– Глава, тут это… – подал голос Фридрих. – Мы по пути заскочили к Мерлину. И так получилось, что я совершенно случайно сломал алтарный камень. Такой же, как был во дворце. А Петр говорит, что он был якорем, держащим весь этот карман. Короче, надо валить, скоро он схлопнется. И еще, вот держи. Захватил трофей. Самое то, чтобы рубить драконов.
– Случайно, говоришь, – я оглядел протянутый мне Экскалибур и взялся за рукоять. – Как говорил один умный человек, случайности не случайны. И на эту тему мы с тобой еще поговорим дома. А сейчас…
Земля привычно толкнула меня в пятки, когда я взмыл в высоком прыжке. Подо мной бесновался Пернатый Змей, жуткий бог ацтеков, убийца и палач эльфов, хайхуманов, кентавров и еще многих рас и народов. Кровавый тиран, отправляющий на алтари на вершинах пирамид даже своих соотечественников. Тот, кто убил брата Иви и ее жениха, за последнего я, кстати, не в обиде, так и надо мудаку. А вот за остальных… я завис в верхней точке и рухнул вниз, выставив вперед острое как бритва лезвие.
От удара рука дернулась, но я крепко сжимал рукоять до тех пор, пока не оказался на земле. А рядом со мной рухнула отрубленная голова чудовища. Она еще жила, не веря в то, что случилось, но это был конец. Восстановиться и вырваться из ловушки разрушающегося пространственного кармана даже у бога вряд ли бы получилось. Но на всякий случай я еще раз ударил мечом, пронзая сердце дракона, бывшего когда-то человеком. Дело было сделано, и нам пора домой.
– Все в сборе? – я подошел к толпе бывших пленников, рядом с которыми нашелся и шаман, не отходящий далеко от друга. – Денис, рад тебя видеть. Главное, живой, а раны заживут.
– Спасибо, Кузьма, – с трудом держащийся на ногах хакер пожал мне руку. – Спасибо, что пришли за мной.
– Это Петр всех сгоношил, – я тяжело вздохнул. – Не обижайся, но мы шли прежде всего за «Оракулом». Он был целью номер один. Вытащить тебя было задачей номер два, жаль, что получилось только это. Не в этом смысле, а…
– Да я понял, не парься, – рассмеялся Денис. – И кто сказал, что не получилось. Петь, дай чемодан, пожалуйста? Вот держи.
– Это чего? – я уставился на протянутый мне кейс. – Погоди, это то, что я думаю?!
– Не знаю, что ты там думаешь, а это терминал «Оракула», – как всегда вовремя влез Фридрих. – И Денис обещал, что сможет его взломать.
– Легко, – гордо хмыкнул хакер. – Уж не знаю, кто его проектировал, но защита тут прошлого поколения. Дайте мне два часа, и…
– Хоть двое суток, – я обнял спасенного товарища. – Или две недели. Сколько угодно, короче. Надеюсь, мы больше ни в какие неприятности не влезем. Ладно, пора заканчивать с этой эпопеей. Я уже чувствую пульсацию пространства. Ась, вытаскивай нас отсюда. Дамы и господа, пристегнитесь, если есть к чему. Мы домой летим. Меня там невесты заждались, я им свадьбу обещал. Пора выполнять.
Эпилог
С космодрома «Эбареска» Бразильской Короны спешно стартовал русский императорский челнок. Огненной стрелой, оставляющей за собой шлейф, взмыв по дуге рельсовой направляющей в голубые небеса, борт номер один, разорвав в клочья облака, за каких-то пару минут вышел в ближний космос. Конечно, технология строительства звездолетов шагнула уже далеко вперед, и для экономичного и быстрого вывода больших, «неракетоподобных» объектов на околоземную орбиту вовсе не требовалось пользоваться ретроинфраструктурой космодромов второго этапа освоения космоса… Однако пассажиры челнока очень спешили, а этот способ позволял не только выйти на первую космическую скорость, но и сразу же получить мощный стартовый импульс, вырвавшись из основного гравитационного поля Земли.
