь спецслужбы могут извлечь урок из опыта «холодной войны». В то время часто удавалось отвести удар от отдельной страны, поскольку контрразведка оказывалась в состоянии разоблачить определенных лиц и обнаружить их явки. Это можно показать на примере некоторых спецопераций и в нашей стране. Нужно лишь исследовать успешно проведенные операции нашей контрразведки незадолго до окончания «холодной войны».
Вот одна из многочисленных таких спецопераций. В 1970–х и 1980–х годах некоторые случаи шпионажа стали известны широкой общественности: помимо дела Гийома, которое привело к отстранению от власти Вилли Брандта, это было в первую очередь дело Лутце, получившее широкую огласку. Раскрытие этой шпионской операции стало хорошим примером успешной разведывательной работы МАД. В данном случае превентивные средства персональной проверки, проводимой при назначении на должность, требующей гарантий благонадежности, не могли дать результатов, поскольку при приеме обоих лиц на службу в бундесвер не имелось никаких данных, препятствующих такому назначению. МАД была вынуждена исходить из того, что Рената Лутце при ее назначении на должность не имела намерения вести шпионскую деятельность. Лишь после того, как она намного позже познакомилась со своим будущим мужем, который уже успел поступить на службу восточногерманской разведки, оба предложили свои услуги спецслужбе противника в Восточном Берлине. Результаты проверки благонадежности уже были при этом у них на руках. Этот случай является особо ярким примером, поскольку госпожа Лутце успела получить должность секретаря начальника одного из отделов в министерстве в Бонне.
Однажды МАД получила сведения из министерства, которые дали основания исполнителям проверить послужной список супругов и изучить их образ жизни.
В ходе проверки мои сотрудники установили, что для роскошного образа жизни, наличия собственного дома и дорогих автомобилей, а также поездок в Лондон отсутствовали какие–либо правдоподобные объяснения. Сам по себе факт наличия собственности на дома и земельные участки или дорогие автомобили сегодня не является в боннском обществе изобилия чем–то из ряда вон выходящим. Там встречаются вещи и более необычные. Но тем не менее! Делу был дан ход. В конце концов, в приемной начальника отдела должна была нести службу женщина, полностью соответствующая критериям неподкупности, конфиденциальности и благонадежности. Однако госпожа Лутце в ходе проверки вызвала подозрения.
Начальники госпожи Лутце не могли предполагать, что долгое время имели дело со шпионкой, которая очень прилежно отправляла свои доклады в Восточный Берлин. Когда в конечном счете факт государственной измены раскрыли, упомянутые начальники были очень неприятно удивлены и в ходе неприятных расследований им пришлось отвечать на столь же неудобные вопросы, которые касались в том числе и их собственного поведения.
В ходе расследований, предпринятых МАД, выяснилось, что оба супруга, воспользовавшись несоблюдением должностных инструкций и крайне вольным толкованием правил внутренней безопасности в самом министерстве, чувствовали себя относительно уверенно и смогли передать практически все сведения, проходившие через их руки. По завершении расследования сотрудники МАД были удивлены возможностями их доступа к секретным документам. Это было более чем легкомысленным.
В ходе расследования, проводившегося МАД, все причастные лица упорно молчали, так что шпионские связи и объем переданной информации приходилось реконструировать на основании имеющихся доказательств и улик.
В этом деле о шпионаже ключевой фигурой был Лотар Эрвин Лутце. Предположительно он был завербован IV отделом главного управления разведки ННА (Маркусом Вольфом) на основании письменного обязательства еще во время своей четырехлетней службы в бундесвере. После завершения службы в бундесвере он работал в различных гражданских фирмах и продолжал там свою разведывательную деятельность. Свою жену он сумел вовлечь в свою предательскую деятельность после женитьбы в 1972 г.
Его доходы от этой предательской деятельности после окончания испытательного срока составляли 3000 марок ФРГ в месяц. К этому добавлялись бонусы за «особые заслуги». Несмотря на то что в этом деле, как и во многих других, невозможно было установить весь объем шпионской деятельности, вред был нанесен существенный.
Помимо повседневной секретной служебной информации, супруги Лутце в большом объеме передавали спецслужбе Маркуса Вольфа информацию, составляющую государственную тайну. В некоторых случаях эта информация касалась и НАТО. С уверенностью можно сказать, что спецслужба ГДР передавала эти данные в Москву, в КГБ.
Раскрытие дела Лутце не было делом случая. Благодаря систематическому сотрудничеству с Ведомством по охране конституции сначала были задержаны резиденты, супруги Г. Найденные при этом многочисленные доказательства и быстрая реакция МАД привели к сотрудничеству с Федеральным ведомством уголовной полиции в вопросе обнаружения супругов Лутце и их последующего задержания.
