это тем, что больше женщин доживают до восьмидесяти пяти лет и старше, где заболеваемость достигает 40 процентов. Но только этим различия не объясняются. Некоторые ученые считают, что в менопаузе и резком снижении гормонального фона может быть что-то такое, что резко повышает риск нейродегенерации у пожилых женщин. В частности, похоже, что быстрое падение уровня эстрадиола у женщин с аллелем e4 является фактором риска; это, в свою очередь, предполагает возможную роль заместительной гормональной терапии в перименопаузе у таких женщин.
Менопауза - не единственная проблема. Другие факторы репродуктивной истории, такие как количество детей, возраст первой менструации и прием оральных контрацептивов, также могут оказывать значительное влияние на риск развития болезни Альцгеймера и когнитивные способности в последующей жизни. И новое исследование предполагает, что женщины более склонны к накоплению тау - нейротоксичного белка, о котором мы говорили ранее. В итоге женщины имеют более высокий риск развития болезни Альцгеймера с поправкой на возраст, а также более высокие темпы прогрессирования заболевания в целом, независимо от возраста и уровня образования.
В то время как число женщин, страдающих болезнью Альцгеймера, превышает число мужчин в два раза к одному, обратная картина наблюдается при деменции тела Леви и болезни Паркинсона, которые в два раза чаще встречаются у мужчин. При этом болезнь Паркинсона у женщин прогрессирует быстрее, чем у мужчин, по неясным причинам.
Болезнь Паркинсона также сложна с точки зрения генетики: Хотя мы определили несколько вариантов генов, повышающих риск развития БП, таких как LRRK2 и SNCA, около 15 процентов пациентов с диагнозом имеют семейный анамнез заболевания - и поэтому предполагается, что у них есть генетический компонент, - но у них нет никаких известных генов риска или SNP.
-
Как и у других Всадников, у деменции очень долгий пролог. Его зарождение настолько незаметно, что очень часто болезнь не распознается до тех пор, пока человек не окажется на ранней стадии. Именно тогда симптомы выходят за рамки эпизодических провалов и забывчивости и переходят в заметные проблемы с памятью, такие как забывание привычных слов и частая потеря важных предметов (забывание паролей тоже становится проблемой). Друзья и близкие замечают изменения, а результаты когнитивных тестов начинают снижаться.
Медицина 2.0 начала признавать эту раннюю клиническую стадию болезни Альцгеймера, которая известна как легкое когнитивное расстройство (MCI). Но MCI - это не первая стадия на долгом пути к деменции: проведенный в 2011 году анализ данных британского когортного исследования Whitehall II показал, что более тонкие признаки когнитивных изменений часто становятся заметными задолго до того, как пациенты соответствуют критериям MCI. Это называется доклинической болезнью Альцгеймера I стадии, и только в США более сорока шести миллионов человек находятся на этой стадии, когда болезнь постепенно закладывает патологические основы в нейронах и вокруг них, но основные симптомы еще практически отсутствуют. Неизвестно, у скольких из этих пациентов в дальнейшем разовьется болезнь Альцгеймера, но ясно другое: как большая часть айсберга скрывается под поверхностью океана, так и деменция может развиваться незаметно в течение многих лет до появления каких-либо симптомов.
То же самое можно сказать и о других нейродегенеративных заболеваниях, хотя у каждого из них есть свои ранние признаки. Болезнь Паркинсона может проявляться в виде едва заметных изменений в движениях, застывшего выражения лица, сутулой осанки или шаркающей походки, легкого тремора или даже изменений в почерке (он может стать мелким и судорожным). На ранних стадиях деменции с тельцами Леви могут наблюдаться похожие физические симптомы, но с небольшими когнитивными изменениями; у обоих могут наблюдаться изменения настроения, такие как депрессия или тревога. Что-то кажется "не так", но неспециалисту трудно определить, что именно.
Именно поэтому первым важным шагом для любого пациента, у которого могут быть когнитивные проблемы, является проведение изнурительной батареи тестов. Одна из причин, по которой мне нравится иметь в штате профилактического невролога, заключается в том, что эти тесты настолько сложны и трудны в проведении, что я считаю, что их лучше доверить специалистам. Они также очень важны для постановки правильного диагноза - оценки того, находится ли пациент на пути к болезни Альцгеймера или другой форме нейродегенеративного слабоумия, и насколько далеко он может продвинуться. Это клинически проверенные, очень сложные тесты, которые охватывают все сферы познания и памяти , включая исполнительную функцию, внимание, скорость обработки информации, вербальную беглость и память (вспоминание списка слов), логическую память (вспоминание фразы в середине абзаца), ассоциативную память (связывание имени с лицом), пространственную память (расположение предметов в комнате) и семантическую память (сколько животных вы можете назвать за минуту, например). Мои пациенты почти всегда возвращаются, жалуясь на сложность тестов. Я просто улыбаюсь и киваю.
Тонкости и нюансы тестов дают нам важные подсказки о том, что может происходить в мозге пациентов, которые еще очень рано находятся в процессе когнитивных изменений, происходящих с возрастом. Самое главное, они позволяют нам отличить нормальное старение мозга от изменений, которые могут привести к деменции. Одним из важных разделов когнитивного тестирования является оценка обоняния пациента. Могут ли они правильно определять запахи, например, кофе? Обонятельные нейроны одними из первых страдают от болезни Альцгеймера.
Специалисты, такие как Ричард и Келлиэнн, также замечают другие, менее заметные изменения, происходящие с людьми на пути к болезни Альцгеймера, включая изменения в походке, выражении лица во время разговора и даже в зрительном восприятии. Эти изменения могут быть тонкими и не заметными для обычного человека, но кто-то более опытный может их заметить.
Самая сложная часть тестирования - интерпретация результатов для различения разных типов нейродегенеративных заболеваний и деменции. Келлиэнн анализирует результаты тестов, чтобы попытаться определить вероятное местоположение патологии в мозге и конкретные нейротрансмиттеры, которые в ней участвуют; они определяют патологические особенности заболевания. Лобные и сосудистые деменции в первую очередь поражают лобную долю - область мозга, отвечающую за исполнительные функции, такие как внимание, организация, скорость обработки информации и решение проблем. Таким образом, эти формы деменции лишают человека таких когнитивных функций высшего порядка. Болезнь Альцгеймера, напротив, поражает преимущественно височные доли, поэтому наиболее выраженные симптомы связаны с памятью, языком и слуховой обработкой (формирование и понимание речи), хотя исследователи начинают выделять различные возможные подтипы болезни Альцгеймера, основанные на том, какие области мозга наиболее поражены. Болезнь Паркинсона немного отличается тем, что проявляется в первую очередь как двигательное расстройство, возникающее (отчасти) из-за недостатка выработки дофамина, ключевого нейромедиатора. Если болезнь Альцгеймера можно подтвердить с помощью анализа на наличие амилоида в спинномозговой жидкости, то другие формы нейродегенерации - это в основном клинические диагнозы, основанные
