— А ты откуда все эти подробности знаешь? — переварив услышанное, спросил я у него. — Где мы и где столица, сомневаюсь, что об этом в газетах писали.
— А я сам с Кубани, вот и шепнули мне знакомцы, которые князя сюда на корабле сопровождали, что там у них происходило. Ну и заодно рассказали, что дети те — его, а не умершего старшего брата Надежды Александровны, коих они вроде как на воспитание взяли.
— Видимо не только тебе шепнули, раз их сходу похитить хотели, — хмыкнул я, глянув на братьев, замерших с открытыми ртами.
Вот уж кто в шоке пребывал, так это они. Ведь для них что император, что бог, одной величины персоналии. Так что новость о том, что тут рядом императорский внук в ссылке пребывает, их прилично так оглушила
Еще раз хмыкнув, я перевел взгляд обратно на Маркела и спросил у него:
— А теперь объясни-ка мне, как наша семья оказалась связана с великим князем и его семьей?
В этот раз на братьев я не смотрел, хоть краем глаза и заметил, как они от моего вопроса пошатнулись, чуть на задницу не хлопнулись.
— Никак не связана! Вернее, вас Варханов связал, заказав мне похитить твоих сестер.
— Продолжай, что замолчал?
— Не молчу я, — огрызнулся Маркел. — Воды дай, а то горло высохло уже, да язык не шевелится болтать дальше.
Пришлось напоить страдальца, тут скорее всего из-за потери крови на него сушняк напал. Ведь из-за разговора нашего, она у него так и продолжала из губы течь, прилично уже грудь ему залив.
Убрав флягу, кивнул:
— Продолжай.
— Проводив князя к месту ссылки и только возвернувшись домой, на меня… знакомцы вышли и предложили еще раз по тому же маршруту прогуляться.
Запинку его я заметил, но пока решил повременить с вопросами, а вот потом, когда он закончит рассказ, тогда и спрошу, что это за знакомцы были.
— Подрядили меня провести группу к выделенному для князя дому, чтобы они там сами не рыскали, в поисках оного, да не попались местным на глаза. Ну а тут, стоило мне только на это дело подписаться, купец Варханов тоже дельце высокооплачиваемое предложил. Когда узнал какое, думал сам бог мне помогает с тобой поквитаться. Дьявол того Варханова подослал, — сплюнув скопившуюся во рту кровь, Маркел мотнул головой в сторону мертвых китайцев. — Эти вот, встретили меня на выходе из Раздольного, как и было оговорено. Опознались, поговорили, я им и предложил немного отклониться от маршрута, дельце одно провернуть. — Чуть помолчав, он с вызовом глядя на меня, признался. — Не собирался я сестер твоих воровать… хотел всех вас под нож пустить.
Услышав планы Маркела, братья снова было зашевелились, пришлось на них грозно глянуть, чтобы успокоились. Сдержались, ничего не сказали, только возмущенно засопели.
— Китаезы согласились, только вот весь задаток, что мне Варханов выдал, полсотни рублей золотом, пришлось им сразу отдать. Но то не жалко, я бы и больше заплатил, чтобы ваше лешачье семя под корень извести.
Прекрасно понимал, что он нас специально провоцирует, чтобы мы его грохнули побыстрей, не хотел он на появившиеся у нас вопросы отвечать. Впрочем, даже так разговор уже был практически закончен. Рассказав еще о том, что после захвата, уже без него, сами китайцы планировали доставить князя с семейством куда-то к побережью (он не знал куда), где их корабль должен был подобрать, Маркел замолчал и ничего больше говорить не собирался. Какой бы поганый человечишка ни был, никого из своих он сдавать не собирался. Я его даже пытать не стал, видел, что бесполезно, в этом случае ему хватит характера все пытки выдержать. Это чужаков он сдал, плевать ему на них, а за своих умереть готов был, муки приняв. В одном только сорвался, когда мы попытались настоять на продолжении разговора и Гриша его предателем обозвал, присягу нарушившего и против императора пошедшего.
