– Плевать я хотел на то, что Анезка наш проводник, – заявил он. – Я не стану мириться с бессмысленной и жестокой пыткой бессловесной твари! Кто бы эти не занимался!
– Ну, если тебе так хочется, – предложила Ниива, – попроси Анезку, чтобы она убивала свой завтрак прежде, чем его съесть. Только не устраивай больше драк. А теперь, если ты действительно хочешь избавить паука от мучений, ударь вот сюда, – и она показала на грудь Певца. – И поглубже.
Агис с готовностью послушался ее совета. Его меч пронзил мохнатое тело; ноги паука дернулись и застыли. Смерть была мгновенной.
– Спасибо, – Агис, вытер меч мхом. – Откуда ты знаешь, куда следовало нанести удар?
– Мы частенько встречались на арене с гигантскими пауками, – спокойно объяснила Ниива и, закинув за плечи свой мешок, предложила, – давайте-ка лучше идти дальше…
Подобрав торчащий из земли у его ног кинжал, Агис подошел к Рикусу и Анезке.
– Впредь следи, что и как ты ешь, – обратился он к полурослику.
– Ну, знаешь, – удрученно покачал головой Рикус. – Только аристократ мог устроить такое представление из-за какого-то там паука.
– Возможно, – ответил Агис, не отрывая взгляда от маленькой женщины. – И тем не менее, я говорю совершенно серьезно.
Поколебавшись, Агис спрятал кинжал Анезки в свой вещевой мешок. Сперва он собирался вернуть его хафлингу, – так сказать, жест доброй воли. Но по выражению лица Анезки, по тому, как хафлинг на него глядела, Агис внезапно понял, что этого делать не стоит. Отдай он кинжал, и полурослик при первом удобном случае вонзит его в спину своему знатному спутнику.
Агис закинул мешок за плечи, и Рикус отпустил Анезку. Не глядя по сторонам, Хафлинг быстро собрала свои вещи и повела путешественников вниз, вдоль по гребню. Она скользила по лесу мимо громадных елей легко и бесшумно, словно шла по ровной гладкой дороге. Вслед за ней с грацией катящихся по склону валунов, продирались Рикус и Ниива. За ними, опираясь на посох Ктандео, следовала Садира. Последним, старательно глядя под ноги, шел Агис. Он изо всех сил старался ступать осторожно, и тем не менее скользил и падал буквально через шаг.
Они спускались по гребню больше часа, когда внезапно оказались на краю обрыва. Не колеблясь, Анезка свернула в сторону, продолжив спуск по крутому склону. Она прыгала с камня на камень, от дерева к дереву с ловкостью легендарного горного леопарда. За ней следовали остальные: треск ломаемых веток, грохот катящихся камней, приглушенная ругань и шум то и дело падающих тел наглядно свидетельствовали, что обитателями Тира приходилось несладко.
Прошло совсем немного времени, и путешественники услышали какой-то странный гул. Рикус и Ниива взяли оружие наизготовку, Агис обнажил свой меч, а Садира начала лихорадочно вспоминать необходимые заклинания.
Но Анезка только смеялась над их предосторожностями и неутомимо продолжала спускаться. Гул делался все громче. Агис тщетно пытался представить себе, что за животное могло так громко и протяжно гудеть – никогда в жизни аристократ не слыхивал ничего подобного, и сейчас его фантазия оказалась совершенно беспомощной.
Наконец они выбрались на небольшую поляну. Идущие впереди Рикус и Ниива внезапно замерли, словно натолкнувшись на каменную стену. Садира и Агис поспешили присоединиться к гладиаторам и тоже застыли, открыв от изумления рты.
Впереди их путь пересекала двадцатифутовая полоска пенистой, сверкающей на солнце воды. С веселым клокотанием бурный горный поток несся вниз по склону, тучами брызг разбиваясь о камни. Анезка невозмутимо подошла к воде и начала пить.
– Откуда берется столько воды? – недоуменно спросил Рикус, скидывая с плеч мешок и доставая оттуда пустой бурдюк.
– Из дождя, – ответил Агис, следуя примеру мула.
– Но тут слишком много воды, – запротестовала Ниива. – Чтобы наполнить это русло, дождь должен идти на каждый день!
– Почему бы и нет? – вставила Садира. – Может, и идет… В конце концов, растениям требуется очень много воды, а тут их, – и она обвела взглядом густой лес, – видимо-невидимо!
– Дождь каждый день? – фыркнул Рикус. – Это невозможно. За всю жизнь я видел пять дождей – для мула моего возраста это очень много!
– Возможно, дождь притягивается сюда с помощью колдовства, – предположил Агис. Пока он никак не мог понять, как вообще существует нечто столь прекрасное, как этот лес. – Если колдуны черпают силу из растений, то почему бы растениям, используя свою силу, не устроить дождь?
– В том, что здесь замешано колдовство, я не сомневаюсь, – согласилась Садира, – но какое? Может, дело в самом лесе, а может, в чем-то другом. Кто знает? Не уверена, что мы это поймем… и, возможно, он и к лучшему.
– Нет, нет, – запротестовал Агис. – С этим я согласиться не могу! Если в этих горах растет лес, то он может расти и в других местах Ахаса. В Тире, например… Но чтобы этого добиться, мы должны понять, почему и как он растет.
– Этот аристократ, – сказал Рикус, завязывая наполненный бурдюк, – не только слаб телом, но и умом не шибко крепок.
– Ну, не знаю… – протянула Ниива. – Ты видел его поля фаро? Если кому-то и удастся вырастить в Тире лес, то только Агису.
– За это время Калак успеет осуществить все свои планы, – напомнила ему Садира. – Может, когда-нибудь Ахас и станет зеленым, но это будет еще не скоро. И во всяком случае не сейчас, – она показала на удаляющуюся вдоль потока Анезку, – давайте на будем терять ее из виду. Боюсь, она не станет нас дожидаться.
Быстро убрав наполненные бурдюки, путешественники поспешили вдогонку за хафлингом. Постепенно горный поток превратился в настоящую бурную реку, бегущую на дне глубокого ущелья. Рев несущейся через пороги воды заглушал все остальные звуки. Сами стены каньона, казалось, сотрясаются от безумной мощи потока.
Дождь, наконец, перестал. Выглянуло солнце. Шел час за часом, а Анезка шла и шла без остановок, не давая путешественникам времени постоять, посмотреть, насладиться никогда невиданным зрелищем. Их путь лежал вдоль реки, и в конце концов вывел путешественников на тропинку, скрывавшуюся в тени вековых, поросших мхом деревьев.
Выйдя на тропу, Агис вдруг краем глаза увидел, как качнулась ветка, а потом и силуэт прячущегося за деревом хафлинга. Маленький воин целился из лука прямо в спину Рикусу.
– Рикус! Ложись! – крикнул Агис.
Зазвенела тетива, мул послушно бросился на землю, и стрела прошла у него над головой. Маленькая, длиной всего около фута, она глубоко вошла в мягкий ствол пальмы, растущей на краю тропинки. Агис повернулся в сторону стрелка, но хафлинг уже успел исчезнуть. Ниива и Садира изготовились к бою. Выхватив из ножен меч, Агис увидел, как скрылась в лесной чаще Анезка.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
