Читаем без скачивания Шантаж - Джон Гришэм

Наконец кто-то из опытных заключенных подсказал Ти-Боуну, что следует обратиться в суд собратьев, которые смогут без излишней нервотрепки разрешить все возникшие проблемы. Не долго думая Ти-Боун отыскал Т. Карла и сразу оформил иск против своего предполагаемого обидчика. При этом он указал в заявлении, что хочет вернуть телефон и взыскать с обвиняемого миллион баксов в счет компенсации за причиненный моральный ущерб.

Когда судьи собрались для разбирательства, в тюремной столовой неожиданно появился помощник начальника тюрьмы, придрался к какой-то мелочи, в результате чего суд был перенесен на более позднее время. Примерно то же произошло и перед второй попыткой провести судебное заседание. На сей раз представители администрации откровенно заявили, что не позволят, чтобы суд рассматривал дела, касающиеся запрещенных законом средств связи.

Однако судья Спайсер решил не сдаваться и долго убеждал тюремного адвоката, что собратья просто хотят уладить возникший между двумя заключенными спор и ни в коей мере не пытаются посягать на прерогативы власти. Существующий запрет на сотовые телефоны они обсуждать не будут, а только попробуют урегулировать конфликт.

Убедительные доводы Спайсера возымели действие, и вскоре состоялось заседание суда, на которое сбежались почти все заключенные. Огромный зал столовой был забит до отказа, и все с нетерпением ожидали начала необычного судебного разбирательства. При этом единственным представителем администрации был молодой охранник, который уселся в дальнем конце зала и почти сразу же задремал. Надо сказать, что ни Ти-Боун, ни Зорро не были новичками в зале суда. На воле им неоднократно приходилось общаться с судьями, и поэтому никого не удивило, что они вели себя как заправские адвокаты. Что же до вершителей правосудия, то больше всех пришлось поработать судье Хэтли Бичу, который большую часть времени потратил на то, чтобы заставить соперников общаться на нормальном языке, избегая нецензурных выражений.

Соперники обрушили друг на друга столько обвинений, что для поиска необходимых доказательств потребовалась бы сотня опытнейших агентов ФБР.

Страсти накалились еще больше, когда Ти-Боун представил двух свидетелей (с именами которых могли ознакомиться лишь члены суда), которые якобы видели своими глазами, как обвиняемый Зорро пытался спрятаться в укромном месте и что-то быстро шептал в кулак.

На это обвиняемый Зорро отреагировал такой неслыханной матерщиной, что у судей глаза на лоб полезли. Ти-Боун решил добить соперника и нанес тому такой сокрушительный удар, которому позавидовали бы даже видавшие виды профессиональные адвокаты. Он представил суду тщательно подготовленную документацию о своих переговорах по телефону. Оказалось, он тайно вел записи всех своих переговоров с Майами, а последние звонки были сделаны в Атланту, что и доказывало неправомочное использование украденного телефона. Сторонники Ти-Боуна так яростно заорали в поддержку своего друга, что председательствующий был вынужден отчаянно колотить пластмассовым молотком по столу, чтобы призвать присутствующих к порядку. Зорро слишком долго думал над достойным ответом, и это вконец добило его. Ему было велено в течение двадцати четырех часов вернуть хозяину злополучный телефон, а заодно оплатить все расходы по телефонным разговорам с Атлантой в сумме четырехсот пятидесяти долларов. При этом, разумеется, ни о каком миллионе и речи быть не могло. Если же Зорро этого не сделает, то собратья попросят помощи у начальника тюрьмы со всеми вытекающими отсюда последствиями. Наказание за использование запрещенных средств связи с внешним миром будет жестоким.

Кроме того, собратья посоветовали обоим соперникам держаться друг от друга подальше и ни в коем случае не устраивать самовольных разборок.

После оглашения приговора Т. Карл громко стукнул молотком по столу, и все стали с шумом раздвигать стулья, направляясь к выходу. А председатель суда тем временем объявил слушание очередного дела, связанного с азартными играми. Однако заключенные так шумели, что заглушали его слова, не давая возможности перейти к новому делу.

— Тихо! — закричал он, но публика загомонила еще громче.

Собратья углубились в чтение газет, дожидаясь наведения порядка.

— Тихо! — еще раз заорал Т. Карл и грохнул молотком по столу.

— Заткнись! — завопил на него едва не оглохший Спайсер. — Ты производишь больше шума, чем все они, вместе взятые!

— Это моя работа, — с достоинством ответил тот и так тряхнул головой, что завитки парика разлетелись во все стороны.

Когда все покинули зал, там остался лишь один заключенный. Т. Карл осмотрелся, а потом с недоумением уставился на молодого парня.

