Читаем без скачивания Пермская обитель - Фридрих Незнанский

А партиец продолжал иезуитски издеваться над Метельским. Гоша, отбывая срок, работал на стройке в маленьком городке Владимирской области. Благодаря своим связям партийный лидер приказал местным учительницам использовать эстрадную знаменитость в педагогических целях. По велению свыше они приходили туда со школьниками и говорили: «Смотрите, ребята. Раньше этот дядя пел песни, а теперь кладет кирпичи. В нашей стране перед законом все равны».

Что касается Таньки Светлояровой, она вскоре после того случая родила ребенка. Кто его отец — неизвестно. Как, впрочем, неизвестно и где ребенок. Говорят, она его подкинула. Вообще про Светлоярову Валерию Яковлевичу лишний раз вспоминать не хотелось. С ней связаны только неприятные эксцессы. Взять хотя бы тот концерт, когда погиб Прыжков. Не должна была Танька выступать последней, это же всем ясно. И как она умаслила постановщика, тоже ни для кого не секрет. А в результате произошла такая трагедия. Если Игорь и был виноват перед кем-либо в тот вечер, так это перед девушкой из Перми, которая впервые готовилась выступить в Москве. Похоже, сейчас следователи правильно разбираются в этом деле. Они подозревают, что Игорю отомстили. Не исключено. Помогавший ей готовиться к выступлениям парень, Андрей, очень трепетно относился к своей подруге.

Шифман почувствовал это еще при первом знакомстве. Тот с таким страстным восторгом говорил о том, какой у нее восхитительный голос, какие замечательные песни она сочиняет. Большого преувеличения в его словах не было, в дальнейшем все подтвердилось, однако по интонации можно понять — это говорил пылко влюбленный человек.

Последний раз он разговаривал с Андреем перед тем злополучным концертом, куда пригласил Наташу Козельскую с ее «Серебряным полетом». Не понравилось ему, что Серебров взял на себя режиссерские функции. В общем, Шифман был прав: есть постановщик программы, и все номера должны готовиться в соответствии с его концепцией. Это как в спорте: в каждой команде свой тренер, однако если игрок приглашен в сборную, то уже подчиняется тренеру сборной. Ничего не сказал тогда Андрей в ответ, но так взглянул на Шифмана, что стало ясно — этот парень может быть очень злым.

Валерий Яковлевич посмотрел направо, где заканчивалась цепочка белых фасадов домов. Он и не заметил, что сегодня пробежал больше обычного.

Развернувшись, Шифман потрусил в обратную сторону. Он бежал и думал об Андрее Сереброве. Интересно, где сейчас этот парень, чем занимается? Станет ли он терпеть положение, когда шоу-бизнес приватизируют ловкачи и проныры, а по-настоящему талантливым ребятам дорога на сцену будет закрыта?

Глава 69

1:0 В ПОЛЬЗУ ПРОКУРАТУРЫ

В прокуратуре все было куда как строже, чем в милиции. Двухэтажное здание окружено забором. Рядом с воротами, через которые проезжают машины, проходная, где возле телефона сидел старший лейтенант. При появлении Андрея он встал и вопросительно посмотрел на него.

— Мне нужно к прокурору или к следователю. Я пришел с повинной.

Оказалось, что старший лейтенант здесь не один. Из-за перегородки с висящими на ней шинелями появился худощавый капитан.

— С повинной, говорите? — спросил он. — Что же вы такого совершили, что вас на ночь глядя совесть замучила?

— Два убийства. — Андрей достал из кармана «Макарова» и положил его на стол рядом с телефоном.

Ему показалось, что при виде пистолета все вокруг пришло в движение. Старший лейтенант, взяв за ствол, вложил оружие в полиэтиленовый пакет. Капитан быстро набрал на телефоне три цифры:

— Алло, это проходная. Тут явился гражданин с повинной… Говорит, два… Оружие сдано… «Макаров»… — Он положил трубку и кивнул Андрею: — Идемте к дежурному следователю.

Пропустив Сереброва вперед, капитан вывел его в маленький дворик. Пакет с пистолетом он держал в руках, словно ребенок новогодний подарок. Перед входом в здание спросил:

— У вас документы при себе есть?

— Да, паспорт.

Очередному часовому коротко бросил на ходу:

— Мы к Троекурову.

Вслед за капитаном Андрей вошел в приемную. За столом перед компьютером сидела молодая секретарша. Судя по тому, с каким азартом она двигала по коврику мышкой, не отрывая взгляд от экрана монитора, девушка была увлечена игрой.

— Вы посидите, — сказал капитан Андрею и прошел в следующую комнату. Через минуту он вышел уже без пистолета, жестом пригласил Сереброва в этот же кабинет.

