под руку. Одна из них даже цапнула другую.
— Тихо-тихо, — я зажал среднюю голову между ног, и погладил две крайние.
Не нравилось мне это. Разум и душа Цербера «рассыпались», и никак не мог собраться воедино. Именно это и губило этих мощных существ в прошлом мире. В девяти случаях из десяти головы, каждая из которых являлась сама по себе личностью, конфликтовали друг с другом, и в критический момент совершали какую-то глупость.
У Цербера была только одна возможность стать сильным — не дать разбиться разуму на части. Когда один разум управляет несколькими головами — вот тогда получается настоящая машина смерти.
Я закрыл глаза, и погрузился внутрь питомца, пощупав его раненую душу. Нет, так кашу мы с ним не сварим!
— Спать, — приказал я ему.
Три головы покорно закрыли глаза. Я взял почти сто килограмм живого веса подросшего щенка, и положил его рядом на диване. Похоже «само не рассосалось», и без моей помощи он не справится. Да и помощью это назвать сложно.
Я почесал голову. Мне нужна энергия, много энергии. Прислушавшись к себе, я понял, что как раз её мне не хватает. Я щедро делился ею с окружающими и со своими питомцами.
Да, так было нужно. Хорошо, что я вообще выделил время и энергию и на те печати, которые установил. Но так дальше продолжаться не может. Это количество идиотов, что бросается на меня — поистине запредельно. Возможно, стоит на время отдать инициативу, и лучше подготовиться к отпору. Да, даже в нынешнем состоянии я могу сражаться бесконечно долго по меркам нынешних людей. Вот только эти провинциальные игры меня несколько задолбали. Нужно раз и навсегда показать врагам и их сочувствующим, что с бароном Галактионовым и его людьми связываться себе дороже. Для этого нужно нанести один мощный удар.
Дверь снова скрипнула, и оторвала меня от размышлений. Внутрь впорхнула Анна — очень недовольная Анна.
— Саша, как ты мог?!
— Что такое, дорогая? — улыбнулся я.
Но на удивление, Анна не улыбнулась в ответ.
— Как ты мог чуть не угробить Карамельку?!
— Каюсь, — примирительно поднял я вверх руки. — Вышла накладка. Но помереть бы я ей не дал.
— Да знаю я это. Но в том состоянии, в котором ты её привёл... У бедной девочки, кажется, проблема с психикой.
— Кажется? — ухмыльнулся я. — Нет, тебе не кажется. Но где я возьму мозгоправа для монстров?
Анна смешно уперла руки в бока, и пристально посмотрела.
— Кажется, я как раз смотрю на такого.
— В смысле? — удивился я.
— Ой, Саша, не прикидывайся! Я точно знаю, что ты можешь на неё повлиять. Сделай что-нибудь с малышкой, она страдает.
Я махнул, признавая её правоту.
— Сделаю, не волнуйся. Я и сам собирался.
— Я знаю, что ты можешь. Вот только я также знаю, что дел у тебя сильно много, а приоритеты ты расставлять так и не научился. Так вот, душевное состояние твоих питомцев и твоих людей должны быть на первом месте.
И снова я кивнул, соглашаясь.
— Согласен, сделаю.
— Сегодня? — уточнила Анна.
Я невольно покачал головой. А ведь она ещё мне не жена. Хотел ответить что-то резкое, но надо признать, что она снова права — с Карой нужно поработать.
— Хорошо, сегодня, — кивнул я. — А теперь, может быть, ты меня поцелуешь?
Она смягчилась, подошла ко мне, обвила руками шею, и прижалась ко мне теплым манящим телом. Поцелуй длился около минуты. Затем она, тяжело дыша, отстранилась, и прошептала мне прямо на ухо.
— Саша, когда уже будет наша свадьба? С каждым днём мне всё сложнее и сложнее сдерживать слово, данное матери. Ты думаешь, что я железная?
— Нет, я так не думаю, — покачал я головой. — Если тебе нужно для галочки, то расписаться мы можем хоть сейчас.
— Ты шутишь? — отстранилась Анна.
— Нет, не шучу.
— Ты сейчас предложил девушке просто пойти и расписаться? А как же гости, свадьба?
— Подожди, — покачал головой я. — Ты хочешь заняться со мной сексом, я тоже безумно тебя хочу. Я понимаю, что ты держишь слово, и уважаю тебя за это. И для того, чтобы ты его не нарушила, мы должны быть женаты. Вот я и предлагаю решение проблемы.
— Как у тебя всё просто, — засмеялась Анна.
— Ну да. Решение проблемы должно быть простым. Иначе времени на превозмогания не останется, — попытался я неловко пошутить.
— Ты знаешь, мне не нужны все сокровища мира, и прочее. Но я выхожу замуж за человека, которого сильно люблю, и хотела бы запомнить этот торжественный момент. Поэтому я хочу красивое белое платье, хочу много цветов, хочу пригласить некоторых подруг и родственников. Неужели ты думаешь, что бабушка Сара нас простит, если мы не пригласим ее на свадьбу?
— Это железный аргумент, — согласился я.
Собственно, я был противником всяких этих церемоний. Но хорошо погулять и пожрать я был не против, тем более что это мечта моей любимой женщины.
— Давай так, — сказал я. — Бери столько денег, сколько нужно, выбирай ресторан, какой захочешь, и мы отпразднуем свадьбу, когда ты скажешь. Хорошо?
— Серьёзно? — удивилась Анна.
— Серьёзно. Но единственное — я хотел бы участвовать в процессе. Ну, в качестве хотя бы последнего слова.
— Да, конечно! Так и будет, — сказала Анна.
— Кстати, куда ты хотела сходить со мной, когда звонила мне в Разломе?
— А, это уже неважно, — сказала Анна.
— В смысле, неважно?
Она удивленно посмотрела на меня.
— Что может быть важнее моей собственной свадьбы?
— Ну, это правда.
Я прижал её к себе, и снова поцеловал.
— Командир! — раздалось в ухе.
Чёртов наушник, я его так и не вытащил.
— Что там?
— Тут люди к тебе пришли, много людей.
— Какие такие люди? — спросил я.
— А ты взгляни на камеры, — сказал Волк.
Я подошёл к компьютеру и включил камеру, которая показывала КПП на дальних подступах к усадьбе.
Там стоял нехилый такой караван. Очень разношерстный. Старые машины, грузовики, набитые барахлом — натурально барахлом — это были какие-то подушки, лопаты, домашний скарб, и прочее.
— Кто все эти люди?
— Говорят, что они тебя знают. Один представился Александром Александровичем Феоктистовым, отставным старшиной