— Вы мистер Хутен? — решил уточнить он.

— Нет, сэр, — последовал кроткий ответ.

— Значит, мистер Дженкинс?

— Нет, сэр.

— А кто же вы, черт возьми? — продолжал недоумевать Т. Карл. — Мы давно собираемся провести слушания по делу Хутен против Дженкинса, но один из них обязательно игнорирует наше заседание. — Т. Карл скорчил гримасу неудовольствия и сделал какую-то запись в журнале.

— Кто вы? — вмешался Спайсер. Его тоже заинтриговало присутствие незнакомого молодого человека, который опасливо озирался, словно его вот-вот должны были выдворить на улицу. Все судьи в бледно-зеленых одеяниях уставились на него, терпеливо дожидаясь ответа.

Парень медленно встал и поплелся вперед, остановившись прямо перед судейским столом. Он еще помолчал некоторое время, переминаясь с ноги на ногу, а потом решительно поднял голову.

— Мне нужна ваша помощь, — едва слышно пробормотал он дрожащими губами.

— У вас есть дело к суду? — грозно прорычал Т. Карл.

— Нет, сэр.

— В таком случае вам придется покинуть…

— Заткнись! — снова прервал его Спайсер. — Суд переносит свое заседание. Ты свободен.

Т. Карл громко захлопнул журнал, с шумом отодвинул стул и вихрем выскочил из столовой, шаркая тапочками по облупившемуся полу.

Молодой человек опустил голову и, казалось, был готов расплакаться.

— Чем мы можем вам помочь? — сочувственно спросил Финн Ярбер.

В руках молодого человека появилась небольшая коробка. Такие собратья видели довольно часто. Они знали, что в подобных коробках, как правило, заключенные хранят бумаги, которые, собственно, и привели их в тюрьму.

— Мне нужна ваша помощь, — снова промямлил парень. — Я попал сюда всего неделю назад, и сокамерник посоветовал обратиться к вам. Он сказал, что только вы можете помочь мне составить апелляцию.

— А у тебя что, нет своего адвоката? — удивился Бич.

— У меня был адвокат, но он оказался настолько плохим, что во многом из-за него я попал в тюрьму.

— А за что тебя посадили? — перешел на фамильярный тон Спайсер.

— Не знаю, — потупился новичок. — В самом деле не знаю.

— Как это «не знаю»? — возмутился Спайсер. — Ведь твое дело разбиралось в суде?

— Да, суд заседал очень долго.

— И присяжные признали тебя виновным?

— Признали, но не только меня, а еще и многих других. Они сказали, что мы виновны в сговоре.

— Сговоре?! — почти хором воскликнули судьи. — С какой целью?

— Импорт кокаина.

Собратья недовольно поморщились. Опять эти проклятые наркотики! В мгновение ока они потеряли интерес к парню и хотели было вернуться в библиотеку, где их ждала более интересная, а главное — более доходная работа по сочинению писем.

— Ну и какой же срок тебе дали? — на всякий случай поинтересовался Ярбер, поднимаясь с места.

— Сорок восемь лет.

— Сорок восемь! Сколько же тебе сейчас лет?

— Двадцать три.

Судьи тут же забыли о письмах. Они сочувственно смотрели на молодое симпатичное лицо парня и представляли, каким оно будет через сорок восемь лет. Точнее сказать, они и представить себе не могли, каким оно будет, ведь из тюрьмы выйдет семидесятилетний старик. Каждый из них будет намного моложе, когда окажется на свободе.

— Возьми стул и садись, — пригласил парня Ярбер.

Тот мгновенно пододвинул к себе стул и уселся на него. Даже обычно раздраженный Спайсер проникся сочувствием к несчастному.

— Как тебя зовут? — приступил к расспросам Ярбер.

— Обычно меня зовут просто Бастер.

— Ну хорошо, Бастер, и за что же тебе дали сорок восемь лет?

Парень говорил быстро, слегка запинаясь и безотрывно глядя в пол. Крепко сжав руками коробку, он начал издалека и сообщил судьям, что ни он, ни его отец никогда не имели никаких неприятностей с законом. Они жили дружно и сообща владели небольшим доком с несколькими лодками на пристани городка Пенсакол. Ловили рыбу, плавали по морю, часами возились в своем маленьком доке и всегда были довольны тихой и спокойной жизнью. Но вот однажды им подвернулся под руку весьма щедрый покупатель, американец из Форт-Лодердейла, который предложил им девяносто пять тысяч долларов наличными за видавший виды рыболовный катер. Деньги были положены в банк. Во всяком случае, Бастеру тогда казалось, что это было именно так.