Именно поэтому, когда включились основные и маневровые двигатели, кораблик, лишь немного подправив свое положение относительно планеты, в нарушение всяческих правил орбитального движения тут же рванулся, выходя по пологой дуге на «особую» орбитальную высоту, двинулся к одному ему ведомой цели. Мимо то тут то там проносились сияющие в космической темноте яркие звездочки, то были либо другие челноки, либо легкие околоземные патрульные катера регулирующих движение служб.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
А порой и вовсе быстро приближающиеся искры разрастались до огромных размеров, превращаясь в вооруженные до зубов космические замки, один мощнее другого. Которые стыдливо именовались хозяевами в разговорах и интервью не иначе как «Внеземными поместьями». Которые конечно же, по самым высоким заверениям, не были сверхроскошными военными объектами и символом статуса клана, его суверенной околопланетной территорией, на которой не действуют даже законы Российской империи. А являлись просто этакими милыми орбитальными дачками, на которых подальше от земных и марсианских забот, а также всяческих подлых злопыхателей доживали свой век в покое и неприхотливом быту отошедшие от дел клановые элиты.
Причем зачастую, чем более жестокой и беспринципной была планетарная и космическая политика этих кланов, тем более слащаво описывали орбитальную жизнь своих стариков клановые спикеры и всяческие имиджмейкеры. Порой рассказывая, как проведшие всю свою жизнь в роскоши, балах, войнах и интригах аристократы, покинув настоящие планеты, можно сказать, «возвращаются к земле». Занимаются огородным хозяйством, развивают традиционные народные промыслы, присматривают и балуют своих самых маленьких потомков. Окруженных, конечно же, толпой сирот-погодок, взятых на попечение по инициативе самих стариков из детских домов для самых низких социальных групп населения.
Кто-то из простых людей, может быть, и верил, что, проведя по-настоящему шикарную, почти лишенную многих ограничений жизнь, аристо в возрасте вдруг обретали прозрение и стремились дожить свою жизнь, ничем не отличаясь от обычных пенсионеров, только более обеспеченных, а потому способных совершать куда больше хороших дел. Но те, кто был хоть немного знаком с обновленной клановой темой, конечно же, понимали, что все это сказки. Причем появившиеся поначалу вовсе не в Российской империи, а на территории бывшей Либерократии, где стало популярно рассказывать, как по клановой станции носятся толпы чернокожих детишек, принятых сердобольными североамериканцами из приютов разоренного «Великим переделом», «Клановыми войнами» и новыми нашествиями орд нежити Африканского континента.
Впрочем, одними из немногих во всем мире и, пожалуй, единственными в обновленной Российской империи, кто не поддался подобным модным мировым веяниям, был и остается клан Ефимовых. Чьи представители прямо и без обиняков заявляли, что станция не какое-то там «поместье», а одна из самых мощных на орбите Земли боевая крепость! Военный объект, соваться к которому посторонним категорически не рекомендуется! И им верили…
Может, потому, что у унаследовавших характер своего основателя потомков клана слова редко когда расходились с делом, а может быть, потому, что даже у самых отмороженных и коррумпированных чиновников из Имперской Канцелярии и за весь годовой бюджет государства, положенного им в карман, не могла зародиться идея действительно предпринять что-нибудь против этого столь приближенного к престолу клана. Особенно касательно никем не исполняемого декрета о «Демилитаризованной стационарной орбите Земли», изданного очередной раз воссозданной после последних войн общепланетарной и ничем на самом деле не управляющей болтологической организацией на манер давно почившего в веках ООН.
Что, конечно же, не касалось различных медиа и СМИ, не раз и не два в интересах контролирующих их кланов из разных стран пытавшихся раздуть скандалы вокруг «Милитаризации Ефимовыми космоса», ловко манипулируя общественным мнением своих государств. Впрочем, подобные попытки обычно натыкались на то, что Ефимовы просто публиковали в общедоступной межпланетной сети фотографии и подробные голографические планы, а также схемы вооружений мирных «внеземных поместий» и «вилл» тех, кто пытался играть с ними в подобные игры, после чего в этих кланах начиналась форменная паника и непрекращающаяся головная боль.