За столом сидел молодой круглолицый человек в форме. Разговаривая, он ежеминутно поправлял пятерней редкие длинные волосы, спадавшие ему на лоб. Это был дежурный следователь Троекуров.

Помнивший, о чем его спрашивали в милиции, Андрей сразу представился, дал следователю паспорт и рассказал про совершенные им убийства Прыжкова и Репиной. Говорил он в присутствии капитана и вызванной секретарши, которая вела протокол.

Троекуров спрашивал, в каком помещении были совершены убийства, как Андрею удалось уйти с места преступления. Поинтересовался, рассказывал ли он кому-нибудь об этом раньше. Узнав, что днем тот побывал в милиции, где ему и посоветовали идти в прокуратуру, не мог сдержать торжествующую улыбку, по-свойски подмигнул капитану. Долго выяснял, с кем и о чем Серебров там разговаривал.

— Все, что вы рассказали, отнюдь не является доказательством вашего преступления, — подвел следователь итог разговора. — Тут требуется тщательная проверка. Часто случается, что люди вынуждены брать на себя чужую вину — под угрозой или еще в силу каких-либо обстоятельств, например, выгораживают любимого человека. Но сегодняшнюю ночь вы проведете в камере.

В СИЗО прокуратуры Андрей пробыл до середины следующего дня. Утром Троекуров связался с Генеральной и выяснил, что оба дела сейчас расследует бригада Турецкого. Позвонил Александру Борисовичу, рассказал про арестованного.

— Ну наконец-то, — произнес «важняк». — Я уж думал, тот опять подался в бега.

Когда после оформления нужных бумаг Андрея повезли в Москву, Троекуров позвонил в отделение милиции Звездного городка знакомому майору.

— Ну что, Шабышев, прошляпил особо опасного преступника? — с затаенным злорадством спросил он.

— Какого? Кого ты имеешь в виду?

— Приходил же вчера к тебе с повинной убийца Репиной и Прыжкова.

— А-а, этот-то. Приходил. Чиканутый какой-то. Никого он не убивал.

— Представь себе, что убивал. И ствол есть.

— Ко мне-то он без ствола заявился.

— И только поэтому ты посчитал, что это блеф. А где интуиция? Где тонкое милицейское чутье? 1: 0 в нашу пользу.

Троекуров подшучивал над своим давним знакомым, и все же майору было неприятно. Действительно, мог примазаться к громкому делу, задержать давно разыскиваемого преступника. Как его угораздило отпустить опасного зверя? Да еще посоветовать обратиться в прокуратуру! Теперь тем достанутся все лавры. А он должен дрожать, как бы начальство не узнало о его легкомысленности.

Глава 70

ПОЛЕТ

Когда Шаргородский пришел домой, Наталья нежилась в постели, просматривала газеты, где искала публикации о гастролях Большого театра. Отзывы были в высшей степени положительными, а в «Коммерсанте» упомянули и ее фамилию. Похвалили за Шемаханскую царицу в «Золотом петушке».

Услышав звук отпираемой двери, она соскочила с кровати и бросилась мужу на шею. Случилось то, чего Наталья боялась: Валерий Антонович сдержанно отвечал на ее поцелуи.

— Бедненький мой. Устал? Голоден? — задала она риторические вопросы. Шаргородский почти не знал, что такое усталость. А если и устал, то все равно не признался бы. Что касается голода, то ясное дело, не из ресторана вернулся.

— Что тебе сделать? Яичницу будешь?

— Нет, хлебну кофе с бутербродами.

— Сейчас приготовлю, и поговорим.

Наташа в красной пижаме, разрисованной сердечками, пошла на кухню. Когда Валерий Антонович, сполоснувшись, вышел из ванной, стол был скромно сервирован. Поскольку обоих супругов давно не было дома, холодильник не ломился от изобилия. Нашлась только коробочка сыра «Виола», да из самолета Наталья прихватила неиспользованную нарезку колбасы и маленький бисквит. Вместо хлеба — финские хрустящие хлебцы, которые в последнее время усердно культивировала Наталья, считая, что в них меньше калорий.

Мрачный Валерий Антонович сделал несколько глотков кофе, после чего сказал:

— Наташа, по твоей милости я был поставлен в дурацкое положение.

— Я и сама оказалась в таком же, — парировала жена.

— Нет. Ты могла предвидеть ход событий. Я же был в полном недоумении. Кто такой Серебров? Какое он имеет к тебе отношение? Почему он оказался в моей квартире? Я уж не говорю про следователей, я даже перед похитителями выглядел простофилей. — Он сердито отодвинул недопитую чашку. — Теперь рассказывай. Пускай хоть задним числом узнаю, в чем замешана моя жена.