— Да что ты знаешь, щенок⁈ — так его от возмущения подкинуло, что он чуть из сидящего положения на ноги не вскочил. — Всю мою станицу как скот согнали с наших земель и сюда на жительство отправили. Старики-родители, детишки мои малые, жена, все они умерли в дороге и пока мы здесь пытались обживаться. Присяга… Император… Тьфу, — сплюнул он раздраженно. — Давай, Ович, — перевел он взгляд на меня. — Я все, даже краем вас касающееся, рассказал, теперь ты выполняй свою часть договора.
— Помолиться перед смертью не желаешь?
До-олгим взглядом на меня посмотрев, Маркел кивнул:
— Благодарю.
Срезав ножом ему путы на руках, я отошел чуть в сторону, не мешая казаку вознести молитву богу своему. И как только он последние слова произнес, осенив себя крестом, кивнул Грише. Шуметь лишний раз не хотелось, а у меня оружие без глушителя…
Пх, — кашлянул Винчестер брата и стоявший на коленях Маркел упал лицом в землю.
— Собаке собачья смерть, — сплюнул наземь Гриша. — Разжалобить он нас попытался. Ах, все погибли, бедный он несчастный. Как будто у других никто не погиб.
Качнув рычагом, перезарядив оружие, Гриша на меня взгляд перевел:
— Что делать будем?
— А ничего не будем, — не трудно было догадаться, о чем он спрашивает. — Нас это не касается, пусть высокородные сами со своими делами разбираются. У нас, вон, — кивнул я на трупы, — своих проблем хватает. Теперь придется сначала Варханову визит нанести, раз он нетерпеливый такой, как бы еще кого вслед за этими не послал, а потом уже к Чжэню наведаемся. Ладно, давайте трофеи собирать и трупы закапывать, потом все это обсудим.
Братья дружно скривились — опять яму копать. Но тут ничего не поделаешь, приучать зверя к человечине, да еще так близко от наших хоженых троп, я не собирался.
Управились относительно быстро, стремительно портящаяся погода подгоняла, не хотелось нам под дождем тут дальше возиться. Ну и то, что молча все делали, недавно услышанное переваривали, тоже дело ускорило. Уже в конце, когда трофеи в «комод» паковали, сидящий на корточках Гриша, перебирающий найденные золотые монеты разного достоинства, выдал:
— Как будто ворожит нам кто-то.
— Это ты к чему? — вскинул на него глаза Андрей.
— Ну сам смотри, — выпрямился Гриша. — Караван нам вовремя подвернулся, где мы без особых проблем золотом и оружием разжились. Из-за этого раньше запланированного возвращаемся домой, и снова везение, лоб в лоб сталкиваемся с теми, кто всю нашу семью убить собирался. Заодно и про планы Варханова узнаем, насчет сестер.
— Как мы еще расплачиваться за эту ворожбу будем? — пробурчал я себе под нос, но братья услышали, дружно помрачнели.
Я обычно, конечно, везучий человек, но тут и вправду какое-то запредельное везение.
* * *
Удача нам и дальше сопутствовала: сначала мы успели до дождя домой добраться, ну а потом он на целых три дня зарядил. Мелкий, осенний, если и оставались после нас какие следы, он с гарантией их скрыл.
Но сегодня вот выглянуло солнышко, закончилась непогода, как закончилось и наше везение.
Я как раз в хлеву управлялся, когда…
— Дах, дах, дах, — кто-то громко застучал в ворота.
Вышел наружу и увидел, как оттесняя Гришу, открывшего калитку, во двор ввалилась тройка военных, под предводительством фельдфебеля Скородода Ивана Порфирьевича. Именно он частенько к нам разных землепроходцев приводил, мол штабс-капитан Николай Петрович Хованский просил помочь им, чем сможем. Но в этот раз…
— Допрыгались, Овичи, — он явно по другой причине к нам заявился. Ну а когда меня увидел, выяснилось по какой… — Ага, тут ты значит, не придется тебя в тайге ловить.
— Что случилось, Иван Порфирьевич?
— Что, что, велели арестовать тебя, Егор, и в Никольское сопроводить для разбирательства. Так что ты давай, не дуркуй…
— Это ж за что ты мого внука арестовать-то решил, Иван Порфирьевич? — спросил дед, как раз из дома вышедший и слова фельдфебеля услышавшего.
— Что-о? — донеслось до меня бабушкино восклицание, которая уже слова деда услышала.
Скородод тоже бабушку услышал, вон как скривился.
