будто информативные и образовательные передачи не интересны работающей части зрителей. Третья кнопка пока тестируется и окончательно не настроена. Есть все шансы, что ближе к зиме заработает новый канал с полностью загруженным эфиром. Мои оптимистически мысли были прерваны звонком в дверь. Странно, владелец квартиры в очередном вояже, и я точно никого не жду.
М-да. Гость, вернее, гостья меня несказанно удивила.
-Так и будешь держать даму на лестничной площадке? Хам ты, Мещерский и подлец!
Изящная коленка толкнула дверь и, отодвинув меня внутрь прихожей, Капитонова зашла в квартиру. Стоим, рассматриваем друг друга. Я в трениках и майке-алкоголичке. Она в импортном мини-платье и не менее модных босоножках. Хмыкнув, Светлана продолжила свою агрессивную политику и прошла в зал, даже не подумав снять обувь. Захожу следом и облокачиваюсь о дверной косяк.
-Даже не предложишь даме кофе? — не получив ответа, мадам Капитонова перешла к сути.
А причина её прихода была очевидна. В чём я сразу же убедился.
-Лёшенька, я ещё могу понять, когда ты тащишь в койку иностранную звезду, — большие голубые глаза Светочки опасно сузились, — Детские комплексы мальчика, который вдруг взлетел на вершину и сам не верит в происходящее вокруг. Покувыркался со старушкой, удовлетворил тайные желания — бывает. Бес с этой мелкой шалашовкой Никой, залезшей в твою койку на съёмках. Хотя мне очень хотелось её задушить, когда доброхоты поведали подробности. Повезло сучке, что она работает в другой редакции. Я даже спокойно вспоминаю твою студентку с холодными глазами. Но какого рожна ты притащил на работу какую-то молоденькую девку? Это что — декларация о намерениях? Или ты просто хочешь меня разозлить? Поверь, ты своего добился! Я просто в бешенстве!
Пара шагов в мою сторону и я перехватываю ладошку, прямо у своей щеки. Новая попытка ударить, а затем вырваться и Капитонова просто начала звереть. На меня посыпались удары, укусы, Светочка чего-то рычала. Пришлось успокаивать её единственным способом, пришедшим в голову. Хватаю её в охапку и, несмотря на сопротивление, волоку в спальню, где бросаю на кровать. Сам наваливаюсь сверху и начинаю шарить рукой у неё межу ног.
-Подлец! Скотина! Ненавижу! — последнее обвинение Светочка выкрикнула уже вперемежку с всхлипом.
-Ты мне чуть не порвал новое платье. Неужели нельзя было аккуратнее? И как я пойду домой без трусиков? Так и знай, что бельё твоих шлюшек я не надену.
Нашла проблему — без трусов человек до дома доехать не может. Я же лежу и перевариваю случившееся. Это было какое-то сумасшествие! У нас с Капитоновой в принципе секс с небольшой толикой безумия. Но сегодня мы превзошли сами себя. А ещё в голову приходит образ другой девушки, чьи зелёные глаза смотрят на меня с откровенным презрением. Совсем запутался товарищ режиссёр. Или просто забить на всё и пусть жизнь катится своим чередом? В первую очередь это касается личных отношений. Общественную так сказать часть, то есть работу, я точно на самотёк пускать не собираюсь.
-У меня есть комплект совершенно нового французского белья, — острые коготки больно впились в мою грудь, пришлось пояснять, — Купил для подруги товарища, а он с ней уже расстался. Так что можешь не переживать за свой вид.
-Ты мне зубы не заговаривай, Мещерский. Хотя бельё надо примерить, раз такое дело. Что это за мелкая засранка и почему ты меня мучаешь?
-Очень приятная девушка, — такое ощущение, что у Капитоновой не ногти, а самые натуральные когти, — Никто никого не мучает. И вообще, я, может, решил личную жизнь наладить и у нас всё серьёзно. Ты за меня замуж идти не хочешь, а жить холостым порядком надоело.
-Что? Решил сделать мне новое предложение? Я согласна! Только есть очень много НО.
Я поначалу изрядно напрягся. Вдруг Светочка согласится. Но её последняя фраза оказалась прямо мёдом на душу. Заодно последовали объяснения.
-Ты же думаешь, что всё дело в муже, карьере и реакции моей родни? Да плевать на них с высокой башни. Я уже не раз всё обдумала. И никуда бы ты от меня не делся! Только не будет у нас нормальной жизни. Два медведя в одной берлоге не живут, и один из них другого съест. Только убери, пожалуйста, эту ухмылочку, ты мне ещё про чёрную вдову начни здесь рассказывать. А то пострадает ещё твоя нахальная морда. Будешь потом объяснять коллегам и своей засранке, откуда у тебя эти шрамы.
-Я разве спорю, — примиряюще поднимаю руки, — С твоей любовью к доминированию мало кто может ужиться. Вон ты опять на меня сверху залезла.
Светочка действительно уселась, скажем так, мне на бёдра и начала потихоньку елозить. Услышав мой пассаж, девушка искренне рассмеялась, запрокинув голову. При этом её крепкая грудь тряслась в такт смеха. Зрелище было весьма приятно, и я потянулся к двум полушариям. Вдруг Капитонова переместилась ко мне под бочок, крепко обняла рукой и зашептала в ухо. Надо сказать, что этот шёпот ещё и с покусыванием мочки уха, возбуждал похлеще недавнего вида на грудь.
-Плевать на всех этих девок. Ты всё равно мой! Только расскажи о конечной цели. Я уже почти год работаю над твоими проектами, и кто-то обещал мне объяснение. Тебе не кажется, что уже пора?
Светочка не только красивая, но и умная. Когда мы начинали работу на радио и ТВ, она припёрла меня к стенке, потребовав объяснить мою цель. Чего она могла тогда понять — не знаю. Раз обещал, значит, расскажу.
-Ты никогда не обращала внимания на пиетет, который наш народ испытывает перед Западом? Это касается не какой-то отдельной группы граждан, а всего общества в целом. Высшее руководство следит за западной прессой и болезненно реагирует на критику. Интеллигенция чуть ли не молится на мнимую свободу и подобный бред. Молодёжь подсела на музыку и модные заморочки. Любая домохозяйка, даже с самой задрипанной окраины, с придыханием произносит слово «импорт». Мальчишки и девчонки готовы поубивать друг друга за жевательную резинку.
-А причём здесь жвачка? — недоумённо спрашивает девушка.
Ну не рассказывать же ей, что наше полоумное правительство хочет как лучше, а получается, как всегда. Эстонцы именно в шестидесятые начали производить жевательную резинку, но лавочку быстро прикрыли. Мол, вредно для здоровья. На самом деле подтекст был наверняка политический. Только после ужасной давки в Сокольниках, когда погиб двадцать один человек и десятки получили травмы, в голове товарищей чего-то переключилось. Жвачка вдруг перестала вредить здоровью советского человека. Идиотизм в
